Изделие РДС-1 – первая советская атомная бомба имплозивного типа с плутонием. Её мощность 22 килотонны (в тротиловом эквиваленте).
29 августа 1949 года была успешно испытана на Семипалатинском полигоне в Казахской ССР.
Аббревиатура «РДС-1» произошла от правительственного постановления, где атомная бомба была зашифрована как «реактивный двигатель специальный».
Факт проведения испытания засекретили, однако взрыв был зафиксирован американцами.
25 сентября 1949 года газета «Правда» опубликовала сообщение ТАСС «в связи с заявлением президента США Трумэна о проведении в СССР атомного взрыва».
В этом сообщении ТАСС имелись следующие строки: «Научные круги Соединенных Штатов Америки приняли это заявление В.М. Молотова как блеф, считая, что русские могут овладеть атомным оружием не ранее 1952 года. Однако они ошиблись, так как Советский Союз овладел секретом атомного оружия ещё в 1947 году».
Металлическая 37-метровая башня, на которой была установлена бомба, была уничтожена полностью, на её месте образовалась воронка диаметром 3 м и глубиной 1,5 м, покрытая оплавленным стеклоподобным веществом, уровень радиации в центре составлял 0,5 Зв/с. Персоналу разрешалось находиться в 2 км от эпицентра не более 15 минут.
Из 1538 подопытных животных (собак, овец, коз, свиней, кроликов, крыс) в результате взрыва погибло 345 (некоторые животные имитировали солдат в окопах). Лёгкие повреждения получили танк Т-34 и полевая артиллерия в радиусе 500—550 м от центра, а на дальности до 1500 м все типы самолётов получили значительные повреждения.
На расстоянии километра от центра и далее через каждые 500 метров были установлены 10 легковых автомобилей, сгорели все 10 машин.
На расстоянии 800 м два жилых 3-этажных дома, построенные в 20 м друг от друга таким образом, что первый экранировал второй, были разрушены полностью, жилые щитовые и бревенчатые дома городского типа оказались разрушенными полностью в радиусе 5 км.
29 августа 1949 года, после успешных испытаний атомной бомбы Берии была присуждена Сталинская премия «за организацию дела производства атомной энергии и успешное испытание атомного оружия».
Начиная с того времени Советский Союз и вслед за ним Россия производили и испытывали ядерное оружие в значительных масштабах, чем обеспечили безопасность нашей страны и по сей день.
Теперь уже всем можно сказать, что ядерная программа СССР поднялась на плечах Лаврентия Павловича Берии.
Именно он, ещё 6 октября 1942 года, направил письмо Сталину, в котором изложил содержание имевшихся разведматериалов и сделал вывод о необходимости организации работ по атомной энергии.
Постановлением ГКО № 7069/сс от 3 декабря 1944 г. «О неотложных мерах по обеспечению развертывания работ, проводимых Лабораторией №2 АН СССР» на Л.П. Берию была возложена организационная работа «по урану».
9 июля 1945 года, при переаттестации специальных званий госбезопасности на воинские, Л.П. Берии присвоено звание Маршала Советского Союза.
Полностью руководство советским атомным проектом было возложено на Л.П. Берию 20 августа 1945 года Распоряжением ГКО «О специальном комитете при ГКО СССР».
В 1946 году, примерно в 400 км от Москвы, начали создавать изолированный оружейный центр в районе Мордовского государственного заповедника. Центр получил название КБ-11 «Арзамас-16». Ныне это Российский федеральный ядерный центр – ВНИИ экспериментальной физики.
С 1948 года в СССР начались реальные работы по первым советским вычислительным машинам (компьютерам), которые были также задействованы в проработке атомного проекта.
В работах «по урану» Берия, как руководитель, верно распределил научные силы.
Институту химической физики Н.Н. Семёнова были поручены разработки теории и расчеты атомного проекта.
КБ-11 во главе с Ю.Б. Харитоном занималось конструкцией атомной бомбы.
И.В. Курчатов и Л.А. Арцимович в Лаборатории №2 решали задачу получения оружейного плутония, были заняты строительством урано-графитного реактора.
П.М. Рожановский и М.А. Садовский начали строительство испытательного полигона в Казахстане.
Берия дал «зеленый свет» предложению Курчатова о разработке проекта АЭС, а также по судовым атомным двигателям.
После испытания атомной бомбы правительство поручило Л.П. Берия курирование работ по ракетной технике и по созданию средств противовоздушной обороны (ПВО г. Москвы).
Лаврентий Берия и Павел Судоплатов (во время войны возглавлял 4 Управление НКВД) развернули активную деятельность по добыванию разведывательной информации.
Советские разведчики сумели выяснить имена основных участников иностранных атомных проектов, места проведения работ и получить их техническую документацию.
Наши ведущие ученые имели доступ к разведданным, получаемых из Великобритании, США, Франции, Германии и эффективно использовали их в своей работе. Процесс создания советской атомной бомбы был существенно ускорен.
В среде советских ученых Берия слыл сильным и жестким организатором, но без специального образования. И он умел доверять людям, с которыми работал. В своем служебном кабинете Берия мог несколькими словами так замотивировать собеседника, что тот выходил со встречи окрыленным.
В 1949 – 1951 годах произошло резкое усиление позиции Берии в руководстве страны.
После XIX съезда КПСС Берия был включён в Президиум ЦК КПСС и созданную по предложению И.В. Сталина «руководящую пятёрку», а также получил право замещать Сталина на заседаниях Бюро Президиума Совета Министров СССР.
9 марта 1953 года Берия участвовал в похоронах И.В. Сталина и с трибуны Мавзолея произнёс речь на траурном митинге.
Непосредственно аресту Берии предшествовала его чрезвычайная активность в проведении «нового курса по коренизации» в национальной политике в союзных республиках западной части СССР, в обход существовавших практик обсуждения таких вопросов на заседаниях в Политбюро.
В результате уже летом 1953 года и в последующее время резко обострилась ситуация в Прибалтике, Белоруссии, Молдавии, на Кавказе. Русское население подверглось дискриминации.
Лаврентий Берия считал, что все союзные республики должны отделиться, освободится от экономической зависимости от центра, выйти из СССР, и, при желании, создать новую федерацию.
Серго Берия рассказывал о мнении своего отца. Последнему хотелось, чтобы Татарстану присвоили статус союзной республики и обеспечили ей доступ к Каспийскому морю, так как, якобы, Астрахань была татарским, а не русским городом.
Таким образом, национальные реформы и ведомственные приказы, кадровая политика Берии в национальных республиках СССР классифицировалась руководством страны как «разжигание национальной розни».
Заручившись поддержкой большинства членов ЦК КПСС и высокопоставленных военных, Н.С. Хрущёв созвал заседание Президиума ЦК КПСС 26 июня 1953 года.
По специальному сигналу в помещение вошла группа генералов во главе с маршалом Жуковым Г.К., которые арестовали Берию.
Маленков, обращаясь к Жукову сказал: «Предлагаю вам, как Председатель Совета Министров СССР, задержать Берию». Жуков скомандовал Берии: «Руки вверх!». Генералы обнажили оружие полагая, что Берия может пойти на провокацию. Берия не сопротивлялся.
23 декабря 1953 года дело Берии было рассмотрено Специальным судебным присутствием Верховного суда СССР под председательством Маршала Советского Союза Ивана Конева.
Приговор гласил: - высшая мера уголовного наказания – расстрел, с конфискацией принадлежащего имущества, с лишением воинских званий и наград.
Определением Военной коллегии Верховного суда РФ от 29 мая 2002 года Берия, как организатор политических репрессий, был признан не подлежащим реабилитации.