80 лет назад Красная Армия не только разгромила Квантунскую армию в Северном Китае, но и освободила Часть Корейского полуострова. Традиционно, после распада СССР стало звучать большое количество мнений о том, что данная акция преследовала сугубо политические цели – мол СССР занялся экспансией коммунизма за рубеж, а благородные западные союзники едва успели спасти половину Кореи от этого. И именно США освободили корейскую землю, а участие СССР было минимальным. Посмотрим повнимательнее на эти события.
Военная необходимость операции
Освобождение Северной Кореи стало частью Маньчжурской стратегической наступательной операции, что стало прямой задачей 1-го Дальневосточного фронта маршала К.А. Мерецкова. Борьба за выход на корейскую землю началась с первого дня войны, с 9 августа, что являлось целью действий левого крыла фронта. Удары по войскам японской Корейской армии наносились одновременно с суши и со стороны моря.
Свои десантные операции Тихоокеанский флот (командующий адмирал И.С. Юмашев) проводил в самом тесном взаимодействии с войсками 1 -го Дальневосточного фронта. Первоначальный план Маньчжурской стратегической наступательной операции, утвержденный в Москве, был несколько изменен, и захват портовых городов на севере Кореи был поручен морякам-тихоокеанцам. Для этой цели на Тихоокеанском флоте были созданы специальные десантные отряды с кораблями огневой поддержки и сформированы батальоны морской пехоты.
Наступательная операция по побережью Северной Кореи велась одновременно с наступлением советских войск в Маньчжурии. Она преследовала следующие прежде всего военные цели,а отнюдь не политические:
а) Отрезать пути отхода японских войск из Маньчжурии на юг, лишив их возможности использовать северокорейские порты для сосредоточения сил и эвакуации тяжелого вооружения и материальных ценностей;
б) Обеспечить плацдарм советских войск для действий против укрепрайонов противника (прежде всего против Ронанского) и создание операционной базы Тихоокеанского флота в портах Северной Кореи, что служило прикрытием фланга приморской армии;
Наступление вдоль берега Японского моря по территории Северной Кореи вела группировка войск генерала Т.Н. Шанина из состава 25-й армии, которой командовал генерал-полковник И.М. Чистяков. 9 августа она, при поддержке кораблей Тихоокеанского флота, начала штурм долговременных укреплений японцев на границе Приморского края с Кореей. Штурм их долгим не стал. Советские войска с ходу форсировали реки Хуньчунь и Тумыньцзян и заняли ближайший приграничный город Кэйко.
Продвижение вперед авангарда советских войск шло успешно: японцы оказались не готовы к его сдерживанию в приграничье. Уже к 15 часам 9 августа передовые отряды заняли город Кэнхын.
Командующий 1-я Дальневосточным фронтом маршал К.А. Мерецков, с учетом успешности действий на морском побережье, поставил перед 25-й армией следующую наступательную задачу. Надлежало, овладев основными северокорейскими портами, выйти в тыл на коммуникации 3-й японской армии. Тем самым отсекались находившиеся в Корее войска 17-го фронта от 3-й армии и от побережья Японского моря.
Смелые десанты на Корейское побережье
Десантные операции на корейском побережье прошли успешно. 11 августа силами морского десанта был занят порт Юки (ныне Унги), 13 августа — порт Расин (ныне Начжин), 16 августа — порт
Сейсин (ныне Чхонджин). Занятие их позволяло выйти к портам Южной Кореи, и после их захвата можно было наносить сильные удары с воздуха и высадкой десантов по отдаленным военно-морским базам противника, в том числе и на самих Японских островах, прежде всего на Хоккайдо.
Десант в порт Юки (разведотряд штаба флота, батальон морской пехоты и отряд автоматчиков — 171 человек) не встретил сопротивления противника. Японское командование заблаговременно отвело свои войска к северу на 10—15 километров от горящего города, подвергшегося налету морской авиации.
Через два часа в тот же день 12 августа в город вошли части наступавшей вдоль берега 393-й дивизии генерал-майора В.А. Исакова, соединившись с морским десантом. Одновременно в порт стали прибывать торпедные катера, началось траление гавани и организация обороны со стороны моря.
Следующий десантный отряд для занятия города и порта Расин был сформирован по приказу Военного совета Тихоокеанского флота 11 августа. В него вошли: 358-й отдельный батальон морской пехоты в составе 617 человек при четырех 76-мм и двух 45-мм орудиях, разведрота автоматчиков в составе 99 человек, медицинский отряд в составе трех офицеров и трех краснофлотцев.
События Расинской десантной операции разворачивались так. В 18.00 11 августа разведрота автоматчиков, погрузившись на два торпедных катера БО-1, под общим командованием капитана 3-го ранга Миронова, отошла от причала в бухте Золотой Рог и взяла курс в открытое море.
Разведрота имела боевую задачу: прорваться в порт Расин, определить наличие сил противника, его огневую насыщенность и при наличии благоприятной обстановки высадиться в порту. Захватив плацдарм, она должна была удержать его до подхода главных сил десантного отряда. В случае сильного сопротивления японцев катерам под прикрытием дымовой завесы разрешалось уйти из-под огня противника от Расина и соединиться в море с главными силами десанта.
В бухту Расин корабли десантного отряда входили с большой осторожностью, в строю кильватера, имея впереди тральщик и ход всего в 2 узла. Они двигались к портовым причалам, строго следуя за тралом, чтобы избежать минной опасности. В отчете о десантной операции писалось:
«02.20 13.08 вошли в порт Расин. Часть города и порт горит. В 05.30 подошли к пирсу, закрепили швартовы и в 05.45 начали высадку десанта, которую закончили в 07.00. Связался с командиром разведроты ст. лейтенантом Попковым, который доложил, что в городе и за его чертой имеются разрозненные группы вооруженных японских солдат. Корейцы грабят квартиры бежавшего японского населения. В городе необходим строгий режим».
Минный подарок от союзников
При проведении десантной операции в порту Расин морякам-тихоокеанцам пришлось столкнуться с минной опасностью. На минах, поставленных авиацией США, при подходе к порту подорвались три торпедных катера (один из них затонул, а из его экипажа 4 человека погибли и 10 получили ранения), 2 транспорта, тральщик, танкер и морской охотник.
Район порта Расин был закрыт для плавания, и началось траление фарватера и сброс глубинных бомб для подрыва донных мин. В ходе этой операции только торпедные катера уничтожили 115 американских 1 неконтактных мин.
Адмирал Флота Советского Союза И.С. Ясаков в своей работе «Американские фальсификаторы морской истории» о постановке мин в северокорейских портах авиацией США в 1945 году высказался так:
«...Провокационный характер носили постановки неконтактных мин в корейских портах Сейсин и Расин с самолетов В-29, действовавших с Окинавы и территории гоминьдановского Китая, так как эти oперации были начаты в июле 1945 г. и продолжались вплоть до того дня, когда СССР вступил в войну и советские армии начали концентрированное наступление через территорию Маньчжурии с выходом к берегам Японского моря.Особую окраску эти события приобретают потому, что о вступлении СССР в войну командованию США было I известно со времен Крымской конференции!»
(Неконтактные мины — морские мины, магнитные и акустические. Взрыв магнитной мины происходит под воздействием на нее магнитного поля корпуса корабля. Акустическая мина взрывается под воздействием звуковых колебаний, исходящих из проходящего рядом корабля. В-29 — серийный американский тяжелый стратегический бомбардировщик).
По данным Морского министерства США, у северокорейских портов Сейсин и Расин американской армейской авиацией в различное время было выставлено около 600 донных магнитных и акустических мин с комбинированными замыкателями. Точнее: у Расина — 375 мин, у Сейсина — 203 мины.
Всего в боях за порт и город Расин десантные силы потеряли 7 человек убитыми и 37 ранеными. Японские потери составили 277 человек убитыми и 292 — пленными. Ожидавшегося упорного сопротивления десантный отряд под командованием старшего лейтенанта В.Н. Леонова, ставшего в 45-м дважды Героем Советского Союза, не встретил.На следующий день, 13 августа, в уже взятый десантниками портовый город Расин вступила 393-я стрелковая дивизия. Она вела успешное наступление вдоль морского побережья. После этого началась «зачистка» городских окрестностей.
Из-за наличия минной опасности командованию Тихоокеанского флота пришлось отказаться от использования порта Расин в качестве маневренной базы. В период с 19 по 30 августа здесь было вытралено и уничтожено 65 американских мин.
Сейсинская десантная операция
Наиболее серьезной из этих десантных операций стала Сейсинская. Город Сейсин являлся крупнейшим портом Северной Кореи и ее важным узлом железных и шоссейных дорог, базой легких сил японского флота. Оборонительные сооружения состояли из свыше 120 дотов и дзотов с подземными ходами, а основой гарнизона являлся батальон курсантов и офицеров Рананской офицерской школы. Всего сейсинский гарнизон вместе с подоспевшими подкреплениями насчитывал до 4 тысяч человек. Иначе говоря, речь шла о взятии с боем Сейсинского укрепрайона.
Город был заблаговременно подготовлен к ведению уличных боев. Для этого могли использоваться каменные строения, портовые сооружения, мосты, бетонные трубы, многочисленные блиндажи, заборы из камня. Имелись береговые батареи и минные заграждения. Система обороны Сейсина свидетельствовала о том, что главный удар по городу японцы ожидали со стороны моря.
Ситуация, складывающаяся на театре войны, торопила с началом Сейсинской операции. С первых дней наступления советских войск резко усилилось движение по железным и шоссейным дорогам Кореи, прежде всего ее северной части. Эшелоны и авиатранспорт японских войск двигались в основном в южном направлении, к портам южной части Корейского полуострова, что было связано с эвакуацией сил и средств в метрополию.
По данным авиационной разведки, только за 15 августа по железной дороге Тумынь — Кисею на юг прошло 102 эшелона (4480 вагонов). При этом на приморском направлении японские войска могли отходить лишь по шоссейной дороге, идущей вдоль береговой черты Японского моря. В горах параллельных ей путей не имелось.
В Сейсинской операции участвовали 13-я бригада морской пехоты и 335-я стрелковая дивизия. Общая численность десантного отряда превышала пять тысяч человек.
Высадка десанта, начавшаяся в 8.10 13 августа, производилась прямо на портовый мол. Японские батареи с большим опозданием открыли огонь, который оказался малоэффективным. Вскоре бой перекинулся из порта в городскую черту. В первом броске с торпедных катеров были высажены 140-й отдельный разведотряд штаба Тихоокеанского флота (командир Герой Советского Союза старший лей- генант В.Н. Леонов) и рота автоматчиков из состава 13-й бригады морской пехоты. Всего 181 человек, имевших ограниченный боезапас.
Весь день 14 августа десантный отряд вел ожесточенный бой уже на подступах к сейсинской гавани. Противник стремился отрезать его от причалов, чтобы лишить возможности получить помощь с кораблей огнем, людьми и боевыми припасами. К концу дня 14 августа батальоном морской пехоты стойко удерживался плацдарм в 2 километра по фронту и 1 километр в глубину. Но натиск японцев не ослабевал: в ночь на 15 августа они провели 14 контратак, стремясь взломать оборону десантников то в одном месте, то в другом.
Советские корабли, стоявшие у причалов (сторожевой корабль и тральщик), а затем отошедшие от стенки в гавань, вели артиллерийский огонь прямой наводкой по наступавшим японцам на дистанции 500—600 метров. Оставленные на берегу корректировщики по семафору и световыми сигналами корректировали огонь кораблей.
Решающей фазой боя за портовый город Сейсин стала высадка рано утром 15 августа 13-й бригады морской пехоты (командир — генерал- майор В.П. Трушин, около 5 тысяч человек) с артиллерией (второго эшелона десанта) и новые удары морской авиации.
К тому времени с севера к городу по приморскому шоссе подходили передовые части спешившей к Сейсину 25-й армии. В ходе марш-броска армейцы серьезного сопротивления противника уже не встречали. Они сразу же ввязались в бой за город-порт. Упорные и на редкость кровопролитные бои за корейский портовый город Сейсин завершились 17 августа. В 14.25 генерал-майор В.П. Трушин доложил Военному совету Тихоокеанского флота о том, что город Сейсин занят полностью.
Во время переговоров в Сейсине об условиях безоговорочной капитуляции командующий Центральной группой японских войск генерал- лейтенант Ниссевани Соуничи из рода самураев дал высокую оценку действиям советского десанта: «...В мире самые храбрые солдаты — это японцы, а на втором месте — это русские солдаты».
К 21 августа, с захватом другого порта Гёнзана и высадкой парашютистов в Канко, Квантунская армия оказалась отрезанной от метрополии, так как через три дня подвижные части 1-го Дальневосточного фронта ворвались и в Хейдзио (Пхеньян). Тем самым обе железные дороги, шедшие в Центральную Корею, были перерезаны. На корейскую землю пришла новая жизнь. Как отмечал военный журналист Крон: «Все население вернулось из сопок, жизнь входит в свою колею, отношения к советским войскам теплые». Так было и на маньчжурской земле, поэтому все заявления нынешних историков либерального толка о том, что Северная Корея в 1945 сменила оккупацию с японской на русскую не выдерживают никакой критики. Кстати, американские войска появились в Корее только в сентябре, после капитуляции японских войск. Думаю, очевидно кто освободил Корею, правда в южной части полуострова об этом предпочитают не вспоминать.