С песней «School’s Out» и своим жутким сценическим шоу они вызвали моральный переполох в семидесятых; затем группа распалась. Теперь музыканты и вокалист воссоединились с продюсером Бобом Эзрином для работы над новым альбомом
Майкл Ханн, The Independent
Когда они были молоды, участники группы под названием Alice Cooper считались угрозой самому основанию общества. 28 июня 1972 года они появились на Top of the Pops, исполняя песню «School’s Out», и, да, к тому моменту в рамках эволюции глэм-рока видеть мужчин в ярких спандексных костюмах на экране телевизора уже не было чем-то необычным. Но что-то всё же казалось неправильным.
Барабанщик Нил Смит горбился над своей установкой, словно пещерный человек. Два гитариста и басист выглядели угрюмо и безразлично. И, самое главное, вокалист, весь в чёрном, с расстёгнутой до пояса рубашкой и в чёрных перчатках — обычная одежда рок-звезды от шеи и ниже, — но с лицом, которое выглядело изможденным, словно его только что выпустили из тёмной камеры после очень долгого заключения. Он носил макияж, но не для того, чтобы выглядеть женственно или гламурно. Он выглядел как смерть.
«У нас нет ни класса, ни принципов, — насмехался он, глядя в камеру. — И невинности у нас нет, / Мы даже не можем придумать слово, которое рифмуется!» Ни Элису Куперу, ни остальным участникам группы с тем же названием не было дела до того, чтобы быть приемлемыми. И, о чудо, их не приняли.
«Top of the Pops предоставила необоснованную рекламу пластинке, которую можно описать только как антизаконную и антипорядочную», — заявила борец за мораль Мэри Уайтхаус. — «Из-за этого миллионы молодых людей теперь впитывают философию насилия и анархии. Это, безусловно, совершенно безответственно в социальном климате, который становится всё более жестоким». Уайтхаус потребовала, чтобы BBC запретила песню на Top of the Pops. Этого не произошло, и Купер приписал её вмешательство тому, что песня заняла первое место в чартах.
Хорошо ещё, что она не видела сценическое шоу, где Купера гильотинировали, казнили на электрическом стуле, пытали и избивали, хотя, если бы она видела группу на Old Grey Whistle Test в 1971 году, она бы знала, что он оборачивал себя живым удавом.
Год спустя, после выхода песни «I Love the Dead» — о некрофилии — лейбористский депутат Лео Абсе призвал министерство внутренних дел запретить Куперу и группе въезд в Великобританию. «Я считаю его выступления подстрекательством к детоубийству для его подростковой аудитории», — сказал Абсе. — «Он сознательно пытается вовлечь этих детей в садомазохизм. Он распространяет культуру концлагерей. Поп-музыка — это одно, гимны некрофилии — совсем другое».
При этом их восхвалял Сальвадор Дали — он создал портрет мозга Купера, используя, среди прочего, шоколадные эклеры, под названием «Первый цилиндрический хромо-голографический портрет мозга Алиса Купера». Они повлияли на такие группы, как Roxy Music и New York Dolls, и, по слухам, Дэвид Боуи водил The Spiders from Mars на их концерты, чтобы научиться сценическому мастерству. Спустя поколение макияж Купера — «корпспейнт» — стал основой для экстремального метала.
Они выпустили семь альбомов за четыре года, стали звёздами мирового масштаба и одновременно подвергались осуждению, а затем это стало слишком.
«Мы распались от полного истощения», — говорит Купер — человек, а не группа — находящийся здесь, чтобы выступить на совместном шоу с Judas Priest в O2 в Лондоне, и общаясь по Zoom с выключенной камерой (возможно, чтобы Элис без макияжа оставался загадкой). Он красноречив, деловит и ни капли не эксцентричен, сочетая в себе смесь весёлости и самоуверенности.
Купер стал своего рода универсальной знаменитостью — появлялся в игровых шоу и на любительских гольф-турнирах — и стал сольной звездой, сначала развивая оригинальную театральную концепцию ещё дальше, а затем оседлав волну хэви-метала с хитами, такими как «Trash» и «Poison». Но он не оставил своё прошлое позади. «Мы не столько развелись, сколько разошлись. Мы все учились в одной школе — большую часть времени мы были скорее друзьями, чем группой. И мы всегда поддерживали связь».
Действительно, ныне здравствующие участники группы — басист Деннис Данауэй, барабанщик Нил Смит и гитарист Майкл Брюс — появлялись на записях Купера в последние годы и присоединялись к нему на сцене. «Мы долго к этому стремились. Этот проект начался в 2021 году, и были моменты, когда мы думали, что он, возможно, не состоится».
Но почему это должно нас волновать? В конце концов, это всё ещё старик, поющий глупые песни-ужастики, верно? Ну, да — но оригинальная группа Alice Cooper была чем-то большим. Они были одной из великих детройтских рок-н-ролльных групп, наряду с The Stooges и MC5, играя грязный, вызывающий, извращённый рок-н-ролл с высокой энергией в то время, когда певцы и авторы песен из Лорел-Каньона пытались продать Америке мечту о размеренной домашней жизни.
Они появились не из Детройта, а из Финикса, проведя пару лет в Лос-Анджелесе. Они приехали в Детройт — родной город Купера до Финикса — на фестиваль, где увидели, как детройтские группы зажигают на сцене, Игги покрытый арахисовым маслом, MC5 играющие, словно это соул-ревю, и поняли, что они на своём месте. Они просто остались.
Ещё до появления гильотин на сцене они приносили хаос. На одном шоу в Финиксе они открывали концерт для Blue Cheer, которые утверждали, что они самая громкая группа в мире, но свидетели сказали, что Alice Cooper были громче. «На том концерте у Нила нога была в гипсе, потому что Элис выстрелил в него из винтовки», — говорит Данауэй. — «Но это совсем другая история».
Нет, правда, расскажите.
«Это было начало 1968 года», — говорит Смит. — «Мы вернулись из Калифорнии, чтобы отдохнуть и заработать денег — в родном городе мы зарабатывали гораздо больше. Мы были там два-три месяца, и, знаете, по вечерам становится скучно. Поэтому мы взяли винтовку калибра .22 у отца или брата Денниса. Выезжаешь ночью в пустыню, включаешь фары, и зайцы выскакивают».
«Они лежали на капоте машины», — добавляет Данауэй.
«Мы подстрелили одного, я подумал, что попал, и побежал посмотреть», — говорит Смит. — «Но заяц сбежал — для всех любителей животных — мы так и не подстрелили ни одного зайца — и тут винтовка выстрелила, и, бум, я почувствовал боль в левой лодыжке». В больнице врачи сказали, что извлечение пули причинит больше вреда, чем если просто оставить её, поэтому его выписали с гипсом. «Позже я вырезал пулю охотничьим ножом в Топанга-Каньоне», — говорит Смит, как будто это было очевидным решением. — «Она не болела».
Теперь они уже не выглядят угрозой обществу, скорее как пара старых хиппи, вспоминающих былое на крыльце: если вы их увидите, то подумаете, что это люди, которые так и не подстригли волосы, а не самые опасные персонажи в мире. Их одежда теперь не неоновая — это тусклая повседневная одежда стареющего обывателя — и они общаются с видом людей, давно привыкших размышлять о нелепостях. Данауэй, в солнцезащитных очках в помещении, сначала более сдержан, но они говорят с привычной за годы дружбы фамильярностью, перебивая и посмеиваясь друг над другом.
Но тогда, когда они были угрозой, по крайней мере, зайцы уцелели, в отличие от курицы, которую Купер бросил в толпу на фестивале Toronto Pop Festival в 1969 году, где её разорвали на куски. Часто утверждают, что курицу бросили на сцену, но гитарист Майкл Брюс позже признался, что они сами приносили курицу на многие концерты. И, да, вероятно, это была не единственная погибшая курица.
После двух неудачных пластинок Alice Cooper спасла встреча с 21-летним еврейским хиппи из Торонто по имени Боб Эзрин. Они обратились к известному продюсеру Джеку Ричардсону, чтобы он их спродюсировал, но он не был заинтересован и отправил Эзрина, своего подчинённого, чтобы отказать им.
«Моей задачей было пойти в Max’s Kansas City 9 сентября 1970 года на полуночное шоу и отделаться от Alice Cooper», — говорит Эзрин, который спродюсировал новый альбом. — «Но я увидел шоу, которое было неземным. Max’s Kansas City той ночью был как картина Иеронима Босха — всё и все там были из преисподней. Это было как «Ночь живых мертвецов». Группа выходит в сумасшедших костюмах космонавтов, Элис в рваном трико и сапогах до бёдер. Я не мог оторвать глаз от сцены и не мог поверить в энергетику в зале».
Вместо того чтобы отделаться от Купера, Эзрина отправили в Мичиган продюсировать их — его первая продюсерская работа.
«Он был просто пацаном, как мы», — говорит Купер. — «Он был в самой глубокой воде. Мы все тонули, и он нашёл способ всё наладить. Мы были сыты друг другом по горло, но по какой-то причине мы слушали Боба. Мы никогда не слушали ни одного продюсера. Но Боб Эзрин взял то, что у нас было, и придал этому форму, пригодную для радио».
«Он научил нас разбирать песню и избавляться от всего лишнего», — говорит Данауэй (Alice Cooper были склонны к многосекционным эпопеям, в которых мелодия терялась). Убрав лишнее, Эзрин дал Alice Cooper то, что им было нужно — хит-сингл: «I’m Eighteen».
«Он услышал, как мы джемили, и сказал: "Что это? Я думаю, это хит. Просто упрощайте. Упрощайте. Упрощайте"», — вспоминает Купер.
«Я внёс ясность», — говорит Эзрин. — «Ещё я думаю, что я по натуре мастер: я тот ребёнок, который разобрал семейное пианино, а потом должен был собрать его обратно, пока никто не заметил».
После того как «I’m Eighteen» стала хитом в 1971 году, Alice Cooper выпустили пять альбомов за три года, первые четыре спродюсировал Эзрин (хотя Ричардсон получил почётное упоминание на первом), и с каждой последующей пластинкой они всё дальше раздвигали границы вкуса. Альбом 1973 года «Billion Dollar Babies» — поразительный, порой симфонический рок-альбом, на одном дыхании высмеивал президентскую гонку («Elected»), а затем предлагал оркестровый гимн некрофилии «I Love the Dead», переходя от социального комментария («Generation Landslide») к по-настоящему жуткой оркестровой балладе «Sick Things». Неужели никто никогда не говорил: знаете, это, кажется, немного перебор?
«Нет!» — протестует Данауэй. — «Хочешь натянуть вожжи? Нет. Цензоры дышали нам в затылок на каждом шагу. Мы приходили на концерт, и там были пожарные, и полиция, и Общество защиты прав человека, все говорили, что мы не можем играть. Но мы продолжали идти до самого края дозволенного, а затем слегка переступали через него и немного раздвигали границы».
Учитывая успех, группа гналась за ним, не останавливаясь, боясь, что он преходящ. Но бесконечные записи и гастроли сказались на них. После альбома 1974 года «Muscle of Love» они поняли, что нужно остановиться — и так и не собрались снова.
Кажется, что, если бы кто-то сказал им взять паузу на полгода, им бы не пришлось отдыхать 50 лет. «Ты не ошибаешься», — говорит Эзрин. — «Все были измотаны. Единственным, кто не был измотан, был Элис, потому что Элис — бионический».
Купер, конечно, стал многим. Как и покойный Оззи Осборн с его имиджем «Принца тьмы», «Крёстный отец шок-рока» создал долгую, успешную сольную карьеру, хотя, как и Оззи, он всегда ассоциировался со своим жутким прошлым. В интервью Sounds в 1975 году, которое начинается с фразы «Его Сатанинское Величество спокойно лежал на диване…», Купер отмахнулся. «Родители воспринимают это серьёзно, а дети говорят: "Да ладно!"» — сказал он интервьюеру. «Посмотреть наше шоу — это как сходить на Кристофера Ли в "Вампире"; это кино. Люди не идут домой и не кусают своих жён за горло после этого». Репортёр ответил в том же духе, описав, как группа «осуществляла свои злодейские замыслы через долгоиграющие пластинки, которые оказались заразительными для душ, которым не посчастливилось их услышать».
Мы с Купером разговариваем за несколько часов до объявления о смерти Оззи, и параллели между карьерами этих двух людей очевидны, за исключением того, что Купер не пил более 40 лет. И когда Купер выступает в O2 в конце недели, он завершает концерт версией «Paranoid» Black Sabbath, надев футболку с Оззи. Это кажется подходящей данью уважения от одного водевильного артиста другому.
Эзрин, тем временем, стал одним из суперзвёздных продюсеров 1970-х, работая над такими альбомами, как «Berlin» Лу Рида, «Destroyer» Kiss и «The Wall» Pink Floyd. Для остальных участников группы Купера дела обстояли не так хорошо, и ведущий гитарист Глен Бакстон умер в 1997 году. Но теперь всё вернулось на круги своя, и все заинтересованные лица звучат искренне довольными. «Я думаю, в Alice Cooper было что-то, с чем люди себя ассоциировали», — говорит Купер. — «Мы были аутсайдерами. Но когда мы делали пластинки, эти пластинки действительно исходили из нас».
И это, безусловно, удивительно, когда оглядываешься на остатки детройтской рок-сцены и понимаешь, что два человека, которые всё ещё постоянно работают, — это те двое, которые казались наиболее неуправляемыми — Элис и Игги Поп. «Вопрос в том: ты на всю жизнь или нет?» — говорит Купер. — «Пит Таунсенд? На всю жизнь.Он будет делать это до тех пор, пока у него больше не будет сил, пока его пальцы не начнут кровоточить. Мик Джаггер, Кит Ричардс, они будут делать это до тех пор, пока у них больше не будет сил. Я не дотягиваю до их уровня, но я буду продолжать делать это до тех пор, пока больше не смогу».
«The Revenge of Alice Cooper», первый альбом оригинальной группы Alice Cooper более чем за 50 лет, уже вышел на earMUSIC.