(продолжение🖕) Теперь мы подходим к болезненному вопросу - а что делать-то

(продолжение🖕) Теперь мы подходим к болезненному вопросу - а что делать-то?

Если таких, как Коченков, нужно максимально надолго изолировать от общества (где по идее с ними должны работать психологи для изменения негативных установок), то что делать с Сашами? Единственный вариант, который может помочь им во взрослом возрасте - лечение у психиатров и психотерапевтов, имеющих опыт работы с травматическим опытом и жестоким обращением. И тут мы подходим к главному. К сожалению, в Воронеже сегодня нет отделений для лечения людей, переживших в детстве серьезную травму и совершивших тяжкие преступления. Их признают вменяемыми и отправляют в колонии. Формально судьи могут назначить лечение от наркомании или алкоголизма (если преступление небольшой тяжести). Но часто это поверхностное лечение без учета травматического прошлого. Результат предсказуем - человек срывается и едет в колонию.

Настало время создавать такие отделения в медучреждениях. Там должны работать доктора, специализирующиеся именно на лечении людей с травматическим опытом. И всё это должно работать в системе: следователь понимает природу травмы, прокурор учитывает это при обвинении, суд назначает лечение, медицина его обеспечивает. Пока что каждый работает в своей парадигме.

Но самое важное - это спасение детей из неблагополучных семей. И здесь важно понимать, как работает детская травма. Представьте двух детей 10 лет. Один идет гулять, катается на велосипеде, играет в футбол, приходит домой, отдыхает, занимается своими делами. Обычное детство. А второй ребенок, переживший травму, даже оказавшись в безопасной приемной семье, тоже будет гулять, кататься, играть. Но его мозг работает иначе - он автоматически сканирует территорию на предмет опасности. Каждый громкий звук, каждое резкое движение, каждый незнакомец - потенциальная угроза. И дома он скажет: «По дороге от площадки за мной шел мужчина. Мне кажется, он был нетрезвым. Наверное, хотел меня ударить». Хотя мужчина просто шел в том же направлении. Травма не отпускает даже в полной безопасности - она меняет восприятие мира навсегда. И что из этого, спросите? А то, что такой ребенок не может нормально учиться, не может дружить, может внезапно ударить одноклассника, или наоборот, становится идеальной жертвой для буллинга - привык, что бить его это норма. А еще у них низкая самооценка, будто это они в чем-то виноваты.

Как говорят психиатры, пока личность формируется, шансы помочь высоки. Но обычные психологи не берутся за работу с такой травмой - слишком тяжело. Одно дело - ребенок перестал учиться или сидит в компьютере. Совсем другое - убегает из дома, бродяжничает, ворует, дерется, не доверяет никому. Нужны специализированные центры, где дети, пережившие травму и жестокое обращение, могли бы получить настоящую помощь. Потому что именно сейчас, пока они дети, есть шанс разорвать эту цепочку.