БЕСПОМОЩНОЕ ОБЩЕСТВО

Наше интервью с Павлом Островским

Отец Павел Островский призвал штрафовать россиян в миллион рублей за измены.

Аплодируем стоя. Должны признать, что отец Павел — потрясающий лидер общественного мнения. Его высказывания так часто резонируют с нашими душами, что их так и хочется прокомментировать. Страшная угроза русского национализма, овощебаза с триколором, приемлемость намаза — мало ли инфоповодов для одного из немногих популярных миссионеров православия в интернете?

Впрочем, мы уверены, что в итоге окажется, что мы всё неправильно поняли и, возможно, даже выдернули из контекста.

Меж тем, вот цитата с канала радио Спутник, которую репостнул к себе священник:

«Человек изменил — платит минимум миллион рублей»

Священник Павел Островский предложил, как должны работать штрафы за неверность:

«Если установлен факт измены, то государство должно, возможно с помощью какого-то движения в народе, сформировать негативное к этому отношение.

И если мы хотим законодательно не просто создать негативный эффект, а остановить измены — нужно делать штраф минимум миллион рублей».

Нам она кажется вполне однозначной.

Павла Островского возмущают измены. Но мы не видели хотя бы одну общественную силу, которая измены бы защищала, проповедник предлагает бороться с ними с помощью государства.

ОДНОВРЕМЕННО с этим Павел Островский неодобрительно высказывается о цензурной политике. Сам лично он критикует мессенджер Макс, потому что там согласно пользовательскому соглашению не сможет гарантировать тайну исповеди.

Мы видим здесь противоречие. С одной стороны, Островского возмущают государственные регуляции, с другой — он между делом предлагает регулировать супружеские постели россиян.

Всё это тревожный симптом новой эпохи, эпохи, когда без депутата и полицейского, общество бессильно. Эпохи, когда диалогом будут считаться доносы. Эпохи, когда общественное дело никакое не общественное, если в нём не замешано государство.

Островского впечатлил случай, когда гендира американской айти-компании уволили за роман с сотрудницей. Говорит: вот бы нам также! Но только Островский не замечает, что эта практика в США никак не связана с государством — это саморегулирование обществом общественной проблемы, без депутатов, министерств, законов и штрафов.

Островский в целом против цензуры — но когда дело доходит до измен, то там все методы хороши. Ведь, какой ужас, Сбер прислал его знакомой пуш-уведомления с рекламой сериала «Открытый брак». Островский считает, что это пропаганда измен. Как видимо, и «Анна Каренина». (На самом деле, сериал не пропагандирует открытые отношения. Герои действительно в них вступают, но это только усугубляет их семейный кризис).

Всё это вписывается в стандартный алгоритм действий в российском обществе по поводу любой проблемы:

Шаг первый. Возмутиться — сильно и публично.

Шаг второй. Потребовать запретить упоминания общественного порока в медиа.

Шаг третий. Потребовать, чтобы силовики наказали виноватых.

Общество неспособно решить внутри себя что-либо самостоятельно. С каждым днём мы всё меньше нация и всё больше — сидельцы и охранники.

Победит ли православный евразийский комсомол человеческие пороки? Сильно сомневаемся.

Но вот жить в обществе, в котором полицейские патрули будут досматривать супружеские ложи, не захочется никому.

Где-то мы свернули не туда, если даже священники спасение души готовы перепоручить участковым и РКН. В Библии такого не было.