Мне надоело, что авторы меня убеждают с экрана и со страниц, что мы, люди – безнадежны и, что мы сволочи

Мне надоело, что авторы меня убеждают с экрана и со страниц, что мы, люди – безнадежны и, что мы сволочи.

Мы слабые, травмированные, изуродованные, мы совершаем мерзости, и я тоже, но в каждом есть, как это ни пошло и банально, искорка и ее можно раздуть. И нас надо прощать и мы должны прощать. И я всегда в это верил, и писал только о том, что нас заставляет в это верить.

Но сначала, о том, что главное в этой жизни ничего не планировать, а спокойно смотреть как Шакьямуни откроет перед тобой двери и даст пендель, чтобы ты туда вошел. И в конце текста о главной причине произошедшего. Я пытался проанализировать, почему же мне ТАК везло последние десять лет. Начнем с фактов.

Десять лет назад вышел мой первый сборник постов-рассказов из соцсетей. Мне 39 лет, я жил тогда в Москве, год как переехал из Питера, по личным причинам, работаю со своими друзьями-адвокатами на юридическом рынке, часть дня провожу в Электротеатре Станиславский, занимаюсь маркетингом и пиаром, рассматриваю какие-то предложения о корпоративной работе, но не то, чтобы они меня сильно рассматривают. Книжку издаю скорее, чтобы подарить друзьям и потому, что время есть.

И вдруг мой сборник начинает взлетать до первых мест во всех рейтингах. Любопытно. На презентации я читаю свои рассказы своей тусовке, друзья говорят, что тексты хорошие, а читаю ужасно.  Любопытно. Меня это не останавливает, но и не мотивирует, я встречаю Настю Приц, подругу из Питера, которая в Москве продюсирует театральные проекты и беременна на 7 месяце. Она предлагает подумать, что еще можно сделать с идеей читать короткие тексты со сцены. Любопытно.

Прошло десять лет. Что получилось из нескольких постов. В цифрах

Семь, нет восемь сборников рассказов общим тиражом на 2024 год 500 000

Более 650 «БеспринцЫпных чтений» в 16 странах мира.Залы от 50 до 3000 человек, общее количество проданных билетов перестали считать после 400 000 тыс.

Более семидесяти актеров приняли участие среди которых…ну вы в курсе. Лучшие в России.

Альбом на iTunes. Англоязычная версия рассказов с участием американских актеров лауреатов премий Золотой глобус, Tony, Emmy и тд.

Четыре сериала и спиноф, три полнометражных фильма, и тринадцать короткометражек, собравших как российские так и международные призы, не говоря уже о зрительской любви.

Семь пьес, которые превратились в семь  спектаклей в двенадцати театрах России, включая МХТ, Современник и Мариинский. Более 150 тыс зрителей пришедших в театр.

Какое-то бесконечное количество просмотров сотен роликов с чтениями и короткометражными фильмами в социальных сетях. К примеру коротыш «Утренний секс» собрал 10 млн просмотров только в одной сети.

И повторюсь, не было никакого плана, я просто последовательно заходил в открывающиеся двери и не ленился открыть следующую. В сорок лет жизнь только начинается.

Почему у меня получилось?

В меня поверили зрители, они до сих пор дарят мне аншлаги всегда.

В меня поверили коллеги. От других писателей и драматургов до актеров и режиссеров.

В меня поверила команда. (Настя и ее банда)

В меня поверил я, хотя хейтили и хейтят каждый день.

И, наконец, главное: сам верю в людей, в их доброту, в их смелость, самоотверженность, в достоинство, вы не найдете на моих страницах ни одного законченного негодяя, да что там негодяя, антагониста-то сложно. Вы не найдете ни одного рассказа или пьесы, прочитав который вы не подумаете «А есть надежда!». Даже жестокая Децимация или трагическая Интуиция оставляет веру в то, что мы люди не так плохи, что нам нужно всего-лишь немного помочь и  у нас получится. Мне надоело читать романы и смотреть кино о сволочах и о том, что мы все сволочи, мне надоело видеть на страницах и экранах отчаяние авторов в их собственной жизни, их разочарование в себе и значит во всех нас. Мне надоело, что меня убеждают, что мы безнадежны. Это не так. Вам могут не понравиться мои чтения или спектакли, но никогда после них вы не скажете «Господь, жги нас всех, мы провалились». Может поэтому там наверху мне и помогают до сих пор. И иначе, чем таким содействием все произошедшее объяснить нельзя.