Его первой увидела маленькая Варя, дочь Прокопа. Из муторной жёлтой мглы у калитки их огорода возникла высокая, тощая фигура в длинном, прожжённом искрами зипуне...
********************
Давно это было. Да и было ли... Но в сибирской деревне Сосновка, славящейся своими пасеками - чуть не в каждом хозяйстве были они в те давние времена - передавалась из уст в уста красивая легенда о Пчелином отце...
Беда пришла в деревню Сосновка тихо, не с громом и молнией, а с упрямым восточным ветром, который неделю гнал с сопок дым лесных пожаров. Воздух стал горьким и едким, застилая солнце рыжей пеленой.
Первыми забеспокоились птицы - их тревожные голоса смолкли в роще. Потом старый Прокоп, деревенский пасечник, обнаружил, что его пчелы не летят за взятком, а жмутся у летков, слово одурманенные.
А на третий день дыма в деревне появился Он...
Его первой увидела маленькая Варя, дочь Прокопа. Из муторной жёлтой мглы у калитки их огорода возникла высокая, тощая фигура в длинном, прожжённом искрами зипуне. Он был сед, бородат, в руках держал посох из лиственницы. Но больше всего Варю поразили его глаза - усталые, покрасневшие от дыма, но пронзительные и чистые, как вода в роднике.
- Деда, к тебе странник пришел, - позвала она отца.
Прокоп вышел на крыльцо, щурясь от дыма. Странники в их краях не редкость, но этот был иным. Он не просил ни хлеба, ни ночлега. Он молча указал посохом на ульи, на безутешно гудящих пчёл, а потом повернулся и посмотрел в сторону горящего леса.
- Лес горит... - хрипло сказал Прокоп, - И ветер на нас... Ничего не поделаешь...
Странник покачал головой, подошёл к ближайшему улью, медленно, почти благоговейно провел ладонью над спинками сонных пчёл и что-то прошептал им.
Затем он достал из-за пазухи маленькую деревянную дудочку и начал играть. Звук был негромким, монотонным, похожим на жужжание самой пчелы. Но через несколько минут пчёлы в улье зашевелились, будто просыпаясь, а затем несколько десятков рабочих тружениц поднялись в воздух и, описав круг над головой странника, уверенно полетели не в сторону леса, а в противоположную - к западным лугам, куда дым почти не доходил.
Прокоп смотрел, раскрыв рот. Он, потомственный пасечник, видел такое впервые.
- Кто ты? - только и смог вымолвить он.
Странник убрал дудочку.
- Зовут Леонид. А был пчеловодом. Пока мой лес не выгорел дотла. Теперь иду, куда ветер гонит. А ветер гонит туда, где помощь нужна.
Леонид остался в Сосновке. Он не лез в дела, не поучал. Он просто ходил от пасеки к пасеке и своей дудочкой и тихим словом помогал ошеломленным пчёлам найти чистый путь к уцелевшим медоносам. Местные, сперва смотревшие на него с подозрением, вскоре прозвали его "Пчелиным отцом".
Дым не уходил, но пасеки Сосновки, в отличие от соседних деревень, не погибли.
Вот только в каждой деревне найдётся свой завистник. Был им в Сосновке Геннадий, сын местного лавочника. Он всегда считал себя умнее этих "тёмных деревенщин" и мечтал скупить их земли под свою расширяющуюся ферму. Выжившие пасеки ему были не нужны - он планировал на их месте построить свинарники. А этот странник со своей дудкой рушил все его планы.
Геннадий по-своему взялся за дело. Он пустил слух, что Леонид - колдун, что это он наслал дым и падёж на пчёл соседних деревень, чтобы потом за бесценок скупить их мёд. Что он водится с нечистой силой, раз может разговаривать с пчелами. Слухи, подхваченные страхом и отчаянием, поползли по округе.
Однажды вечером к дому Прокопа, где жил Леонид, подошла группа мужиков из соседней, выгоревшей дотла деревни. Они были злы, пьяны и напуганы.
- Выходи, колдун! - кричали они - Свою силу покажи! Или убирайся, пока цел!
Прокоп вышел на крыльцо с ружьем, но Леонид мягко отстранил его. Он вышел к толпе один, без посоха, без дудочки.
- Я не колдун, - сказал он тихо, но так, что его было слышно каждому, - Я просто слушаю. Слушаю лес, слушаю пчёл. Ваш лес молчит, потому что он мёртв. А мои пчёлы говорят, где ещё есть жизнь. Я могу научить и вас.
- Колдун ты! - крикнул кто-то - Наше счастье сжёг! - толпа рванулась вперёд.
Но в этот момент произошло то, чего не ожидал никто. Маленькая Варя выбежала из дома и встала между толпой и странником. А следом за ней, громко топая, вышел весь деревенский совет Сосновки во главе со старостой - суровым, но справедливым дедом Трофимом.
- Хватит! - прогремел его голос - В своём горе ослепли? Человек нам руку помощи протянул, а вы в неё плюёте! Он наши пасеки спас, пока вы водкой разум заглушали! Кто тронет Пчелиного отца - тот со всей Сосновкой дело иметь будет. Понятно?
Мужики, понурив головы, разошлись.
А наутро Леонид пошёл не к ульям. Он пошёл к Геннадию. Зашёл в лавку и сказал так, чтобы слышали все покупатели:
- Ты боишься не колдовства. Ты боишься, что люди научатся слушать землю и друг друга и твоей власти над ними не станет. Но сила не во власти. Она - в знании. И я готов научить тебя, если хочешь.
Геннадий лишь фыркнул и отвернулся.
Через неделю ветер переменился, пошел долгожданный дождь, и дым рассеялся. Леонид собрался в путь. На прощание он подарил Варе свою дудочку.
- Слушай, - сказал он ей, - И помни.
Он ушёл так же тихо, как и появился. А в Сосновке осталась о нём память - не как о колдуне, а как о человеке, который в час беды не дал им ожесточиться и показал, что настоящее знание - не в хитрости, а в умении слышать тихий голос жизни и помогать другим его услышать. И пасеки Сосновки с тех пор были самыми богатыми в округе.
Любите читать рассказы о животных? Заглядывайте в рубрики "Рассказы", "Рассказы - 2", "Рассказы - 3"! Ваша Гелена