Итак. Продолжим триллер под названием "кот и двое детей". После того, как сосиски закончились, мы сели рисовать. Мы с детьми на диван, кот под телевизором, напротив. Девочки притихли и периодически посматривали на Скизона. Стоило тому крякнуть или шевельнуться, карандаши тут же замирали и две светлые головки настороженно поворачивались в его сторону.
-Скизи, иди-ка ты... на подоконник. - вздохнул Сашка. Невозможно же все время шарахаться от каждого котячьего движения. - В спальню.
Под двумя перепуганными детскими взглядами и одним насмешливым моим, кот, в сопровождении Сашки, промаршировал в спальню. Там запрыгнул на подоконник, устроился на своем меховом конверте и уставился в свой телевизор. По дороге он обругал нас, и кажется, пообещал вернуться.
Но мир так и не наступил. Младшенькая тяжко вздохнула. Раз, другой.
-А что он там делает? - печально поинтересовалась она наконец.
-Кто? - я уже на что-то отвлеклась и все забыла.
-Котеночка.
-Какая котеночка?! - не поняла я. Котеночка?! Если бы она сказала "теленочка" я бы еще поняла. Но котеночка?!
-Котеночка. - повторила Аня, и подождала, пока до меня дойдет.
А потом как началось.
-Он котеночка там один?
-А котеночке там не скучно?
-А можно посмотреть на котеночку?
-А что котеночка сейчас делает?
И каждое это ее "котеночка" вводила меня в такое состояние... Откровенно ржать я не могла, но и сдерживаться тоже было сложно. Поэтому я периодически хрюкала от смеха, чем определенно пугала детей.
-Можно мы просто будем рисовать. Давайте рисовать. - предложила я, утирая слезы. Котеночка...
-Котеночку. - невинно предложил Сашка, отчего меня снова скрючило от смеха. Ну правда, Скизи, ты кто угодно, только не котеночкА. Еще и в женском роде. Ой, все.
-Давайте рисовать котеночку, - печально согласилась старшенькая, и отсела от меня подальше. Оно и понятно, лучше держаться подальше от стремной тетки хрюкающей под столом.
-Не давайте, - сурово заявила младшенькая, и раньше, чем я вскочила с дивана, рванула в спальню.
Мы с Сашкой переглянулись. С одной стороны, это же всего лишь котеночка. Просто котеночка. Шесть кило четыреста грамм котеночки. Ну что такого он сделает, если на него издалека посмотрят? Не крокодил же какой-то... Пока я утешала себя подобными мыслями, ноги сами несли меня в спальню. Спасать ребенка от этой котеночки.
Мы встретились в коридоре. Сначала меня чуть не сбил с ног вопль. Потом мимо прорвался котеночек, оттоптав мне ноги и едва не сбив с дороги, и одним махом оказался на холодильнике. Потом выкатилась, в прямом смысле слова Аня, а следом скакал мой гимнастический шар.
Сначала повисла тишина. Оглушающая, очень страшная. Как бывает перед грозой. А потом грянула и гроза. Аня очухалась и начала орать.
Пока мы ее поднимали, пока утешали, пока грозили котеночке всеми карами небесными, прошло полчаса. И только потом ребенок поведал, что котеночка не при чем. Она шла к нему, но не дошла. Увидела мяч, полезла на него, и случилось страшное. Мяч ускакал, Анечка упала, а котеночка в шоке оказалась на холодильнике.
После такого стресса пошли перекусить. Сосисками. Дети съели по две штуки, мы с Сашкой по одной, котеночке, не сговариваясь, выдали по половинке. Черт с тобой, котеночка. Потом с диетой разберемся. Нервы дороже.