После трагических событий Кровавого воскресенья 9 января 1905 года, когда войска расстреляли мирную демонстрацию рабочих, Николай II оказался в крайне щекотливой ситуации. Ему необходимо было как-то реагировать на произошедшее, чтобы смягчить общественное негодование и сохранить остатки доверия к монархии. В первые дни после трагедии император хранил молчание, что лишь усиливало гнев и разочарование в обществе.
Через несколько дней, 19 января, Николай II принял депутацию от рабочих, выбранных на петербургских заводах и фабриках. Обращаясь к ним, император выразил своё сожаление по поводу случившегося, назвав события Кровавого воскресенья "прискорбными" и "тяжёлыми". Он подчеркнул, что искренне скорбит о погибших и раненых, и что его сердце "преисполнено глубокой печали".
Николай II попытался дистанцироваться от непосредственной ответственности за кровопролитие, возложив вину на неких "злых советчиков" и "врагов государства", которые якобы ввели рабочих в заблуждение и толкнули их на "бессмысленное мятежное шествие". Он заявил, что рабочие стали жертвами провокации, и что истиной целью этой провокации было "подорвать устои самодержавия".
В своей речи император пообещал рабочим "царскую заботу" и заверил их в том, что он будет "печься об их нуждах и благосостоянии". Он предложил рабочим создать комиссии для рассмотрения их жалоб и предложений, а также пообещал принять меры для улучшения условий их труда и быта. Николай II заявил о своей готовности "выслушать голос народа" и принять необходимые реформы, направленные на улучшение жизни простого населения.
Однако, несмотря на слова сожаления и обещания реформ, речь Николая II не смогла успокоить общественное мнение. Многие восприняли его слова как лицемерную попытку снять с себя ответственность за трагедию. Обещания императора казались неискренними и неубедительными, особенно на фоне продолжавшихся репрессий против участников рабочего движения. Кровавое воскресенье стало переломным моментом в истории Российской империи, подорвавшим авторитет монархии и ускорившим наступление революции 1905-1907 годов.
Вскоре после этой встречи, 29 января 1905 года, был издан рескрипт Николая II на имя министра внутренних дел А.Г. Булыгина, в котором предписывалось разработать проект учреждения законосовещательного органа при императоре. Этот орган должен был состоять из выборных представителей от населения и заниматься предварительным рассмотрением законопроектов. Данный шаг был воспринят как попытка создать видимость диалога с обществом и уступить требованиям либеральных кругов, выступавших за введение конституционного строя. Однако, проект Булыгина, предполагавший крайне ограниченные полномочия законосовещательного органа и многоступенчатую систему выборов, не удовлетворил никого.
Вместе с тем, правительство продолжало действовать репрессивными методами. Аресты и преследования участников демонстраций, закрытие рабочих организаций и жесткая цензура в печати лишь подливали масла в огонь. Общественное недовольство нарастало, охватывая все слои населения: от рабочих и крестьян до интеллигенции и либерально настроенной буржуазии. Забастовки и стачки, начавшиеся в Петербурге, быстро распространились по всей стране, парализуя экономику и транспорт.
К лету 1905 года стало очевидно, что ситуация выходит из-под контроля. Крестьянские бунты охватили целые губернии, рабочие создавали собственные органы самоуправления – советы, а в армии и на флоте зрело недовольство. Кульминацией этого процесса стал мятеж на броненосце "Князь Потёмкин Таврический" в июне 1905 года, продемонстрировавший, что даже опора самодержавия - вооруженные силы - не гарантирует стабильность.
В этих условиях Николай II был вынужден пойти на дальнейшие уступки. 17 октября 1905 года был подписан Манифест "Об усовершенствовании государственного порядка", провозглашавший гражданские свободы и учреждавший законодательную Государственную думу. Этот Манифест стал важнейшим этапом на пути к конституционной монархии в России, однако, не положил конец революции. Радикальные элементы, требовавшие полного свержения самодержавия, не были удовлетворены половинчатыми реформами, и борьба за власть продолжалась.