Мамины секреты
— Марин, ну что ты как чужая? — свекровь стояла на пороге с кастрюлей в руках. — Борщ принесла, свежий, только что сварила.
Марина вытерла мокрые руки о полотенце. В раковине стояла посуда после обеда, на плите доваривался суп на завтра.
— Спасибо, Елена Викторовна. Но у меня своего много наварено.
— Да что твой суп! — свекровь прошла в кухню, поставила кастрюлю на стол. — Ты же не умеешь готовить, как наши женщины. Вот Димочка мой борщ обожает, с детства.
Марина промолчала. За пять лет замужества она слышала это сотни раз. Свекровь готовит лучше, знает больше, понимает сына лучше.
— А где Димочка?
— На работе ещё.
— В такое время? Уже восемь вечера.
— Проект сдают, задерживается.
Елена Викторовна покачала головой:
— Совсем заработался мой мальчик. А всё потому что вы кредиты понабрали. Квартиру, машину. Вот он и пахает.
— Мы сами решили взять кредиты.
— Сами? — свекровь усмехнулась. — Димочка никогда не жил в долгах. Это ты его научила.
Марина сжала губы. Квартиру они действительно взяли в ипотеку — жить у родителей мужа было невыносимо. Машину купили в кредит, потому что Дима получил повышение и сказал, что теперь может себе позволить.
— Елена Викторовна, может, чаю?
— Не откажусь. А печенья нет?
— Есть овсяное.
— Фу, невкусное. У меня дома песочное, домашнее. Димочка обожает.
Марина поставила чайник. За окном моросил дождь, в квартире было тепло и уютно. Если бы не постоянные визиты свекрови…
— Марин, а детей когда? — свекровь устроилась за столом. — Пять лет замужем, а всё никак.
— Мы пока не готовы.
— Не готовы? А когда будете готовы? В сорок лет? Я в твоём возрасте уже Димочку родила.
— Елена Викторовна, мне двадцать семь. Ещё рано паниковать.
— Рано? Марин, ты понимаешь, что мужику дети нужны? Особенно сыну? Димочка со мной уже не раз говорил…
— Говорил о чём?
— Ну… что хочет детей. Что устал ждать.
Марина поставила чашки на стол. Руки слегка дрожали.
— Дима сам мне этого не говорил.
— А он стесняется. Но маме-то всё рассказывает.
— Что именно рассказывает?
Елена Викторовна отпила чай, помолчала:
— Что ты какая-то холодная стала. Что семейной жизнью не интересуешься.
— В каком смысле не интересуюсь?
— Ну ты же понимаешь… — свекровь многозначительно посмотрела на неё. — Мужские потребности у всех одинаковые.
Марина почувствовала, как краснеет лицо.
— Елена Викторовна, это наши личные отношения.
— Конечно, личные. Но Димочка переживает. Говорит, что ты его отталкиваешь.
— Я его не отталкиваю!
— Может, не отталкиваешь, но и не приближаешь. А мужчину надо любить, ласкать. Я своего покойного мужа всегда…
— Елена Викторовна, пожалуйста, не надо.
— Что не надо? Я тебе добра желаю! Хочу, чтобы мой сын был счастлив.
— А обо мне думать не хотите?
— О тебе? — свекровь удивлённо подняла брови. — А что о тебе думать? Ты молодая, здоровая, муж хороший. О чём ещё мечтать?
Дима пришёл домой в половине десятого. Усталый, раздражённый.
— Привет. Мама заходила?
— Заходила. Борщ принесла.
— Отлично. Я голодный как собака.
Он разогрел борщ, сел за стол. Марина мыла посуду, но всё время чувствовала на себе взгляд.
— Дим, можно поговорить?
— О чём?
— Твоя мама сегодня сказала, что ты жалуешься ей… на нашу семейную жизнь.
Дима поперхнулся:
— Что?
— Она сказала, что ты недоволен нашими… интимными отношениями. И тем, что детей нет.
— Мам, ну зачем ты ей это говоришь?! — Дима повернулся к двери. Марина оглянулась — в дверях стояла Елена Викторовна.
— Когда она успела прийти?
— У меня ключи есть, — спокойно сказала свекровь. — Хотела кастрюлю забрать.
— Мам, мы говорили об этом конфиденциально!
— Димочка, но Марина же твоя жена. Она должна знать, что ты думаешь.
— Я не должна знать, что мой муж обсуждает с мамой нашу постельную жизнь! — голос Марины зазвенел.
— Марин, успокойся, — Дима встал из-за стола. — Мы просто разговаривали…
— О чём именно разговаривали?
— Ну… я сказал, что мы давно замужем, а детей всё нет.
— И что ещё?
— И что… ну, что ты стала реже… ну, ты понимаешь.
— Нет, не понимаю. Скажи прямо.
— Что реже занимаемся сексом.
— А ещё что?
Дима покраснел:
— И что ты не всегда… как бы… отвечаешь взаимностью.
— Дим, а ты маме ещё что-нибудь рассказывал? Может, как я в постели лежу? В какой позе сплю?
— Марин, ну не надо так…
— Надо! Пять лет я терплю, что твоя мама лезет в нашу жизнь. Учит меня готовить, убирать, одеваться. А теперь выясняется, что вы ещё и мою сексуальность обсуждаете!
Елена Викторовна вздохнула:
— Марин, а что такого? Димочка мой сын, он мне всё рассказывает. Я ему советы даю…
— Какие советы?
— Ну… как с женщинами обращаться. Как их к интимности располагать.
Марина почувствовала, что сейчас взорвётся.
— Дима, или твоя мама прекращает вмешиваться в нашу жизнь, или я ухожу.
— Куда уходишь?
— К родителям. А там видно будет.
— Марин, не психуй. Мама же добра желает…
— Мама желает, чтобы твоя жена была удобной. Чтобы готовила, как она, убирала, как она, и спала с мужем, как она советует.
— И что в этом плохого? — встряла свекровь.
— А то, что я не ваша кукла!
Марина пошла в спальню, достала из шкафа сумку. Начала складывать вещи.
— Мар, ну ты куда? — Дима зашёл в комнату. — Из-за глупости какой-то.
— Это не глупость. Это унижение.
— Да ладно тебе, мама же не со зла…
— Дима, а ты понимаешь, что творишь? Ты рассказываешь маме подробности нашей интимной жизни!
— Ну не подробности же…
— А что? Краткий пересказ?
— Марин, она моя мать. Я с ней всем делюсь.
— Всем? — Марина застегнула сумку. — И как я выгляжу голая? И что говорю во время секса? Тоже делишься?
— Да ты что! Конечно, нет!
— А где граница? Где кончается «делюсь всем» и начинается «это личное»?
Дима промолчал.
— Вот видишь. Для тебя границы нет. Мама может знать всё.
— Марин, но я её люблю…
— А меня?
— И тебя тоже люблю.
— Тогда выбирай. Или ты взрослый мужчина, у которого есть жена. Или ты маменькин сынок, который жене предпочитает маму.
— Зачем такие крайности?
— Потому что по-другому не получается. Пять лет я пытаюсь найти компромисс. Пять лет терплю её вмешательство. А сегодня узнаю, что вы ещё и мою интимность обсуждаете.
Марина взяла сумку, направилась к двери.
— Мар, постой! — Дима схватил её за руку. — Давай поговорим с мамой. Объясним ей…
— Дим, проблема не в маме. Проблема в тебе. Ты позволяешь ей вмешиваться.
— Но она же переживает за нас!
— Она переживает за тебя. А про меня вообще не думает.
В прихожей стояла Елена Викторовна с кастрюлей в руках.
— Марин, ну куда ты? Из-за пустяков семью разрушаешь?
— Это не пустяки. Это моё достоинство.
— Какое ещё достоинство? Я тебе добра хотела…
— Вы хотели контролировать. Меня, сына, нашу семью.
— Димочка, скажи ей что-нибудь!
Дима стоял посреди коридора, переводил взгляд с жены на мать.
— Мам, может, действительно… не стоит так активно…
— Как это не стоит? Я что, чужая?
— Не чужая. Но Марина права. Есть вещи, которые обсуждать не надо.
— Димочка, но ты же сам жаловался…
— Мам, я просто делился переживаниями. А ты это Марине рассказала.
— А что тут такого?
— То, что жене неприятно знать, будто муж её обсуждает с мамой.
Елена Викторовна посмотрела на сына, потом на Марину:
— Ну ладно. Может, я действительно перегнула палку.
— Не перегнули. Просто давайте договоримся: наша семейная жизнь — это наше дело. Хорошо?
— Хорошо, — тихо сказала свекровь.
Марина поставила сумку на пол.
— И ещё, Елена Викторовна. Я умею готовить. По-своему, но умею. Поэтому борщи можете не носить.
— А если я хочу сыну вкусненького сделать?
— Позвоните, спросите — нужно ли.
— Ладно. — Свекровь вздохнула. — Пойду я домой. Кастрюлю завтра заберу.
Когда дверь закрылась, Дима обнял жену:
— Прости. Не думал, что тебе неприятно.
— Дим, я не против того, чтобы ты с мамой общался. Но семья — это когда двое строят отношения. А не трое.
— Понял. Больше не буду.
— И детей мы заведём, когда сами решим. А не когда мама скажет.
— Согласен.
От автора
Спасибо всем, кто читает мои рассказы и делится своими историями в комментариях! Каждая ваша реакция показывает, что темы, которые я поднимаю, действительно волнуют многих. Отношения со свекровью, границы в семье, право на личное пространство — всё это часть нашей жизни.
Подписывайтесь, чтобы не пропустить новые истории. Впереди рассказы о том, как важно отстаивать свои границы, как находить компромиссы в семейных отношениях, и о том, что настоящая любовь всегда предполагает уважение.