— Она сама такое выбрала, совершенно не моего сына это было инициативой, — говорит о разладе в семье сына Эльвира Михайловна. — Я пыталась предупредить: ничего хорошего не будет.
— Ну да, раздельный бюджет, конечно, имеет право на существование, только не всем парам он подходит, — соглашается подруга.
— И я о том, главное, когда замуж выходила, рожала и в декрете сидела, то ей раздельный бюджет был не нужен, а потом решила, что денежки теперь врозь. Ну решила, так решила, что теперь обижаться? Он на ее собственность не претендует, — усмехается рассказчица. — И я думаю, что скорее всего, будет развод. Потом что нельзя жить по принципу: "твое — это наше, а мое — это мое".
Борису, младшему сыну Эльвиры Михайловны сейчас 32 года. В браке 7 лет, дочери почти 5 лет исполнилось. Старший сын с женой живут согласно, дружно, без выкрутасов. Обоим мужчинам в наследство досталось по двухкомнатной квартире — от бабушек. Одна написала завещание на старшего внука, другая — на младшего.
Сейчас у старшего с женой уже трешка, купленная в общую долевую собственность, да еще с материнским капиталом. Живут в ней, наследную мужа сдают, платят ипотеку, финансами распоряжаются вместе, не ссорятся из-за денег. Две машины купили, мужу и жене, в кредит. Поочередно платили за эти кредиты. Оба.
А из-за покупки машины Борисом в семье младшего разгорелись нешуточные страсти. Точнее, началось все раньше. Катя, младшая невестка, была вполне довольна тем, что у ее будущего мужа есть свое жилье, да еще и с неплохим ремонтом и всей необходимой техникой.
— Я постаралась, — гордится Эльвира Михайловна. — Пока сын рос и жил со мной, квартиру я сдавала, накопила, отремонтировали, перед свадьбой все новенькое там установили. Я и старшему жилье отдавала, чтобы в нем уже все было.
Невестка только в течение первого года семейной жизни заменила текстиль — по своему вкусу купила, на общие деньги. А вскоре после того, как дочка Бориса и Кати пошла в садик (в 2 года и 8 месяцев), Катя инициировала с мужем разговор.
— Вот мы живем, у тебя собственность есть, а у меня — ничего, — надула Катя губы.
— В чем дело? — пожал муж плечами. — Давай копить, купим, как брат, жилье побольше, мою будем сдавать. Глядишь, второго родим.
Но Катя так не захотела: если купить что-то в ипотеку, то это опять будет общее, а ей хочется свое, чтобы муж не претендовал, в случае чего, да она и сомневается, хочет ли она еще ребенка. В общем, дорогой муж, давай попишем нотариальный договор о раздельном бюджете, а я себе накоплю и куплю хотя бы однушку, с ипотекой буду расплачиваться сама.
Зарплата у Бориса тогда была больше, чем у жены всего на пару тысяч. Мужчина был против, Катя настаивала. И настояла. Подписали бумагу, Катя начала придирчиво считать деньги, собирала все чеки, предъявляла мужу, мол, переводи мне столько-то, я сегодня потратила на общие нужды.
— При этом еще и считала, что чипсы муж себе покупал, а не на семью, дескать, она такую гадость не ест, — вспоминает Эльвира Михайловна. — Уже на том этапе было противно — жуть. Сын, конечно, не радовался тому, что теперь они так живут.
А через полгода после начала ведения раздельного бюджета Катя вдруг купила в ипотеку двушку! Заплатила половину стоимости, платеж практически равен арендной плате, немного меньше, потому что невестка Эльвиры Михайловны сдала жилье в аренду через агентство, чтобы самой не заниматься всем этим.
— Я удивлена была, сын тоже. Оказалось, что родители невестки получили наследство. То есть, когда она настаивала на раздельном бюджете, она прекрасно знала, что не будет копить, а купит жилье сразу, только вступить официально родителям в право наследования и продать его. И ни гу-гу, ни словечка. Да, мы бы порадовались за Катю, если бы она сказала и объяснила свое требование раздельной собственности тем, что родители дадут деньги. Но вот так, молчать, продавливать, утаивать информацию… Некрасиво же. Это семья или как?
Борис был взбешен. Именно скрытностью жены и тестей, а не фактом покупки. Ни то, как Катя высчитывала стоимость чипсов, крема для бриться — тоже. Тем более, что мужчина без звука оплачивал половину стоимости косметики, бальзамов для волос и прочих, только Кате нужных вещей. Не мелочиться же! Это как-то не по-мужски что ли.
Через три месяца после покупки женой единоличной квартиры Борису предложили поменять работу. С повышением. Он согласился. Отработал на новом месте несколько месяцев, получил неплохие деньги, да еще и премиальные выплаты, взял в банке кредит и исполнил давнюю мечту — купил машину.
— Катя, конечно, была в шоке. Кредит сын платит, денег теперь получает в два раза больше нее, плюс премиями гасит кредит за машину, а она высчитывает стоимость его чипсов и рыбки. В семье начались ссоры.
— Ой, ты с такой зарплатой мог бы и сам оплатить дочери одежду, не спрашивая с меня, — злилась Катя. — Что ты за отец такой?
— Такой же, как и ты — мать, — отвечал Борис. — Почему я должен платить за все один? Ты сама хотела раздельный бюджет. Назвался груздем — полезай в кузов. Это дело принципа, Кать. Или у нас взгляд на семейные расходы меняется в зависимости от величины моей зарплаты?
Эльвира Михайловна видела, что уже на том этапе в семье появилась зримая трещина. Наверное Борис тоже не совсем прав был. Хотя с другой стороны, а в чем? Договаривались, у них раздельная собственность, пополам расходы, тогда надо "пополамить" уже во всем. Логично же.
— А не так давно невестка попросила машину, чтобы съездить к родителям на дачу. Нет, она сначала просила, чтобы Боря их с дочкой отвез, но сын после дела с наследством, с родителями Кати общаться не горит желанием. Он отказался ехать, тогда она попросилась за руль сама. Ездит плоховато, в страховку не вписана, Боря отказал, — продолжает Эльвира Михайловна. — Она скандал устроила, мол, он совсем озверел, наверное, он не дает ей машину из принципа, что она не собственник?
— И это тоже, — кивнул Борис. — Я к твоей квартире не подхожу даже. И не подойду, я к ней отношения не имею и не буду иметь. Почему с машиной должно быть иначе? Я плачу за нее кредит, страховку, налог, она моя. Если бы дочери надо было в больницу или еще куда — я бы отвез. Я и возил. А к тестям, уж извини, без меня. С дочкой? Да, но это не жизненная необходимость.
— Ну ты и козел, зятек, — позвонила Борису мать Кати. — Вот правильно все было с нашей стороны. Все правильно, так и надо было дочке жилье отдельно от тебя, жлоба, покупать.
Борис тещу заблокировал. Катя с мужем живет, пока молча. Кто будет платить ее ипотеку, когда она разведется и не сможет гасить долг с арендных денег? Вопрос. Наверное на алименты хорошие надеется. Впрочем, развода пока не было.
Спасибо, что читаете, лайки способствуют развитию канала. Заходите на мой сайт злючка.рф.
