Вот как выглядели мои пять лет поездок по России — десять мест, которые до сих пор не отпускают. Без «галочки» и путёвочных клише: короткие истории, детали, от которых вспоминается ветер, запах, вкус воды. В конце каждого блока — факт-сноска.
Вулкан Эбеко, остров Парамушир, Северные Курилы
Первый раз я увидел его с пирса Северо-Курильска: тянется серый шлейф, город молчит, только чайки. До кратера поднимаешься по влажной, тёплой от фумарол почве, запах серы щекочет горло. День может быть безоблачным, а за считанные минуты небо темнеет от пепла — и ты точно понимаешь, что живёшь рядом с вулканом, а не с «достопримечательностью». По данным наблюдателей и KVERT, Эбеко регулярно даёт пепловые столбы до 2,5–4,5 км, сам вулкан — всего в семи километрах от города.
«Малыш», вечный снежник у Ивановских озёр, Хакасия
К «Малышу» я шёл по россыпям ивовых корней и мокрым камням. Абсурдно тёплый день — и пятно снега, которое не сдаётся даже в июле. Снизу — тёмная вода Верхнего озера, сверху — белый язык снежника; граница лета и зимы на расстоянии вытянутой руки. Сам массив Ивановских озёр находится в районе Приискового на севере Хакасии; «Малыш» держится круглый год.
Плато Путорана, Красноярский край
Самая тихая тишина в моей жизни — на озере Лама. Утро, рыжая тундра, стенка базальтовых ступеней и тысячи нитей водопадов после дождя. Плато — целый мир за Полярным кругом: каньоны, озёра, миграции северных оленей; заповедник и объект Всемирного наследия ЮНЕСКО с 2010 года. Сюда приезжаешь, чтобы забыть о времени. (UNESCO World Heritage Centre)
Кинзелюкский водопад, Восточные Саяны
Сначала кажется, что в тумане шумит ветер. Потом понимаешь — это он: водяная стена, которая падает и падает, и конца не видно. Добирались долго, но стоило каждого перехода. Кинзелюкский — один из самых высоких водопадов России: общая высота каскада около 328 метров.
Ленские столбы, Якутия
Здесь камень живёт своей жизнью. Встаёшь рано, идёшь по берегу Лены — и сквозь дымку вырастают стены, как если бы лес застыл в камне. Нечеловеческий масштаб и древность, которую буквально чувствуешь руками. Природный парк входит в список ЮНЕСКО; среди ценностей — слои с останками кембрийской фауны.
Столбы выветривания Маньпупунёр, Республика Коми
К Северному Уралу надо относиться с уважением: погода вертится за полчаса. Мы вышли к плато в молоке облаков, и вдруг из белизны выросли «великаны» — семь каменных останцов высотой с многоэтажку. Стоишь и понимаешь, почему манси называли это место «малой горой идолов». Труднодоступная территория Печоро-Илычского заповедника; признаны одним из «семи чудес России».
Чарские пески, Забайкалье
Самое сюрреалистичное место в Сибири: барханы на фоне снежных вершин Кодара. Днём песок обжигает, ночью хрустит заморозок; лиственницы цепляются за дюны, как за палубу. Урочище в Чарской котловине — примерно 30 км² барханных форм, рядом станция БАМ «Новая Чара».
Ординская пещера, Пермский край
Здесь не шумят водопады. Здесь слышно только своё дыхание. Хруст гипса, идеально прозрачная вода, и свет фонаря уходит в синюю вечность. Ординская — самая длинная подводная гипсовая пещера России и одна из самых протяжённых в мире. Не «экскурсия по лесенкам», а территория спелеодайверов.
Перевал Кату-Ярык и долина Чулышмана, Горный Алтай
Я не люблю слово «экстрим», но к Кату-Ярыку оно подходит: девять резких шпилек серпантина уводят тебя с Улаганского плато в долину Чулышмана. Пыль, дрожь руля, запах перегретых тормозов — а потом вдруг раскрывается вид на реку и вертикальные стены ущелья. Перевал соединяет плато и долину; уклон доходит до 35°, дорожное покрытие непредсказуемо.
Сулакский каньон, Дагестан
Самый сложный для описания цвет — вода Сулака. Бирюза, которая меняется с каждой минутой. Мы стояли на скале, и ветер приносил запах шалфея. Каньон тянется более чем на пятьдесят километров; его часто называют самым глубоким в Европе, максимальную глубину источники оценивают до 1560 метров. Внизу крошечные катера кажутся насекомыми.
Пара заметок напоследок
— Почти в каждом из этих мест погода — отдельный персонаж. Планируйте запасной день и не гонитесь за «галочкой»: иногда лучше просидеть в домике с чаем, чем ломиться в белую мглу.
— Уточняйте режимы ООПТ, пропуска и окна подъёма/спуска: заповедник — это про правила, а не про «как пролезть».
— И главное: фотография — это память, но не цель. В неровном дыхании на склоне, в запахе мокрого камня и в звуке падения воды — вся причина, зачем мы вообще едем.