Воздух на балконе был тёплым и густым, пахло жасмином, что вился по решётке, и сладковатым дымком откуда-то издалека.
Последнее солнце, раскалённое и алое, медленно тонуло в мареве города, заливая всё вокруг медовым светом.
Именно в этом свете он казался ей не реальным, а нарисованным — тёплые тени ложились на скулы, а в глазах плавали золотые искры.
Она не слышала, о чём он говорит. Она ловила тембр его голоса — низкий, бархатный, идеально подходящий к этому вечеру.
Под пальцами холодное стекло бокала, а на языке — сладкий вкус клубники, которую он только что ей протянул.
Ягода взрывалась свежестью, и он, заметив её удовольствие, улыбнулся уголком губ. Эта улыбка делала его строгое лицо бесконечно молодым и беззащитным.
Между ними на столе лежала книга, которую они читали вслух по очереди. Но чтение давно заглохло, уступив место тишине.
Не неловкой, а той самой, насыщенной, когда кажется, что слышишь, как бьётся чужое сердце. Он провёл пальцем по капельке конденсата на бокале, оставив за собой блестящий след.
— Смотри, — прошептал он, и его палец мягко коснулся её запястья, поворачивая руку ладонью вверх к небу.
— Первая звезда.
Она посмотрела вверх, через его плечо. В пронзительно-сиреневом небе, точно проколотом иглой, дрожала крошечная точка. —Загадывай желание, — так же тихо сказала она, не в силах отвести взгляд от его лица.
— Я уже загадал, — его голос прозвучал совсем рядом.
Он не смотрел на звезду. Он смотрел на неё.
И мир сузился до этого балкона. До пространства между двумя креслами.
До точки соприкосновения его пальцев на её запястье, где пульс отбивал сумасшедший ритм.
Где-то внизу гудели машины, жил огромный город, но здесь, в этом коконе из twilight и тишины, существовали только они двое.
Он медленно, давая ей время отстраниться, наклонился к ней. Вечерний воздух, запах жасмина, сладкий вкус клубники на губах — всё смешалось в одно мгновение.
И в тот миг, когда его губы коснулись её губ, показалось, что закат замер, звезда остановилась в небе, а сам вечер, тёплый и бархатный, обнял их обоих, затаив дыхание.
Он отстранился, и она увидела в его глазах всё то же небо — теперь уже усыпанное звёздами, бесконечное и обещающее чудо.
—Знаешь, о чём я загадал? — прошептал он. Она только покачала головой,боясь спугнуть хрустальный момент своим голосом.
— Чтобы этот вечер никогда не кончался.
И она поняла, что загадала точно такое же желание.
Потому что некоторые вечера worth their weight in gold.
Они — как те самые первые спелые ягоды, вкус которых остаётся с тобой навсегда.