Вечер 25 августа был тихим и немного тревожным. Солнце медленно погружалось за горизонт, оставляя на небе полосы розового света, словно следы неразглаженной ссоры между днём и ночью. Они сидели в комнате, наполненной тишиной, которая звучала громче любых слов. Он — упрямый, закрытый в своей обиде, она — уставшая от недомолвок. Их взгляды встречались лишь на мгновения и тут же расходились, как два луча, неспособные соединиться в одной точке. — Зачем мы всё время возвращаемся к этому? — тихо произнесла она.
— Потому что ты никогда не слышишь меня, — ответил он, и в его голосе дрогнул металл. Ссора была уже привычной дорогой: шаги, слова, тишина, снова слова. И всё же внутри каждого из них жила боль — не от чужой жестокости, а от собственной близости. Ведь обидеть сильнее всего могут только те, кто ближе всего к сердцу. И вдруг, среди этой тишины, он сделал шаг. Не в сторону выхода, не в сторону новых слов, а к ней. Он приблизился и остановился. В её глазах — недоумение, в его — решимост