В Санкт-Петербурге на одном из городских мостов полиция задержала Елену Патяеву – близкую подругу чеченки Седы Сулеймановой, которая пропала два года назад. Елена вышла на одиночный пикет с плакатом "Верните Седу домой" и стояла четыре часа, пока её не увезли. Она кричала: "Хватит сажать меня!" Это уже не первая акция – ранее её арестовывали за похожие протесты. История Седы, девушки из Чечни, жившей в Питере с русским парнем, до сих пор вызывает вопросы. Подруги собрали более четырёх тысяч обращений к следователям, но дело не продвигается.
Жизнь Седы в Питере: обыденность и первая любовь
Седа Сулейманова приехала в Санкт-Петербург из Чечни в 18 лет, чтобы учиться и начать новую жизнь. Она поселилась в общежитии на Васильевском острове, работала бариста в маленьком кафе у Невы – варила латте с пенкой в форме сердца и болтала с посетителями. Седа была яркой: длинные тёмные волосы, улыбка, которая освещала зал, и страсть к рисованию – она заполняла блокноты набросками петербургских домов. В университете изучала дизайн, мечтая открыть свою студию.
В Питере она встретила русского парня по имени Алексей – высокий студент с гитарой, который подрабатывал курьером. Они познакомились в кафе: он заказал кофе, а она добавила бесплатный кекс. "Седа была душой компании, – вспоминает Алексей. – Мы гуляли по набережным, ели мороженое и планировали совместное будущее". Они жили вместе в съёмной квартире на Петроградской стороне – скромная однушка с видом на Фонтанку. Седа готовила плов по семейному рецепту, а Алексей учил её играть на гитаре. Друзья отмечали их как идеальную пару: она учила его чеченским танцам, он – русским сказкам. Но родные Седы в Чечне были против: они считали, что она "вышла из-под контроля", живя с "чужим".
Седа звонила семье раз в неделю, но разговоры становились напряжёнными. "Они говорили, что я позорю род, – делилась она с подругами. – Но я люблю Алексея и не вернусь". Она даже купила билет на поезд, чтобы съездить домой и объяснить, но передумала после ссоры с отцом по телефону. Жизнь в Питере казалась ей свободой: она носила джинсы, встречалась с друзьями и мечтала о свадьбе.
Похищение: внезапный приезд и исчезновение
Два года назад всё изменилось. В один вечер к квартире Седы и Алексея подъехали двое мужчин в чёрном внедорожнике – родственники из Чечни. Они вломились без стука: "Седа, собирайся, едем домой". Алексей пытался защитить её, но его оттолкнули. Седу силой усадили в машину – она кричала, звонила подругам, но связь прервалась. "Они сказали, что отец приказал, – рассказал Алексей следователям. – Уехали в сторону аэропорта". Полиция Питера зафиксировала заявление, но расследование затянулось: родственники утверждали, что "вывезли добровольно".
Седа исчезла с радаров: телефон выключен, соцсети замолкли. Подруги, включая Елену, начали поиски – обзванивали Чечню, обращались в правозащитные организации. Елена, её школьная подруга из Питера, работала менеджером в офисе и знала Седу как сестру. "Мы вместе ходили на концерты, делились секретами, – говорит Елена. – После похищения я не спала ночами, ждала звонка". Переписка с семьёй Седы обрывалась: "Она дома, всё хорошо". Но слухи ходили: якобы Седу держали в родовом доме, запретив связь.
Алексей подал в суд на опекунов, но без доказательств дело закрыли. Подруги собрали подписи: более четырёх тысяч обращений в следственный комитет и прокуратуру, требуя активизировать поиски. Елена ездила в Чечню с адвокатом, но её не пустили в село. "Они сказали, что Седа 'в порядке', но я видела – там всё по-другому", – вспоминает она. Седа пропала без вести, и надежда таяла.
Подозрения в убийстве: слухи и отсутствие фактов
Через три месяца после похищения пошли разговоры о худшем. Несколько источников из Чечни передали, что Седу убили в ноябре – якобы из-за "непочтения к семье". Говорят, её похоронили в родовом селе за пределами кладбища, в безымянной могиле. "Как собаку", – шептали знакомые. Приказ якобы дал влиятельный родственник, депутат Госдумы Адам Делимханов. Точной информации нет – следователи не нашли тело, а семья отрицает. Но подруги верят: Седа боролась, но силы были неравны.
Елена наняла частных детективов: они проверили мобильные данные, но след прервался в аэропорту. "Мы надеялись, что она жива, прячется, – говорит Елена. – Но два года молчания – это приговор". Обращения в суды и прокуратуру накапливались: четыре тысячи подписей от друзей, коллег и активистов. Следственный комитет возобновлял дело, но без улик оно замирало. Алексей уехал в другой город, сломленный горем: "Я потерял её навсегда". Подруги Седы создали группу поддержки – еженедельные встречи в кафе, где вспоминают её смех и рисунки.
Выход Елены: задержание и решимость не сдаваться
Елена Патяева не выдержала – вышла на одиночный выход на мосту в центре Питера. Она стояла с плакатом: "Где Седа Сулейманова? Требую расследования!" Полиция прибыла через четыре часа: составили протокол за несанкционированную акцию, но отпустили. "Хватит сажать меня! – кричала она. – Я не сдамся, пока не узнаю правду". Это уже второй арест: в первый раз её держали сутки. Елена, 25-летняя офисный работник, рисует плакаты сама – яркие, с фото Седы и слоганом "Верни мою подругу".
Акция привлекла внимание: прохожие фотографировали, журналисты брали интервью. Елена заявила: "Два года назад похитили Седу из Питера и увезли в Чечню. Она не выходит на связь с нами, парнем, правозащитниками. Надеюсь, что она жива, но надежда угасает. Сдаться? Не для меня". Она собрала новые подписи – цель пять тысяч. Подруги присоединились: одна из них, Мария, разместила фото Седы в кафе. "Мы не забудем её, – говорит Елена. – Это вопрос чести".