Найти в Дзене

Разговоры Сталина и Молотова во время Мюнхенского соглашения 1938 года

В сентябре 1938 года разразился Судетский кризис, это был территориальный спор между нацистской Германией и Чехословакией за приграничную территорию Чехословакии, где проживало более 3 млн немцев. После Первой мировой войны эта территория оказалась в составе Чехословакии, хотя была населена в абсолютном большинстве немцами. Гитлер решил исправить эту ситуацию, он заявил свои права на эту территорию, и выдвинул ультиматум чешскому правительству: немедленно вывести войска с территории Судетской области. Правительство Чехословакии отчаянно искало помощи у внешних партнеров... — Что там происходит, Вячик? Гитлер собирается воевать против Чехословакии? А что чехи? Готовы сопротивляться? — Я уверен, что не готовы. Они ждут помощи от Франции и Великобритании. — А те готовы помочь? — Трудно сказать, показывают, что готовы, но на самом деле их общества не готовы к развязыванию войны. — Это верно! А мы какую позицию займём в этой ситуации? — Я не знаю, товарищ Сталин, я думал, вы скажете. Промол
Оглавление

В сентябре 1938 года разразился Судетский кризис, это был территориальный спор между нацистской Германией и Чехословакией за приграничную территорию Чехословакии, где проживало более 3 млн немцев. После Первой мировой войны эта территория оказалась в составе Чехословакии, хотя была населена в абсолютном большинстве немцами. Гитлер решил исправить эту ситуацию, он заявил свои права на эту территорию, и выдвинул ультиматум чешскому правительству: немедленно вывести войска с территории Судетской области. Правительство Чехословакии отчаянно искало помощи у внешних партнеров...

Первый разговор Сталина и Молотова по поводу кризиса в Чехословакии

— Что там происходит, Вячик? Гитлер собирается воевать против Чехословакии? А что чехи? Готовы сопротивляться?

— Я уверен, что не готовы. Они ждут помощи от Франции и Великобритании.

— А те готовы помочь?

— Трудно сказать, показывают, что готовы, но на самом деле их общества не готовы к развязыванию войны.

— Это верно! А мы какую позицию займём в этой ситуации?

— Я не знаю, товарищ Сталин, я думал, вы скажете. Промолчать мы, конечно, не можем. Кризис серьёзный.

— Настоящие большевики не боятся никаких кризисов, запомни это, Вячеслав. Надо сделать так, чтобы этот кризис сыграл нам на руку. Давай подтвердим свои гарантии безопасности перед Чехословакией.

— Но Франция воевать не готова! В этой ситуации мы можем остаться один на один с Гитлером. А Франция с Англией будут только потирать руки.

— Не верно рассуждаешь, товарищ Молотошвили! Ты забыл одну важную деталь - география!

— Вы имеете в виду, что у нас нет общей границы с Чехословакией?

— Вот именно! Как думаешь, Польша или Румыния пропустят нас через свою территорию?

— Полностью исключено! Поляки сказали, что они даже самолёты наши будут сбивать. А уж о сухопутных войсках и речи быть не может!

— Тогда мы ничем не рискуем! Надо показать всему миру, что в отличие от трусливых Англии и Франции мы готовы поддержать маленькую Чехословакию в её борьбе против нацистской Германии. Мы будем выглядеть в глазах мировой общественности героями, а Англия и Франция позорными трусами.

— Это вы замечательно придумали, товарищ Сталин! А что если Англия и Франция изменят свою позицию и согласятся помочь Чехословакии?

— Тогда ещё лучше! Все вместе раздавим нацистскую гадину, которая угрожает всему коммунистическому движению!

Через несколько дней стало известно, что Англия и Франция готовы пойти на соглашение с нацистской Германией и без сопротивления уступить немцам всю Судетскую область. Чехов же просто решили поставить перед свершившимся фактом.

29 сентября 1938 года было подписано Мюнхенское соглашение между нацистской Германией, Великобританией, Францией и фашистской Италией о передаче Судетской области в состав Германии. Также Чехословакия несла территориальные потери перед Польшей и Венгрией. Это был самый настоящий сговор между западными демократиями и тоталитарным нацистским режимом. Советская дипломатия была в шоке от такого развития событий.

Второй разговор Сталина и Молотова по поводу Чехословакии

— Ну что, Вячик, переиграли нас западные засранцы! Договорились с Гитлером! Ещё и постараются теперь на нас его натравить!

— Гитлер пока не готов к открытой войне, Иосиф Виссарионович. И пока до конца не известно, куда он направит в начале свой удар. Может и на Запад.

— Ты думаешь с ним можно договориться?

— Договориться можно, но будет ли он потом исполнять эти договорённости.

— Что думаешь насчёт Польши, Вячеслав? На чьей стороне она будет воевать, если мы схлестнёмся с Гитлером?

— Полякам доверять нельзя, Иосиф Виссарионович. Слишком большая ненависть у них к Советской России. Я не удивлюсь, если они просто пропустят немецкие войска через свою территорию, чтобы Гитлер напал на нас.

— Да, Польша - это проблема. Чтобы решить её, придётся провернуть сложнейший дипломатический маневр. Я должен серьёзно подумать об этом. Пока не предпринимай никаких шагов в этом направлении. Я скажу, что делать дальше.

— Хорошо, Иосиф Виссарионович. Что по поводу западных демократий? Это окончательный разрыв с ними или ещё можно восстановить с ними отношения?

— Они против Гитлера воевать не будут. Прошлая война их окончательно добила. Англия хочет вооружить Гитлера и направить его против нас. Франция хочет просто выжить, и понимает, что без Англии она этого сделать не сможет, поэтому во всём потакает англичанам.

— И что же нам делать в этой ситуации? Сидеть и ждать пока Гитлер обрушится на нас с помощью английского и американского оружия, получая ещё помощь от Франции и Польши, которая к тому же пропустит гитлеровские войска через свою территорию. Мы в ловушке, товарищ Сталин!

— Паникой делу не поможешь, Вячеслав. Надо найти противоречия между западными демократиями и Гитлером. Гитлер очень многого хочет в Восточной Европе, и западные демократии готовы многое ему уступить. Многое, но не всё! Когда аппетиты Гитлера достигнут максимума, Англия и Франция больше не смогут поощрять его на дальнейшую оккупацию своих союзников. И вот тогда мы должны проявить чудеса дипломатии, чтобы выжать из этой ситуации максимум выгоды для нас.

— Но что мы можем ему предложить? Он же ненавидит коммунизм, нашу систему, постоянно говорит, что хочет нас уничтожить.

— Говорить можно всё что угодно, Вячеслав. Гитлер знает, что англичанам нравятся эти лозунги, поэтому он их и говорит, для того чтобы добиться от них максимальных уступок. Англичане верят, что Гитлер развернёт крестовый поход против коммунизма. Но наша задача - развернуть агрессивные планы Гитлера в обратную сторону, то есть на Запад. И мне почему-то кажется, что Гитлер прислушается к нашим доводам. Поживём, увидим Вячеслав...