Хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершённое с применением оружия группой лиц по предварительному сговору, наказывается лишением свободы на срок до 7 лет.
КОРОТКАЯ КОНСУЛЬТАЦИЯ ИЗ ПРАКТИКИ № 18*.
(*В каждом конкретном случае всё особенно и индивидуально, а потому и способы разрешения проблемы разные)
Статья 213 ч. 2 Уголовного кодекса РФ гласит: хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершённое с применением оружия группой лиц по предварительному сговору, наказывается лишением свободы на срок до 7 лет.
Собрались как-то ребята численностью в 10 человек и в возрасте от 14 до 16 лет для прогулки по улицам культурной столицы. Одежда соответствовала правилам моды, диктуемой в право-радикальных движениях, в том числе демонстрируя изображения нацистских символов таких, как: волчьи крюки.
Проходя мимо одного из сквера, была замечена уступающая им по численности компания молодых людей, внешне указывающих на своё отношение к панк-культуре. Последние были атакованы компанией радикально настроенных подростков, которая напоследок залила потерпевших перцовым газом и немного порезала ножами. По обстоятельствам нападения группы хулигански настроенных подростков было возбуждено уголовное дело по ст. 213 ч. 2 УК РФ, которое находится на рассмотрении в Ленинском районном суде г. Санкт-Петербурга.
В защиту одного из нападавших, в суд, в качестве свидетеля, пришла мама, которая решила помочь своему сыну, рассказав суду о том, что указанный стал лишь жертвой стечения обстоятельств.
Яжемать рассказала о том, что до шестого класса воспитывала своего сына дома самостоятельно, так как с её слов, такое воспитание и образование будет полезнее, чем в школе среди сверстников и под руководством профессиональных педагогов.
Параллельно сына она отправляла в местный Дом творчества, в котором та работала уборщицей, для занятий в различных секциях: шашки, пение, танцы, технические кружки и т.д. Сын, пояснила яжемать, участвовал в множестве различных турнирах творческого искусства, имеет множество наград и грамот.
После 6 класса яжемать всё таки решила отдать своего ребёнка в школу, так как воспитывать своего сына ей стало трудно. С самого начала успехов в школе её сын не достигал: яжемать часто вызывали к директору из-за плохой успеваемости и плохого поведения, ребёнок не имел никакого интереса к учёбе и дисциплине. Поэтому яжемать решила перевести своего сына в спецшколу.
На дворе был 2020 год. После начавшейся пандемии короновируса государство перешло на дистанционное своё функционирование, а поэтому сын яжематери был лишён полноценного воспитания и образования среди своих сверстников и образованных преподавателей, так как вновь перешёл на домашнее обучение.
Также яжемать добавила, что в 2020 года её супруг (отец нападавшего ребёнка) выехал на свою родину в соседнее государство, однако вернуться обратно уже не смог, так как пересечение границы Российской Федерации на период ковида было приостановлено.
Яжемать стоит за трибуной перед судом, а её сын сидит в двух метрах от неё в судебной клетке.
Вопрос судьи к свидетелю (яжематери): «Если Ваш сын такой весь из себя прекрасный, то как же получилось так, что кроме этого уголовного дела о нападении с ножевыми ранениями, имеются ещё два других уголовных дел по другим аналогичным эпизодам в других районах города?».
Яжемать ответила, что наверное она где-то не доглядела (!).
По мнению яжематери, причиной таким дефектным и антиобщественным взглядам и поведению её сына явились не выбранные ею методы воспитания своего ребёнка (до 6 класса), ни её высокомерная убеждённость «в правильном своём превосходстве над всем, а ограничения короновирусного кризиса 2020-2022 годов (!), так как:
- дистанционное обучение разорвало связи между её сыном и его сверстниками, а также он был лишён возможности получать полноценное профессиональное школьное образование после 2020 года (!);
- его отец не смог вернуться в Россию из своей родины, так как граница Российской Федерации была закрыта, а потому был лишён необходимого ему отцовского внимания.
Гордость не позволила яжематери признать свою вину в неправильном подходе к развитию своего ребёнка. Работая всего лишь уборщицей, она искренне считала, что она лучше знает, каким образом следует давать своему ребёнку образование (!), а значит и воспитывать его.
Гордость не позволила яжематери признать и того факта, что только она виновата в таком преступном поведении своего сына, основанном на экстремистских и право-радикальных взглядах, и не кто другой больше.
Даже в такой драматической обстановке, при которой её сын сидит в двух метрах от неё в тюремной клетке, она обвиняет кого угодно, но только не себя.
Гордость не позволила яжематери растрогаться и признать за собой вину в неправильных подходах к воспитанию своего сына, чтобы тем самым облегчить ему наказание. Не замарать свою шкурку в глазах общественности в лице значительной публики, присутствующей в зале судебного заседания, для яжематери имело большее значение, чем дальнейшая учесть своего сына.