Ежегодно тысячи детей становятся жертвами домашнего насилия... И большинство из этих историй остаются в тени.
26 октября 1965 года.
В подвале обычного жилого дома двое подростков отчаянно пытались спасти жизнь девочки.
Тишину нарушало лишь тяжелое дыхание и едва слышные всхлипы.
Женщина: «Она притворяется! С ней все в порядке!
Кто-нибудь вызовите врача и сообщите в полицию. Но сначала перенесите её наверх в спальню».
18:27
Диспетчер полиции: «Полиция.»
Мальчик бежит по улице и звонит в полицию
Мальчик: «Приезжайте, тут Сильвия умерла».
Диспетчер полиции (по рации): «Направляйтесь на 3850 Ист Нью-Йорк. Выясните обстоятельства возможной гибели девушки».
Спустя несколько минут на место происшествия приезжает офицер Мелвин Диксон. У входа его встречает женщина. Выглядит она уставшей и измученной. По лицу текут слёзы — в её глазах нет ни боли, ни страха.
Офицер полиции: «Что произошло?»
Женщина: «Меня зовут Гертруда Банишевски. Девочку - Сильвия Лайкенс, ей 16. Она сбежала из дома пару дней назад с группой мальчишек. А сегодня я увидела её на заднем дворе… Эта записка была рядом с ней».
Записка, написанная детским почерком, гласила:
Мама и папа,
Я ушла с группой парней поздно вечером. Они пообещали заплатить, если я отдам им то, что они хотят. Я села в машину… и каждый из них получил, что хотел. И они… все сделали, что хотели. Потом избили меня. Теперь у меня всё лицо и тело в синяках и ранах. А ещё… они написали у меня на животе, что я шлюха и что я этим горжусь.
Я правда вела себя плохо. Я специально злила Герти. Хотела, чтобы она потратила на меня больше денег. Я испортила новый матрас, обмочившись на него. Нарочно доводила её и её детей. Из-за меня она потратила 35 долларов на больницу. Я не помогала по дому. Делала всё, чтобы им всем было только хуже.»
Незаметно к офицеру подошла напуганная девочка и прошептала: «Вытащите меня отсюда, и я вам все расскажу».
Комната, куда его провели, выглядела как сцена из дурного сна. На полу — грязный матрас. На нём безжизненно лежала очень худая девочка-подросток. Её лицо было изуродовано, а левая часть — ужасно повреждена.
С первого взгляда было ясно ей уже ни чем нельзя помочь. Она была мертва. Когда патологоанатом осмотрел тело Сильвии, то даже его, опытного специалиста поразило увиденное. Разорванные губы. Сломанные ногти. Причиной смерти был назван отёк мозга, вызванный сильным ударом по голове.
Но доктор пришёл к выводу, что её убил не только этот удар. Сильвию добили истощение и адская боль, в которой она жила долгое время.
Кем была Сильвия Лайкенс?
Лето 1965 года. Индианаполис, штат Индиана. Обычный рабочий район, скромные дома. По тротуару неспешно прогуливались три девочки подростка: Сильвия и Дженни Лайкенс и их лучшая подруга. Им 16, 18 и 14 лет.
Семья Лайкенс была небогатой и далеко не идеальной. Родители — Лестер и Бетти — развелись и дети оказались буквально раскиданы по стране. Старшая, Диана, быстро ушла из дома и стала жить отдельно. Младшие близнецы остались с отцом в городе Ливан. А Сильвия с Дженни остались с матерью в Индианаполисе.
Но и это продлилось недолго. В тот день девочки узнали, что их мать арестована — её поймали на краже в магазине. И теперь сестры остались одни.
Сильвия, или как её звали друзья — Куки - Печенька, была красивой и милой девушкой с длинными волнистыми волосами.
В тот день девочки искали, где переночевать. В какой-то момент они решили зайти к подруге, которая жила в большом арендованном доме на углу Ист-Нью-Йорк. Их встретила хозяйка дома – Гертруда Банишевски. Сильвия и Дженни быстро нашли общий язык с её детьми, поужинали вместе… и остались на ночь.
Тогда Сильвия ещё не знала, что этот дом станет для неё ловушкой. И что назад пути уже не будет.
Гертруда Банишевски
А теперь нужно рассказать о хозяйке дома - Гертруде Банишевски. Её жизнь никогда не была легкой.
Гертруда родилась в 1929 году, третьей из шести детей в бедной семье. Когда ей было 11, её отец, которого она обожала, умер от сердечного приступа прямо у неё глазах. Это стало её первой травмой, но далеко не последней.
В 16 после очередной ссоры с матерью, она бросила школу и вышла замуж за 18-летнего Джона Банишевски – надеясь, что новая жизнь принесет ей хоть немного счастья.
Но всё пошло совсем не так. Чтобы прокормить четырех своих детей, ей приходилось работать в аптеке и в магазине, но этого хватало только чтобы свести концы с концами.
Джон Банишевски был полицейским, но это не мешало ему бить свою жену. Их брак продлился десять лет. Вскоре после того, как Гертруда развелась, она снова вышла замуж за Эдварда Гатри, но этот брак не продлился долго – через три месяца Гертруда вернулась к первому мужу и родила ему ещё двоих детей — Ширли и Джеймса.
После окончательного развода с Джоном Банишевски в 1963 году она начала жить с молодым любовником, Деннисом Ли Райтом. Ему было 23, а ей — 37. Но, после того как она родила от него сына, Деннис сбежал.
Таким образом у Гертруды было 13 беременностей, из них шесть выкидышей и семеро детей.
Гертруда пришлось снова браться за работу буквально через несколько дней после выкидыша. Она работала по 16 часов в день, гладила, сидела с детьми и торговала билетами на автодроме Индианаполиса, пытаясь хоть как-то выжить.
Сильвия переехала в дом Гертруды
Летом 1965 года, при росте 167 см, Гертруда весила около 45 кг и выглядела намного старше своих 37 лет. Она была заядлой курильщицей, страдала от астмы, бронхита и стресса.
В тот вечер, когда Сильвия и Дженни остались ночевать у Банишевски, к ним пришел их отец Лестер. Он сказал, что помирился с их матерью и они с супругой решили поехать вместе работать на ярмарках— продавать еду с тележки.
Лестер, особо не раздумывая, предложил Гертруде 20 долларов в неделю за то, чтобы оставить у неё Сильвию и Дженни. Для Банишевски это был прекрасный шанс улучшить свое материально положение, и она, естественно, согласилась.
Если бы Лестер хоть мельком осмотрел дом, в котором оставил дочерей, то заметил бы, что в доме не было плиты, кроватей - меньше, чем жильцов, а на всю семью - всего три ложки. Но, к сожалению, он просто оставил девочек с незнакомой женщиной и ушел…
В первые дни всё было хорошо. Девочки познакомились с другими детьми, пошли в школу, в свободное время слушали пластинки и гуляли в парке. В доме часто собирались подростки, а среди постоянных гостей были Рэнди Леппер и Ричард Хоббс.
Гертруда, еле сводя концы с концами, иногда срывалась — кричала и требовала, чтобы дети прибрались. Еды почти не было: на завтрак — два тоста, обед пропускали, а на ужин — тарелка супа.
Всё ухудшилось, когда отец девочек не заплатил вовремя. И Гертруда взорвалась. Она кричала: «Я заботилась о вас даром!» — и наказала обеих, избив ремнём.
Самое ужасное, что деньги пришли уже на следующий день. Можно сказать, с этого дня всё и началось.
Причины издевательств над Сильвией
Через несколько дней Лестер и его жена снова навестили дочерей. Он передал Гертруде ещё 20 долларов — авансом. Во время этого короткого визита девочки не пожаловали отцу на наказания.
А уже на третьей неделе их снова наказали — якобы Сильвия заставляла детей Банишевски воровать еду в магазинах и собирать пустые бутылки.
Спустя еще одну неделю Гертруда была уставшей от работы и всё чаще срывалась на Сильвию. Тихая и покорная — идеальная жертва для садиста. Она не сопротивлялась, не жаловалась.Гертруда чувствовала власть, контролируя её.
Как это часто бывает у садистов. Гертруда проецировала своё раздражение и неудачи на Сильвию. Она постоянно обвиняла Сильвию в трёх вещах: воровстве, нечистоплотности и... сексуальной распущенности.
Скорее всего все обвинения были просто отражением её собственного недовольства условиями, в которых она живет. И был особенно лицемерно обвинять Сильвию в распущенности, если учесть, что сама Гертруда дважды родила вне брака, а её дочь Паула на тот момент была беременна от женатого мужчины.
Медленное погружение в ужас
Жизнь Сильвии становилась всё хуже. Насилие постепенно усиливалось, ломая волю Сильвии шаг за шагом. Если в июле наказания еще были довольно редкими, то уже в августе и сентябре стали регулярными, а в октябре всё переросло в пытки.
Гертруда стала вовлекать в эту жестокость не только своих детей, но и соседских.
Одна из девочек, напала на Сильвию, услышав, что она якобы обозвала её мать женщиной легкого поведения. Хотя на самом деле всё это придумала Гертруда. Она распускала о Сильвии неприятные слухи, что приводило к новым ссорам и побоям.
Банишевски хотела изолировать её, чтобы у нее не осталось ни одного союзника. Это своеобразный способ контроля, оставив человека в атмосфере одиночества без какой-либо помощи.
Сестра Сильвии Дженни сначала отказывалась участвовать в наказаниях сестры, но, после того как Гертруда её ударила, согласилась. Правда, старалась не причинить сильной боли.
Физическая боль была только часть страданий Сильвии. Куда страшнее было ощущение полного одиночества. Каждое новое издевательство подтверждало: она одна против всех. И если Сильвия пыталась сопротивляться — наказания становились ещё жестче. Она поняла, что бороться бессмысленно.
Со временем страх и унижение стали её повседневной реальностью, оставляя глубокие шрамы.
Однажды ночью Сильвия обмочилась в постель. Это могло быть из-за стресса или жестоких побоев. В ответ все члены семьи Банишевски решили, что Сильвия должна жить в подвале с собакой. С этого момента ей запретили пользоваться туалетом. Она должна была «жить, как животное».
Этот инцидент стал триггером, который использовали ее мучители, чтобы усилить унижения. Они начали, как они говорили, «купать» её – связывали и бросали в ванну с очень горячей водой.
Иногда это делали Паула и Гертруда, а иногда им помогал соседский подросток, Ричарда Хоббса. При этом Паула сыпала соль прямо в раны Сильвии.
Часто её оставляли голой или почти голой несколько дней. Она стала объектом насмешек и побоев от соседских детей, которые сбрасывали её с лестницы в подвал и заставляли подниматься, чтобы снова сбросить.
Гертруда придумала множество лживых и абсурдных обвинений в её адрес. И при этом в них верили все вокруг. Но было несколько моментов, когда люди могли заподозрить, что в доме Гертруды происходят страшные вещи и тем самым спасти Сильвию.
Поворотные моменты
В дом по соседству с Банишевски въехала семейная пара. И они искали няню для своих детей. И логически предположили, что если женщина справляется с семью детьми и при этом берет еще двоих, то она сможет справиться с их детьми. Мать семейства решила поговорить об этом с Гертрудой.
И вот когда они пили кофе на кух не, вошла Сильвия с синяком под глазом.
«Это Сильвия», — вздохнула Гертруда.
А Паула добавила: «Это я ей синяк поставила».
И в следующий момент вылила горячий чай Сильвии прямо в лицо. Как будто это шутка.
В итоге семья решила поискать няню в другом месте. Однако при этом они не сообщили о случившемся в полицию.
В сентябре Сильвия и Дженни рассказали старшей сестре Диане о том, что происходит в доме Банишевски - о постоянных наказаниях, об унижениях, о фразе, ставшей почти сигналом к пытке: «Паула, тащи ремень». Но Диана отмахнулась, думая, что девочки преувеличивают. Мол никто не любит получать наказания за свои провинности.
Но был ещё один взрослый, который мог бы остановить всё.
Преподобный Рой Джулиан. Он навестил семью Банишевски. Гертруда встретила его как любящая, но уставшая мать. Она пожаловалась на Сильвию: мол, та пропускает школу, флиртует и грубит.
Священник поверил ей и попросил поговорить с Сильвией, но Гертруда вместо того, позвала её сестру Дженни. Девочка, загнанная страхом и угрозами, подтвердила обвинения:
«Сильвия постоянно врёт».
Голос Дженни дрожал, но пастор, кажется, этого не заметил. Он помолился, пожелал благословения и ушёл.
Когда Гертруда поняла, что синяки уже невозможно было списать на «несчастный случай». Она перестала пускать девочку из дома куда-либо. При этом мучения она прекращать не собиралась.
Однажды Сильвия сказала сестре:
«Дженни, я скоро умру. Я чувствую это».
Последние выходные Сильвии
Последние выходные в жизни Сильвии начались с неожиданной «милости». Гертруда позволила ей, впервые за долгое время, переночевать не в сыром подвале, а наверху. Но, как и всё, что делала Гертруда, это было ловушкой.
Утром она решила, что Сильвия «должна ответить» — за якобы ложь про её дочерей.
«Ты оболгала моих девочек — теперь я сделаю то же с тобой», — сказала она.
И тогда началась одна из самых жестоких сцен в этой истории.
Гертруда предложила Ричарду Хоббсу сделать Сильвии татуировку, и он согласился. Сильвию насильно раздели, связали и заткнули рот.
Гертруда нагрела иглу и вырезала первую букву, затем она передала иглу Ричарду, следующая была Паула и десятилетняя Ширли. Так на теле девочки появилось вырезанная надпись:
«Я проститутка и горжусь этим».
Вечером её снова спустили в подвал, где Кой Хаббард швырял её об стены, как куклу.
Когда Банишевски поняла, что Сильвия может умереть, она заставила её написать записку родителям, в которой говорилось, что её избила банда мальчишек. План состоял в том, чтобы завязать ей глаза и бросить в ближайшем лесу вместе с запиской.
Она приказала своему сыну Джону и Дженни - вынести Сильвию из дома. Но девочка, собрав последние силы, попыталась спастись. Она рванула к двери. Уже почти выбежала на крыльцо…
Но тут её поймала Гертруда и затащила обратно. Двенадцатилетний Джон связал Сильвию и отвёл обратно в подвал.
25 октября 1965 года.
На следующий день избиение продолжились. Гертруда попыталась ударить её стулом, но тот сломался. Потом она попыталась ударить веслом, но ударила себя, поставив синяк. Тогда Кой Хаббард ударил Сильвию метлой по голове, и девочка потеряла сознание.
26 октября 1965 года.
Утром Сильвию отнесли в ванну. Когда её вытащили, Стефани и Ричард поняли, что она не дышит. Стефани пыталась сделать ей искусственное дыхание, но было поздно.
Сильвия умерла. Её было всего 16 лет.
Арест и суд
Потом был вызов полиции, приезд офицера и слова Дженни: «Вытащите меня отсюда, и я вам все расскажу».
Гертруду арестовали за убийство. Вместе с ней из взрослых детей арестовали — Паулу, Стефани, Джона, Ричарда Хоббса и Коя Хаббарда.
Из младших детей — Анну Сиско, Джуди Дьюк, Рэнди Леппера и Майка Монро. Подростков обвинили в "нанесении вреда личности".
Большинство из них даже не пытались оправдываться. Когда их спрашивали, почему они это делали, они просто говорили: «Герти сказала мне».
Вся страна была в шоке. Это было не просто убийство. Это было массовое и систематическое насилие длившееся почти 5 месяцев, в котором участвовали дети. Обвинения против младших детей были сняты практически сразу.
Адвокат Стефани смог доказать, что она пыталась помочь Сильвии, в итоге с неё сняли все обвинения.
На суде по делу об убийстве, предстали:
36-летняя Гертруда, и четверо подростков:
- её старшая дочь Паула (17 лет),
- её сын Джон (13 лет),
- и соседские подростки - Ричард (15 лет) и Кой (14 лет).
Каждое заседание проходило при полном зале. Никогда раньше в Индиане не было дела с таким числом обвиняемых по одной статье. Обвинение требовало смертной казни. Особенно — для Гертруды.
Суд над Паулой прервали, когда она поехала рожать, хотя она и её мать утверждали, что она не беременна. В итоге родилась девочка, которую Паула назвала в честь своей матери — Гертрудой, девочку отдали в другую семью.
Звездой обвинения стала сестра Сильвии - Дженни Лайкенс. Она пришла на суд в новом платье и, порой уверенно, а порой со слезами на глазах, рассказала о том, что пережила вместе с сестрой. Когда её спросили, почему она не попросила о помощи, Дженни ответила:
«Я испугалась. Гертруда просто продолжила бы меня бить».
Гертруда отказывалась признавать вину и пыталась убедить всех, что была слишком больна и устала, чтобы знать, что творилось у неё дома. Она утверждала, что дети «самостоятельно всё сделали», а она даже не подозревала об этом.
Чтобы подтвердить её слова, адвокаты вызвали в суд младшую дочь Мари Банишевски. Ей было всего 11.
Она сказала, что видела, как мама била Сильвию, но только за непослушание.
Мари клялась, что мама болела и лежала в постели, а другие дети делали всё без её участия. На следующий день Мари допросил прокурор. Девочка расплакалась, но повторила тоже самое. Однако, когда прокурор продолжил допрос, Мари закричала: «О, Боже, помоги мне!» и призналась, что её мать избивала Сильвию.
19 мая 1966 года присяжные признали Гертруду Банишевски и её старшую дочь Паулу виновными в убийстве. Обе получили пожизненные сроки.
Сын Гертруды Джон и двое соседских подростков – Кой и Ричард были признаны виновными в непредумышленном убийстве и получили сроки от двух до 21 года, в исправительном учреждении для несовершеннолетних.
Но через два года их отпустили, за хорошее поведение.
Младшие дети Гертруды были отданы в приёмные семьи. Но спустя пару лет их забрал их отец Джон.
Прекрасно понимая, что фамилия Банишевски теперь символ жестокости, он официально сменил имя на Джона Стефана Блэйка и дал эту же фамилию детям.
Убийство Сильвии Лайкенс — девочки, чья смерть потрясла весь штат — стала символом самой страшной жестокости, которую организовала одна женщина – Гертруда Банишевски.
Спустя 20 лет
Через пять лет адвокаты Гертруды и Паулы смогли добиться пересмотра дела из-за того, что первый процесс прошёл в слишком напряжённой и предвзятой атмосфере.
Однако наказание для Гертруды оставили без изменений.
А вот Паулу, которая изначально признавала себя виновной – отпустили. Она вышла замуж и сменила фамилию на Пейс. У нее родилось двое детей. Паула работала помощницей школьного психолога, но, когда стало известно, что она ранее осужденная Паула Банишевски - её уволили.
В 1985 Гертруда смогла снова добиться пересмотр своего дела. На слушании она часто плакала и говорила, что раскаивается, но её признание выглядело несколько странно:
«Я не уверена, какую роль я играла в этом... потому что была на препаратах. Но я беру на себя полную ответственность за все, что случилось».
Судья учел её хорошие поведение в тюрьме, и Гертруда Банишевски спустя 20 лет получила условно-досрочное освобождение. Она переехала недалеко от того места, где жила её дочь Паула. Гертруда сменила имя на Надин Ван Фоссан. Она говорила о себя как набожной христианке.
Через пять лет она умерла от рака легких в возрасте 61 года. До последнего своего вздоха, Гертруда не признавала себя виновной.
Когда об этом из газет узнала сестра Сильвии Дженни, она написала матери: «Хорошие новости. Черт возьми, старая Гертруда умерла. Ха-ха-ха! Я рада этому».
Джон Банишевски впервые заговорил о смерти Сильвии в 1985 и признался, что до сих пор не может понять, как они могли так жестоко обращаться с Сильвией. К тому моменту у Джона была семья — жена, трое детей. Он умер от диабета в возрасте 52 лет.
Ричард Хоббс, который сделал большую часть грязной работы, умер от рака в 21 год.
Кой Хаббард отсидел за кражу, затем был оправдан за убийства двух человек. После работал механиком. У него было пятеро детей, семнадцать внуков и один правнук. Он скончался в возрасте 56 лет.
Сестра Сильвии – Дженни - вышла замуж, родила сына и дочь. Умерла в возрасте 54 лет от сердечного приступа.
Родители Сильвии - Лестер и Бетти – окончательно развелись через год после смерти Сильвии.
В память о Сильвии в 2001 году в Индианаполисе был открыт памятник, как напоминание, что подобное нельзя забывать.
Дом, где умерла Сильвия стоял пустым 15 лет. В апреле 2009 он был снесён.
Если вам понравилось, ставьте "лайк" и подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить выхода новых историй!!!!
#zaGRANyu