В музыкальном ландшафте конца 80-х – начала 90-х годов прошлого века группа «Дюна» заняла место, которое до сих пор вызывает множество споров. Кто-то находил их песни излишне простыми, нарочито легковесными, связывая это с настроениями эпохи, мол, «какие времена – такие и хиты». Однако, взглянув на феномен «Дюны» глубже, мы обнаружим, что за кажущейся простотой крылась куда более тонкая игра смыслов, ставшая своеобразной визитной карточкой коллектива. Редко кому из артистов удаётся создать строки, которые моментально уходят в народ, превращаясь в цитаты. А у «Дюны» таких – хоть отбавляй. «Привет с большого бодуна», «страна Лимония» – эти фразы стали частью нашего культурного кода, понятными и близкими миллионам. Простота, как известно, категория коварная, и зачастую она служит лишь маской, скрывающей глубокую суть.
Вселенная «Дюны» – это мир, населённый персонажами, выросшими в условиях позднего СССР. Они впитали в себя все приметы и ценности того времени, но при этом не стали относиться к своему прошлому слишком уж серьёзно. Эти люди застали романтику пионерских лагерей, танцевали на школьных дискотеках под хиты из мультфильмов, слушали в магнитофонах кассеты с записями и с уважением смотрели на сцену, где выступали Иосиф Кобзон и «Песняры». Однако, несмотря на все перипетии взросления, в душе они остались детьми, с открытым взглядом на мир и, если угодно, с весёлыми панамками на головах.
Наступили новые времена, и над уходящим в прошлое миром появилась возможность добродушно посмеяться. «Дюна» смогли сделать это с удивительным тактом, без намёка на пошлость, но с искренней теплотой и той самой детской непосредственностью. Важно отметить, что группа начинала свой путь с куда более «серьёзной» лирики. Даже когда они перешли в разряд эстрадных балагуров, в их песнях всё равно чувствовалась особая атмосфера времени, переплетение смеха и, как говорится, греха.
До того, как «Дюна» превратилась в коллектив, играющий в жанре «стёба», они представляли собой группу, исполняющую серьёзный арт-рок с ярко выраженным социально-политическим подтекстом. Основанная в 1987 году, группа обрела «прописку» в Московской филармонии. Автором большинства песен для них являлся Сергей Катин – талантливый басист, бывший участник легендарного ансамбля «Арсенал» и отец известной певицы, участницы группы t.A.T.u. Лены Катиной. В первоначальный состав также входили гитарист Дмитрий Четвергов, барабанщик Андрей Шатуновский и вокалист Андрей Рублёв. Однако, в определённый момент, они покинули коллектив, оставив на передовой фронта вокалиста Виктора Рыбина и, конечно же, Сергея Катина.
На дебютном альбоме «Дюны», выпущенном в 1990 году, убедительно звучит композиция «Русский народ». Её можно рассматривать как своего рода ответ на знаменитую песню «Наутилуса Помпилиуса» «Скованные одной цепью». Послание, заложенное в тексте, не было кристально ясным, но оно отражало волновавшие прогрессивно мыслящих музыкантов проблемы: упадок культуры, безудержное потребление, бессмысленные протесты и культ внешних эффектов в ущерб внутреннему содержанию.
Участники «Дюны» оказались достаточно прозорливы, чтобы понять: тягаться с «тяжеловесами» социально-протестного рока им не по силам. Гораздо эффективнее и, главное, органичнее для них оказалось занятие юмором, развлечением публики и осмыслением серьёзных тем через призму смеха. Именно для этой цели Сергей Катин написал первый, по-настоящему грандиозный хит группы – «Страна Лимония». В этой песне легко читалась острая сатира на потребительские настроения и гонку за материальными благами, характерные для рубежа десятилетий. Сам Виктор Рыбин вспоминал о том периоде: «Мы были не весёлые, а колючие… русские кактусы».
Песня «Страна Лимония» стремительно облетела всю страну ещё в 1989 году, окончательно убедив создателей в правильности выбранного направления. Образ «страдальцев», обеспокоенных судьбами Родины, сменился более приземлёнными, но не менее колоритными персонажами: крепко выпивающими работягами из Долгопрудного, облачёнными в забавные костюмы, вооружёнными синтезаторной балалайкой и гитарами, выполненными в форме ступни и ладошки.
В мультяшном клипе на песню «Корефана», созданном художником-аниматором Геннадием Тищенко, Виктор Рыбин и его соратники оказываются в своеобразном «рисовом раю». На первый взгляд, это далёкое, экзотическое место, но при ближайшем рассмотрении его реалии оказываются до боли знакомыми.
В определённом смысле «Дюну» можно провести параллель с британской ска-группой Madness. Выйдя из панк-культуры, они избрали игривый, дурашливый стиль для раскрытия тем, волновавших британское общество. Оба коллектива обладали уникальным талантом превращать повседневную суету в понятную, «мемную», танцевальную музыку. Madness достигали этого с помощью лондонского юмора, уличной энергии и духовых инструментов. «Дюна», в свою очередь, покоряли публику обаянием своих «своих в доску» подмосковных парней, напоминающих колоритных персонажей из комедий Леонида Гайдая.
Юмор стал их общим катализатором. В США их нововолновыми «собратьями» можно назвать группу Devo. Эти музыканты, известные своими смешными пирамидками на головах, предлагали публике густой коктейль из сюрреализма и сатиры. Они даже разработали собственную теорию деэволюции, утверждающую, что человечество не движется по пути прогресса, а стремительно регрессирует.
«Дюна» – группа, безусловно, культовая, но не всегда воспринимаемая всерьёз. Её часто относят к ностальгическим командам 1990-х, но вся прелесть в том, что за кажущейся простотой мелодий и текстов скрывается целая эстетика переходного периода. Это было время, когда страна стремительно теряла остатки своей прежней идентичности, погружаясь в состояние турбулентности, не зная, что её ждёт впереди.
Виктор Рыбин и «Дюна» брали на себя роль своеобразных «амортизаторов», смягчая удар реальности. Они рассказывали пластилиновую историю о забавной борьбе за пионерский лагерь, который под новыми хозяевами жизни превратился в место для киносъёмок, бордель и казино. Венчая сюжет пародийным хэппи-эндом: «За воинскую доблесть и успехи отряд был награждён пластинкою Пьехи». Однако, это был лишь сюжет из мультфильма. В реальной жизни у пионерского лагеря, к сожалению, шансов на такое благополучное разрешение событий, скорее всего, не было.
В 1995 году «Дюна» выпустила песню «Коммунальная квартира», которая вполне могла бы претендовать на статус неформального, альтернативно-хулиганского гимна Советского Союза. Да, жизнь была тесной, порой бедной, чего-то не хватало, но атмосфера, царившая в домах, была удивительно душевной. Под одной крышей уживались совершенно разные люди: Гоги, Цукерманы и даже оленевод Бельдыев. В своём клипе на эту песню участники «Дюны» с явным удовольствием примеряли тюбетейки и кавказские кепки, обыгрывая сюжеты из народных анекдотов, юмористических рассказов и дворовых песенок, тем самым прославляя идею коммунального интернационала.
Не обошлось, конечно, и без алкогольной романтики, но она была подана с присущей группе добродушностью, открытостью и простотой. Сначала появился понятный каждому «Привет с большого бодуна», а затем – нестареющий хит «Мечта», который в народе получил ласковое прозвище «Море пива». Подумать только, сегодня такое и представить сложно! Клип, в котором мужчины, находясь в курортном антураже, мечтают о бескрайних морях и океанах спиртосодержащих жидкостей, при этом напитки и закуска мелькают в кадре с поразительной частотой, транслировался по телевидению в дневное, детское время.
1990-е годы стали периодом частых кадровых перестановок в группе. В 1992 году коллектив покинул Сергей Катин, но уже через три года он вернулся в качестве автора песен. Всё это время неоспоримым лидером и «лицом» коллектива оставался Виктор Рыбин, родившийся 21 августа 1962 года. Будучи уроженцем Долгопрудного, выпускником школы мичманов и подводником-североморцем, он впоследствии получил высшее образование, окончив факультет социологии Московского государственного института культуры. Географическая привязка к Долгопрудному стала одной из узнаваемых «фишек» группы. Один из их альбомов получил говорящее название: «За нами – Долгопрудный».
В политически непростые годы оставаться в стороне было практически невозможно. Группа «Дюна» приняла участие в предвыборной кампании в поддержку кандидата Бориса Ельцина накануне президентских выборов 1996 года. Незадолго до этого появилась забавная, но ставшая очень популярной песня «Борька-бабник», которая активно ротировалась по телевидению. Возникал закономерный вопрос: была ли какая-то связь между кандидатом в президенты и любвеобильным героем песни, кроме совпадения имени? Можно ли было считать это комплиментом или, наоборот, завуалированной анти-рекламой?
В 1993 году Виктор Рыбин, будучи на правах фронтмена, дал одному из очередных альбомов «Дюны» своё имя – «Витёк». Вскоре после этого солист начал собственную сольную карьеру, выпустив альбом «Поговорим о любви, Мадемуазель», а также пробуя себя в бизнесе, далёком от музыки, и активно занимаясь продвижением своей супруги – певицы Натальи Сенчуковой. Выдав на прощание ещё несколько запоминающихся хитов, «Дюна» постепенно сошла со сцены в начале двухтысячных годов. Группа осталась ярким, но специфическим продуктом ушедшего десятилетия, которое отличалось своей лихостью, но в то же время обладало притягательной и, несомненно, душевной атмосферой.
Стебные клипы «Дюны» по сей день вызывают в памяти образы «морей пива», мелькавших на экранах телевизоров. Они высмеивали повседневные перегибы, служили своеобразным «мостиком» в коммунальное советское прошлое, которое, несмотря ни на что, тоже было по-своему смешным и абсурдным. С тех пор, как Виктор Рыбин спел о «стране Лимонии», каждый из нас, хотя бы изредка, ощущает себя её полноправным гражданином.
Группа «Дюна» – это не просто музыкальный коллектив, а целый культурный феномен, отразивший дух эпохи перемен. Их способность переводить сложные социальные явления на простой, понятный язык юмора, их искренность и обаяние сделали их любимцами публики. Несмотря на критику и порой поверхностное восприятие, «Дюна» оставила неизгладимый след в истории отечественной эстрады, доказав, что настоящий талант заключается не только в виртуозной игре и глубоких философских текстах, но и в умении видеть смешное в обыденном, даря людям радость и возможность взглянуть на мир с улыбкой.