К Виктору Петровичу я шла уже третий день подряд. Все никак не могла собраться с духом попросить повышение. Зарплата моя была смешная — двадцать пять тысяч за должность ведущего бухгалтера. А работала я в компании уже семь лет.
Утром собиралась, думала — сегодня точно скажу. Потом находила всякие отговорки. То он занят, то настроение плохое, то время неподходящее.
Виктор Петрович был человек сложный. Мог накричать из-за любой мелочи, а мог и похвалить неожиданно. С ним никто из сотрудников близко не общался. Держал дистанцию всегда.
Мне он почему-то доверял больше других. Поручал самые важные дела, советовался иногда. Другие девочки в офисе завидовали.
— Инка, ты у него любимчик, — говорила Лена из отдела кадров. — Могла бы повышения попросить.
— А вдруг откажет? — отвечала я. — Или вообще уволит.
— Да не уволит он тебя. Без тебя развалится все тут.
И правда, работы у меня было много. Отчеты, налоги, зарплата всем. Виктор Петрович в финансах не разбирался особо, полагался на меня полностью.
В пятницу решилась наконец. Поправила прическу, помаду подкрасила, постучала в его кабинет.
— Войдите! — крикнул он.
Зашла, а он сидит за столом с какими-то документами. Лицо сосредоточенное, очки на носу.
— Виктор Петрович, можно с вами поговорить?
— Конечно, Инна Владимировна. Садитесь. Что-то случилось?
— Нет, просто... хотела обсудить свою зарплату.
Он отложил бумаги, посмотрел на меня внимательно.
— А что с зарплатой?
— Виктор Петрович, я работаю тут уже семь лет. Обязанностей стало больше, ответственности тоже. А зарплата все та же.
— Понятно. И сколько вы хотите получать?
— Тысяч сорок хотя бы. Это же не много для такой должности.
Он задумался, покрутил ручку в руках.
— Инна Владимировна, дайте мне подумать. Понедельник обсудим.
— Хорошо, — согласилась я, хотя внутри все сжалось. Подумать это обычно означает отказ.
Встала, чтобы идти, а он меня останавливает.
— Подождите. Хочу вас кое о чем спросить.
— Слушаю.
— Инна Владимировна, а вы не собираетесь увольняться? Работу другую искать?
— Нет, не собираюсь. А что?
— Просто спросил. Хорошо что не собираетесь.
Я ушла в недоумении. Какой странный разговор. Зачем он спросил про увольнение?
Выходные прошли в волнении. Думала что скажет в понедельник. Может согласится, может откажет. А может вообще предложит искать другую работу.
В понедельник пришла на работу пораньше. Виктор Петрович уже был в офисе, что удивительно. Обычно он приходил к десяти.
Работала, нервничала, каждую минуту ждала вызова. Но он молчал. Обед прошел, вторая половина дня тоже.
В пять вечера все начали расходиться. Я тоже собиралась, когда он наконец позвал.
— Инна Владимировна, зайдите ко мне.
Зашла в кабинет. Виктор Петрович выглядел усталым, лицо серое какое-то.
— Садитесь. По поводу зарплаты решил. Согласен на сорок тысяч.
— Правда? — обрадовалась я. — Спасибо большое!
— Не за что. Вы хорошо работаете, заслужили.
— А с какого числа?
— С первого следующего месяца.
Я поблагодарила еще раз, встала идти. Но он опять меня останавливает.
— Инна Владимировна, еще один вопрос. Личный.
— Да?
— У вас семья есть? Дети?
— Нет, я не замужем. Детей тоже нет.
— Понятно. А родители живы?
— Мама жива. Папы уже нет.
— Ясно.
Он замолчал, смотрел в окно. Я не понимала к чему эти вопросы.
— Виктор Петрович, можно спросить зачем вам это?
— Ничего особенного. Просто интересно стало.
Разговор явно не клеился. Я попрощалась и ушла домой. Радовалась повышению, но вопросы начальника смущали.
Дома позвонила маме, рассказала про прибавку к зарплате.
— Инночка, как хорошо! Значит тебя ценят.
— Да, мам. Но он какой-то странный стал. Расспрашивает про семью, родственников.
— А может женится хочет на тебе? — засмеялась мама.
— Мам, да что ты! Ему почти шестьдесят!
— Ну и что? Мужчина еще вполне ничего.
Но я знала что это не то. В Викторе Петровиче ничего романтического не было. Он был как строгий отец, не больше.
Прошла неделя. Начальник стал еще более замкнутым. Ходил мрачный, почти не разговаривал. Несколько раз заставал его за разбором каких-то личных документов.
— Инна Владимировна, — позвал он меня в среду. — Подойдите.
Зашла в кабинет. На столе лежали какие-то официальные бумаги.
— Скажите, вы нотариуса знаете хорошего?
— Знаю. Соколову Марину Игоревну. У нее мама квартиру оформляла.
— Дайте контакты.
— А что случилось?
— Документы оформить надо. Важные.
Я дала ему телефон нотариуса. Виктор Петрович записал в блокнот.
— Спасибо. И еще. Если я заболею или в отпуск уеду, сможете фирму потянуть?
— Наверное смогу. А вы куда-то собираетесь?
— Пока не знаю. Просто на всякий случай спрашиваю.
Опять странности. Куда это он собрался? И зачем нотариус?
На следующий день Виктор Петрович пришел на работу в костюме. Обычно он ходил в джинсах и свитере, а тут при полном параде.
— Инна Владимировна, я отлучусь на пару часов. Если что срочное будет, звоните.
— Хорошо.
Вернулся он к обеду. Выглядел как-то облегченно, даже улыбался.
— Дела сделал? — спросила я.
— Да, все в порядке теперь.
Работали мы допоздна в тот день. Я заканчивала месячный отчет, Виктор Петрович сидел в своем кабинете. В восьмом вечера я собралась домой.
— Виктор Петрович, я пойду. Отчет готов.
— Подождите. Зайдите на минутку.
Зашла. Он сидел за столом, перед ним лежал какой-то документ.
— Инна Владимировна, хочу вам кое-что сказать.
— Слушаю.
— Вы хороший человек. Честный, ответственный. Таких мало.
— Спасибо.
— И еще. Если со мной что-то случится, не волнуйтесь. О вас позаботятся.
— Виктор Петрович, что с вами может случиться?
— Всякое бывает в жизни.
Он встал, подошел к сейфу, достал какую-то папку.
— Вот, документы важные. Если что-то со мной будет, отдайте их адвокату Петрову. Его телефон здесь записан.
— Виктор Петрович, вы меня пугаете. Что происходит?
— Ничего особенного. Просто подстраховываюсь.
Он положил папку в мой стол, в нижний ящик.
— Никому об этом не говорите. И папку не открывайте без надобности.
— Хорошо, но...
— Все, идите домой. Спокойной ночи.
Дома я не могла заснуть. Что это было? К чему такие разговоры? Может он болен чем-то серьезным?
Утром пришла на работу, а Виктора Петровича нет. Звоню ему, не отвечает. До обеда ждала, потом заволновалась.
Лена заглянула в мой кабинет.
— Инка, а где шеф?
— Не знаю. Не приходил.
— Странно. Он же никогда не прогуливает.
— Я тоже удивляюсь.
К вечеру Виктор Петрович так и не появился. Телефон молчал. Я закрыла офис и поехала домой в тревоге.
Дома включила новости, и тут сердце остановилось. В сводке происшествий показывали знакомую машину. Черный Мерседес Виктора Петровича.
— Сегодня утром на Можайском шоссе произошла авария. Водитель легкового автомобиля скончался на месте от полученных травм...
Я упала в кресло. Виктор Петрович погиб. Вот почему он вчера так странно себя вел. Чувствовал что-то?
Звонок в дверь прервал мои мысли. Открываю, а там милиционер стоит.
— Вы Инна Владимировна Козлова?
— Да.
— Лейтенант Сидоров. По поводу Морозова Виктора Петровича. Вы его знаете?
— Знаю. Он мой начальник. То есть был...
— Можно войти?
Пригласила милиционера, предложила чай. Он рассказал подробности аварии. Виктор Петрович ехал на дачу рано утром, не справился с управлением на повороте.
— А почему вы ко мне обратились? — спросила я.
— В его записной книжке ваш телефон был отмечен особо. Как контактное лицо.
— Понятно.
— Скажите, у него родственники есть?
— Не знаю. Он никогда не рассказывал о семье.
— Тогда похороны будет организовывать государство. Если только завещание не найдется.
При слове завещание я вспомнила про папку в столе.
— А где его искать надо?
— У нотариуса или дома. Мы квартиру обыщем завтра.
После ухода милиционера я долго сидела и думала. А что если в той папке завещание? Надо завтра посмотреть.
Утром приехала в офис первая. Достала папку из стола, открыла с дрожащими руками.
Сверху лежало завещание. Виктор Петрович Морозов завещает все свое имущество... Я читала и не верила своим глазам.
— Завещаю все свое движимое и недвижимое имущество Козловой Инне Владимировне, 1985 года рождения...
Дальше шло описание имущества. Квартира трехкомнатная в центре, дача в Подмосковье, машина, счет в банке на два миллиона рублей, доля в фирме.
Я перечитала завещание несколько раз. Это не могло быть правдой! Почему он все оставил мне?
В конце документа было приписка от руки: "Инна Владимировна, вы единственный человек которому я доверяю. Распорядитесь всем как сочтете нужным. Спасибо за эти семь лет".
Слезы потекли из глаз. Бедный Виктор Петрович. Оказывается он был совсем один. И меня считал чуть ли не дочерью.
Позвонила адвокату Петрову, номер которого был в папке.
— Алло, Михаил Борисович? Это Козлова. По поводу Морозова...
— А, Инна Владимировна! Виктор Петрович говорил что вы позвоните. Завещание нашли?
— Нашла.
— Тогда приезжайте ко мне. Будем оформлять наследство.
В кабинете адвоката я узнала еще больше подробностей. Оказывается, Виктор Петрович месяц назад обратился к Петрову с просьбой составить завещание.
— Он сказал что чувствует — скоро умрет. Хотел все дела привести в порядок.
— А почему меня выбрал наследницей?
— Говорил что вы как дочь ему. Единственный близкий человек.
— Но мы даже не общались особенно...
— Виктор Петрович был человек замкнутый. Но наблюдательный. Семь лет смотрел на вас, изучал. Решил что достойны доверия.
Оформление наследства заняло несколько месяцев. Родственников у Виктора Петровича действительно не нашлось. Все имущество перешло ко мне.
Когда получила ключи от квартиры, пошла посмотреть. Трехкомнатная на Арбате, евроремонт, дорогая мебель. И везде фотографии — природа, закаты, цветы. Виктор Петрович, оказывается, любил красоту.
На письменном столе лежали еще несколько писем для меня. В одном он просил продолжать работу в фирме, теперь уже как совладелица. В другом извинялся за то что не сказал раньше о своих планах.
"Инна Владимировна, я не хотел вас пугать. Просто решил что должен все устроить заранее. Вы молодая, умная, честная. У вас все получится".
Фирму я не продавала. Стала директором, подняла зарплаты сотрудникам. Лена теперь завидует еще больше, но по-доброму.
— Инка, ты как в сказке живешь! Золушка прямо!
— Не сказке, Лена. Просто повезло с начальником.
Квартиру на Арбате сдаю, живу в своей. Деньги откладываю, думаю благотворительный фонд открыть. В память о Викторе Петровиче.
Иногда хожу на его могилу. Рассказываю как дела в фирме, что изменила, какие планы. Будто он меня слышит.
— Виктор Петрович, спасибо вам за доверие. Постараюсь не подвести.
Ветер шелестит листьями, солнце светит сквозь облака. И кажется что он одобряет мои слова.
Жизнь моя изменилась кардинально. Но главное что поняла — доверие людей дорого стоит. И нужно его оправдывать каждый день.
Вот так простая просьба о повышении зарплаты привела к такому неожиданному повороту судьбы. Кто знал что тот разговор в кабинете станет началом новой жизни.