- Дай мне свои туфли, чтобы мне не покупать новые, - сказала золовка, которая за глаза поливала меня грязью

- Люды совсем беда с деньгами, - сказал мне как-то Юра, когда пришел с работы. – У нее мужа сократили, а надо детям вещи на зиму покупать, себе.

У золовки на самом деле была сложная ситуация. Но мы не могли ей помочь деньгами, потому что сами миллионерами не были. Но все же кое-что я могла для сестры мужа сделать.

- Мы же мне шубу новую купили, - сказала я. – Могу отдать твоей сестре свою старую. Она еще в хорошем состоянии. Все-таки так она меньше потратит на покупки.

Юра не советовал мне проявлять такую щедрость. Он сказал, что его сестра не умеет быть благодарной. Но я решила, что шуба – вещь дорогая, что такой презент любой оценит.

Когда Люда к нам пришла, я вручила ей пакет с шубой. Надо было видеть, какой счастливой в тот момент была золовка.

- Спасибо, Элла, - сказала она. – Я буду беречь эту вещь. Мне в ней точно тепло будет. Не представляю, что я делала бы без такой щедрой невестки.

Я была рада, что угодила Люде. Мы с ней попили чаю, после чего она ушла. И больше она о себе не напоминала.

Вспомнить о сестре Юры мне довелось, когда я встретила свою соседку на улице. Тетя Лиза тут же уточнила, как мою золовку зовут.

- Видела я твою Люду, когда вчера в магазин ходила, - сказала соседка. – Она там болтала с какой-то своей подругой про ту шубу, что ты ей подарила. Ой, не знаю, стоит ли тебе говорить такие вещи. - Вы говорите, - стало интересно мне. – Я должна знать, если что-то не так. - Люда твоя сказала, что ты старье ей какое-то отдала, которое стыдно носить. А шуба-то добротная. Ни единого дефекта я на ней не заметила. Совести нет у этой Люды. Дареному коню вообще в зубы не смотрят.

Я поблагодарила соседку за откровенность, после чего пошла по своим делам. В душе у меня все кипело от злости. Вечером я рассказала мужу о том, что произошло. Юра даже не удивился. Он мне посоветовал больше не связываться с Людой. А золовка больше и не приходила. Она была занята своими делами, ей было не до меня.

Только в середине весны Люда объявилась. Она позвонила мне, сказала, что зайдет после работы. Я не могла предположить, что ей нужно. Оказалось, что все банально. Золовка стала попрошайничать. Она с порога стала нахваливать меня, благодарить за мою щедрость. А потом она перешла к сути вопроса.

- Дай мне свои туфли, чтобы мне не покупать новые. Мои выносились так, что стыдно в обществе в них показываться. - Я не дам тебе свои туфли, - сказала я. – Мне они самой нужны. - Может, у тебя есть еще какие-то, которые ты каждый день не носишь? - Для тебя у меня нет ничего. Ты только делаешь вид, что благодарна мне. На самом деле ты меня грязью за спиной поливаешь, говоришь, что я тебе старье и обноски дарю.

Золовка даже растерялась. Она стала глотать воздух, придумывать что-то колкое в ответ. Но только ничего стоящего ей на ум не пришло. Она ушла, сказав только, что я еще пожалею о своем поведении.

- Я брату скажу, чтобы он бросил тебя! – крикнула золовка. – И он меня послушает! Останешься ты в итоге одна со своими вещами, которыми ты дорожишь больше, чем всем остальным.

Только Юра и не думал прислушиваться к сестре. Когда я рассказала ему о то, что произошло, он лишь пальцем у виска покрутил.

- Не слушай ты ее. Я вообще не хочу ее знать. Люда только пользоваться другими умеет. Я тебе сразу говорил, что не нужно дарить ей ничего. Не оценит она такого широкого жеста.

Я думала, что золовка позвонил Валентине Романовне, моей свекрови. И она сделала это на следующий день. Только свекровь, как мне потом Юра передал, решила не вмешиваться не в свои дела. И я этому рада. Валентина Романовна, когда у нее был день рождения, позвонила мне, пригласила меня и Юру на день рождения. На празднике была и Люда. Она не стала со мной здороваться, ни слова мне не сказала за весь вечер. Свекровь пробовала как-то нас помирить, помочь нам начать взаимодействовать. Но мы обе противились этому. В конечном итоге Валентина Романовна оставила всякие попытки повлиять на ситуацию. Больше я не видела Люду. Я надеюсь, что она никогда не позвонит и не напомнит о себе. Слишком много негатива от нее я получила.