Вот такая замечательная утя жила когда-то на новозеландском острове Чатем в 785 км к востоку от материковой Новой Зеландии. Это новоописанный вид – чатемский угорь... ой, Игорь... тьфу, огарь!
Чатемский огарь (Tadorna rekohu) – ближайший родич новозеландского (Tadorna variegata), который настолько живой, что без лишнего стеснения отстреливается по сто тыщ в год – и все равно вовсю плодится и расселяется по всей стране, залетает даже на Чатем по ошибке.
Примерно 390 тысяч лет назад точно так же сделал общий предок этих двух видов, а его чатемские потомки затем слегка раздобрели телесами, вытянулись ногами, укоротились крыльями и стали хуже летать, пав очередной жертвой так называемого островного синдрома. А впрочем, зачем куда-то улетать с Чатема, когда там много пищи и мало хищников, разве что сокола Falco novaeseelandiae стоило опасаться, да гигантский пастушок Diaphorapteryx hawkinsi (вымерший эндемик Чатема) клюнуть мог. К тому же там дуют сильные ветра – слишком сложно улететь. В общем, чатемские огари обжились на острове, потихоньку эволюционировали в направлении утраты способности к полету, и было им там хорошо.
Все изменилось в голоцене с прибытием людей: эти прожорливые приматы попросту переловили всех огарей на Чатеме и съели, одни лишь косточки остались, коих много обнаружено в мусорных кучах ранних мориори (полинезийцы такие из группы маори). Судя по всему, птица крякнулась еще до вторжения маори и прихода европейцев в XIX веке. То же самое случилось и с семью другими видами некогда богатой утиной фауны острова, от которой осталась лишь серая кряква (Anas superciliosa).
И теперь потомки мориори, уже давно все перемешавшиеся с пришельцами, запоздало взяли вымершую утку под крыло и сами выбрали ей научное имя – от названия Чатема на их языке, Рекоху. Вот вам и кря.
Текст: Виктор Ковылин. Научная статья: Zoological Journal of the Linnean Society (Rawlence et al., 2025)