Для юбилейной выставки художественной школы, в которой работаю, разбирала работы в мастерской. Залезла в самые дальние углы. Нашла такие свои работы, о которых успела забыть. И вдруг – он. Портрет моей бабушки. Кажется, целая вечность прошла с тех пор, как я писала его. Залипла, рассматривая. Каждая линия, каждый мазок – как осколок памяти.
Помню, как она позировала. Серьезная, сосредоточенная. Казалось, даже дышать перестала. “Ба, – смеялась я, – я тебя не фотографирую, рисую. Это другое. Можешь и головой крутить, и разговаривать”. Но бабушка была ответственна в позировании. Для нее это было важно. А еще она была очень добрым, светлым человеком. И к ней постоянно шли люди - соседи, родственники. Просто посидеть -поболтать, спросить совета.
В их семье было семнадцать детей. Но война безжалостно проредила их ряды. После войны осталось только четыре сестры, и моя бабушка – старшая из них. Она всегда была для них опорой, по-настоящему -старшей сестрой, несущей ответственность за всё, что происходило в семье.
Бабушка родилась в 1921 году. Ей едва исполнилось двадцать, когда началась война. Она работала санитаркой в больнице, где нашли приют испанские дети, осиротевшие беженцы. Видела много боли и слёз. . После войны она продолжала помогать людям, работая в больнице Красного Креста, уже в другой. Эту больницу я помню хорошо. Вместо детского сада часто оставалась у бабушки на работе. Мы вместе ходили на кухню за кашей для больных. Огромные кастрюли, в которых варилась эта простая еда - супы, каши. “В маленькой кастрюле вкусную кашу не сваришь, – говорила бабушка. – В большой кастрюле каша вкуснее”.
И фоном для портрета стал ковер… Не просто ковер, а “Русская красавица”. У этого ковра своя, особенная история. Жили сестры в разных городах, лишь младшая оставалась в родительском доме, в деревне. Но ради общей мечты все четверо отложили дела и вместе отправились в путь. Это был настоящий вояж в эпоху тотального дефицита, паломничество за красотой. Каждая сестра долгие годы, копеечка к копеечке, собирала на заветный ковер, отказывая себе во всем. И вот, мечта сбылась! Каждая вернулась домой с долгожданным рулоном, символом их единства. надежды и веры в лучшее.
Помню, какой счастливой была моя бабушка в тот день! Глаза ее сияли, как звезды. Этот ковер был для нее не просто предметом интерьера, а символом победы над трудностями, символом сбывшейся мечты.
Бабушки нет уже давно. Восемьдесят пять лет, и всех сестер пережила… А ковер остался. И я храню его не просто как память. В нем – ее счастливые глаза, сияющие солнцем. В нем – ее несгибаемая вера. В нем – частичка ее души. И глядя на него, я вижу ее, бабушку. Сильную. Любящую. Светлую.