xmlns:w="urn:schemas-microsoft-com:office:word"
xmlns:m="http://schemas.microsoft.com/office/2004/12/omml"
xmlns="http://www.w3.org/TR/REC-html40">
Необычайная суета охватила в июле 1876 года Петергоф. Вереницы телег, груженых бревнами, досками и расписными щитами, двинулись к Ольгиному и Царицыному павильонам. Мужики в красных рубахах без устали строгали, рубили, пилили. Загадочное сооружение росло и с каждым днем превращалось в сказочную картину. Дворцы и храмы Европы обступили пруд. Отражаясь в воде при свете множества разных фонарей шкаликов, они казались громадными, манили в свой иллюзорный мир. Приторный чад горящей иллюминации, гул толпы и цоканье лошадей создавали фон праздника, который вот-вот должен был начаться.
В те дни в Петергофе ждали короля и королеву эллинов Георга I и Ольгу, урожденную великую княжну Романову, племянницу императора Александра II. Ольга Константиновна с трепетом ступала на родную землю. Здесь всё напоминало ей детство и юность: Финский залив, в серой дымке которого виднелись корабли; парк Константиновского дворца, где высилась настоящая мачта, на которую она, как заправский матрос, взбиралась наперегонки с братьями. Её встречали родные, дорогие лица, но пока официальная часть не окончилась, нельзя было броситься в объятия любимого брата Константина и от души наговориться с близкой подругой, великой княгиней Марией Фёдоровной.
Королева Греции Ольга, прямая внучка императора Николая I, появилась на свет 22 августа 1851 года в семье второго царского сына, великого князя Константина и его жены Александры Иосифовны, урожденной принцессы Саксен-Альтенбургской. Из шестерых детей Ольга была старшей дочерью. В отличие от сестры Веры, она была спокойным и дружелюбным ребенком. Отец обожал ее, называл «сладкой Олей», но все же согласился выдать совсем юную дочь за короля бедствующей Греции.
Великий князь Константин был правой рукой императора Александра II и интересы Отечества ставил выше личных. Брак дочери должен был укрепить позиции России на Средиземноморье в условиях постоянных конфликтов с Турцией. Жених Георг I, сын короля Дании, оказался на престоле чужой страны совершенно случайно. После формального референдума державы-покровительницы установили в Греции марионеточный режим. Сбросив 400-летнее турецкое иго, Греция все же была зависима от своих кредиторов Великобритании, Франции и Германии. Несмотря на конфессиональную близость двух стран и династические связи Россия играла в Греции гораздо менее заметную роль.
В момент назначения королем Георг не только не знал греческого языка, но даже и не встречал ни одного грека. Кроме того, он был лютеранином. Для укрепления авторитета в глазах новых поданных ему предстояло выбрать православную жену, и он отправился на смотрины в Россию, где с недавних пор жила его сестра, принцесса Дагмар, Мария Федоровна, супруга будущего императора Александра III. Из всех великих княжон на выданье Георгу понравилась Ольга, и хоть ей еще не исполнилось и 16, девочка покорно приняла волю родителей. Из казны выдали 150 тысяч серебром на приданое невесте, и помимо подвенечного, для новобрачной сшили особое платье, в котором ей предстояло сойти на Средиземноморский берег, бело-голубое, в тон греческого национального флага.
«Люби cвою новую страну вдвое больше, чем родную!»-напутствовал племянницу Александр II.
Свадьбу сыграли после Покрова в Царском Селе, и из заснеженной России новобрачные уехали в солнечную Грецию, о которой Ольга Константиновна могла судить только по древним мифам и навеянному образами античной Эллады Павловску, в котором она выросла.
По сравнению с блистательной столицей Российской империи Афины, разоренные турками, выглядели провинцией. У стен Акрополя паслись козы, а королевский дворец плотным кольцом окружали бедные хижины. Королева всех эллинов очаровала поданных красотой и статью, но была настолько молода и неопытна, что порой приходила в отчаяние от новой роли. Однажды, когда во дворце был большой прием, она пропала. Начался переполох. Ее Величество долго искали и нашли, наконец, забившуюся под лестницей в обнимку с куклами, которых она привезла из России.
Король был старше жены на 6 лет. Совсем молодые в чужой стране, вдали от родных и друзей, они могли найти поддержку только друг у друга. Это сделало их союз крепким и положило начало новой европейской династии Глюксбургов.
Не прошло и года, как королева родила сына-наследника. Его назвали Константин. С этим именем издавна связывали мечты о покорении Царьграда. Занятая материнскими заботами и благотворительностью, Ольга Константиновна не стремилась вмешиваться в политику. Она строила храмы и школы, открывала лазареты и музеи, заботилась о беженцах. Однако, Георг I предпочитал решать государственные вопросы в ее присутствии, обращаясь к жене за советом. Когда же он заболел малярией, то двадцатилетней Ольге пришлось выполнять обязанности вице-короля Греции.
Шли годы. В царственной, степенной женщине под горностаевой мантией трудно было узнать прежнюю робкую великую княжну. Летом 1876 года, когда 24-летняя королева прибыла с мужем в Петергоф, она была уже матерью пятерых детей.
В день рождения императрицы Марии Александровны 27 июля над Царицыном и Ольгином островах зажглись сотни тысяч огней. Пруд стал сценой для «Сна в летнюю ночь», одноактного балета Мариуса Петипа, поставленного специально для петергофских торжеств 1876 года.
Это был последний большой Петергофский праздник эпохи Александра II. Год спустя началась война с Турцией, потом скончалась императрица, а позже был убит террористами и сам царь-освободитель.
С этого же времени открылась череда потерь и для Ольги Константиновны. В 1879 умер от менингита ее любимый младший брат Вячеслав, годом позже она похоронила 7-месячную дочь Ольгу. Тогда королева эллинов купила в Греции участок для русского кладбища и привезла из России земли- ее горсть, по традиции, бросали в могилы.
Ностальгия время от времени приводила Ольгу Константиновну на берег моря, где стояли под Андреевским флагом корабли, мелькали ленточки бескозырок и звучала русская речь. Она радовалась, когда в порт Пирей заходили суда, идущие на Дальний Восток и обратно, и огорчалась, что за юные годы плохо освоила родной язык и говорила с акцентом. Словно старалась восполнить упущенное, выслушивала длинные рассказы матросов, пытаясь понять и помочь чем только возможно.
Восторженное отношение к русскому флоту и любовь к морю Ольга Константиновна унаследовала от отца-морского министра. Она стала единственной женщиной-адмиралом, правда, почетным. Этот титул пожаловал ей ее дядя Александр II. Поговорка «Женщина на корабле-к беде» для русских матросов перестала существовать. Они считали Ольгу Константиновну своим ангелом-хранителем. Королева на личные средства устраивала морякам рождественские елки, дарила подарки, в приданое она получила миллион, который был вложен в ценные бумаги, и они приносили проценты. И еще один доход у нее был от греческой коринки: сушеный черный виноград широко использовался в виноделии и кондитерской промышленности, и был важной статьей экспорта Греции, наряду с табаком и оливковым маслом.
Королеву называли «августейшей нищей». Помогая всем без отказа, она постоянно нуждалась в деньгах. Прибывая в Россию, хлопотала за матросов в Морском министерстве, вызывая недовольство чиновников, считавших ее блаженной. В Греции ее ревниво осуждали за заботу о соотечественниках и печатали в газетах карикатуры на тему ее русофильства. «Суд человеческий отличается от Суда Божьего, как сам человек отличается от своего Создателя»-спокойно говорила на это сердобольная монархиня.
В кабинете королевы в Афинах в витрине была выставлена коллекция редких золотых монет и медалей. Как-то раз Ольга Константиновна с удивлением заметила, что они позеленели. Оказалось, что горничная потихоньку выкрадывала монеты и подкладывала им на замену точные копии из меди. Служанку посадили в тюрьму, но вскоре освободили. На помиловании настояла королева. Более того, она назначила преступнице пенсию, объясняя это тем, что девушку-воровку никто не возьмет на службу, и она пропадет.
Лучше других ее понимал младший брат Константин-их роднили душевный склад и религиозность. Она была в курсе его семейных дел и поэтических увлечений, а он посвящал ей стихи, подписывая их инициалами «К.Р.».
Летом 1886 года 34-летняя королева Ольга приехала в Россию, чтобы стать крестной матерью новорожденного Иоанна Константиновича, первенца любимого брата. А на вторник 22 июля в петергофском дворце был назначен праздник по случаю именин императрицы Марии Федоровны.
За переменой блюд, улыбками, реверансами и поклонами в день именин Марии Федоровна мало кто заметил, что Ольга Константиновна была огорчена. Вольно или невольно Александр III совершил не просто досадную оплошность, а дипломатический промах, чем рисковал охладить отношения с Грецией. Вопреки всем ожиданиям, старший сын королевы эллинов, 17летний кронпринц Константин не получил в этот визит Андреевский орден. Великий князь Константин Константинович писал: «Наш Цесаревич получил Орден Спасителя из рук Оли в день своей присяги…Следовало и нам отплатить тем же…это произвело бы хорошее впечатление в Греции…».
Не прошло и года, как отношения между двумя странами действительно обострились из-за провала торговых переговоров. Греция настаивала на снижении таможенных пошлин, Россия не торопилась уступать. «Здесь сильное возбуждение против России. Прости им, Господи! А я прощать не в силах. Статьи пишутся самые возмутительные…»-писала королева. Исправно занимаясь государственными делами Греции, душой она не могла оторваться от России. В Аттике на склоне горы Парнис возводится загородная королевская резиденция Татой. По указанию Ольги Константиновны, архитектор Савва Букис отправляется в Петергоф и потом возводит в 27 км от Афин точную копию Фермерского дворца.
«Королева по долгу» -так она говорила о себе и несла эту обязанность исправно. При ней на земле Греции вновь зажегся факел Олимпийских Игр. Как когда-то богиня Афина королева Ольга в честь этих соревнований посадила на Акрополе оливковое дерево и пожертвовала значительную сумму на проведение Олимпиады.
После убийства в 1913 году короля Георга I на престол взошел его сын, кронпринц Константин, который был женат на сестре германского кайзера Вильгельма Софии. Невестка к вдовствующей королеве относилась плохо, давая понять, что государственная миссия королевы Ольги окончена.
В июле 1914 года Ольга Константиновна засобиралась погостить в Россию, и тут грянула Первая Мировая. Сидеть сложа руки она не могла, немедленно со знанием дела организовала летучий лазарет Мраморного Дворца и госпиталь в Стрельне. Помогать раненым ее научили русско-японская и турецкая войны.
В октябре 1914 года Ольга Константиновна оплакала вместе с братом, великим князем Константином гибель в бою его сына Олега. Вскоре не стало и самого брата. В память о нем королева открыла в Павловске лазарет и приют для увечных воинов. За неделю до февральской революции она вступила в Общину Красного Креста, и это, как оказалось, спасло ей жизнь. Временное правительство оставило ее без средств, арестовав капитал, который достался ей в приданое. С приходом большевиков начались аресты и высылка Романовых. С красным крестом на фартуке королева эллинов продолжала работу в лазарете и наотрез отказывалась бежать, считая грехом покидать родную землю, когда она в беде и опасности.
Хорошо знавшие доверчивую королеву пошли на хитрость и сказали, что ее сын Константин тяжело болен. В мае 1918 года через датский Красный Крест ее как медсестру вместе с военнопленными тайком вывезли за границу. В Швейцарии изможденную королеву в заштопанном платье встретили ее дети и внуки.
А потом судьба, как будто для помощи соотечественникам, вновь возвела ее в 1920 году на престол неспокойной Греции. За короткое время ее регентства Афины и Салоники приютили тысячи беженцев из Советской России.
«Как сердце мое болит»-не переставала сокрушаться она-«Все прошло безвозвратно. Я осталась одна из нашей семьи, как жалкий осколок прошлого…».
Последние годы почти ослепшая королева Ольга, провела в Риме у младшего сына Христофора, не переставая размышлять о судьбе Отечества: «Я ни на минуту на сомневаюсь, что Россия воскреснет. Все это пройдет, как проходили другие тяжкие испытания. Россия выйдет из них возрожденной и закаленной. Господь помилует нашу родную землю…».