Этим утром мы снова увиделись. Ты посмотрела на меня и спросила — почти шепотом, почти смеясь: “Ну как я выгляжу?” Я не сказал тебе, что платье смотрится великолепно.
И не потому, что не думал так. Просто в тот миг, когда ты стояла передо мной —
в тишине между словами,
в этом странном покое между вдохом и выдохом —
я забыл, как говорить. Ты стояла передо мной — живая, тихая, настоящая. И что я мог сказать? То был совершенный момент. Совершенство не требует комментариев. Ты просто смотришь. Просто чувствуешь. Просто запоминаешь.
Этим утром мы снова увиделись.
Ты посмотрела на меня и спросила — почти шепотом, почти смеясь:
“Ну как я выгляжу?”
Я не сказал тебе, что платье смотрится великолепно.
И не потому, что не думал так.
Просто в тот миг, когда ты стояла передо мной —
в тишине между словами,
в этом странном покое между вдохом и выдохом —
я забыл, как говорить.
Ты стояла передо мной — живая, тихая, настоящая.
И что я мог сказать?
То был совершенный момент.
Совершенство не требует комментариев.
Ты просто смотришь. Просто чувствуешь.
Просто запоминаешь.