Моя книга "Подменыши. Украденные жизни" выросла из этой небольшой
статьи. Пусть тоже будет здесь - для тех, кому нужно узнать главное об
этом страшном суеверии.
Подменыши — это существа, которыми нечистая сила подменяла похищенных человеческих детей. Bortbytingen – шведское название, Wechselbalg – немецкое, Changeling – английское. В России бытовали названия подменыш, обменок, обмен, подкидыш.
В статье речь пойдет в основном о мифах и суевериях Скандинавии, Британских островов, Германии и России, хотя мотив подмены
ребёнка нечистой силой распространен по всему миру.
В восточной Европе детей похищают лешие, русалки, кикиморы и черти. В западной и северо-западной — тролли, сиды, эльфы и другие фэйри (феи). Люди из африканского народа игбо верили, что если у женщины рождались мертвые дети или умирали вскоре после рождения, то это особый злой дух
преследует её, вновь и вновь рождаясь в виде ребенка. Такие дети
назвались «ребенок, который приходит и уходит». У филиппинцев похищения
детей приписывались асвангам – местным злым духам с телом собаки.
Подменыши, оставленные асвангами, много болели и быстро умирали.
Скандинавские эльфы (альвы), как и валлийские тилвит тег, порой похищали детей, оставляя подменышей, но могли и в открытую забрать ребенка на
воспитание, в особенности если это полукровка — плод связи между эльфом и
человеком. Также как в Ирландии, Шотландии и Уэльсе, в Исландии
считали, что эльфы могут забрать к себе и взрослого человека, чем-то
привлекшего их внимание.
В Белоруссии присыпуш — это чурбачок, которому нечистая сила придала сходство с ребёнком. Чурбачок этот крали прямо в деревне, если кто-то рубил дрова, а потом не убрал в поленницу. По этой причине соседи зорко следили друг за другом, и ленивому, неаккуратному мужику могли даже намять бока, особенно, если в деревне внезапно умер чей-то ребёнок. Настоящего младенца забирали у спящей женщины и взамен подкладывали присыпуша. Благодаря наведённому колдовству чурбачок мог дышать и покряхтывать, но только до первых петухов. Утром женщина находила возле груди холодное тельце, которое быстро твердело и становилось куском дерева.
В России подменышей подкидывали кикиморы, банные духи - банник и обдериха, но особенно часто - леший. "Добрый дядюшка" леший заманивал к себе детей, которым плохо живётся в семье или похищал младенцев, оставляя взамен в колыбели заколдованную связку соломы, полено, чурбан или своего ребенка — безобразного, глупого и обжорливого. Как правило, такой подменыш через некоторое время умирал или, по достижении одиннадцати летнего возраста, убегал в лес. Если он оставался жить среди людей, то становился колдуном. Похищенные же человеческие дети, воспитанные лешим, либо получали тайные знания, становились колдунами и знахарями, либо дичали, переставали понимать человеческую речь, носить одежду, обрастали мхом и корой. Зачастую они становились невидимыми для людей, хотя сами видели и слышали родных, тяжело переживали разлуку, но открыться не могли.
С развитием христианства лешии и прочая нечисть всё чаще заменялись в
быличках чертями. В крестьянской среде бытовал популярный сюжет о том,
как чёрт пытается похитить младенца, родители которого ленятся
говорить "Будь здоров, ангел-хранитель!" после того, как малыш чихнет. В
таких случаях ребёнок подменялся поленом.
Одна из самых ранних сказок о подменыше входит в знаменитый "Сатирикон" Петрония Арбитра (54-68 гг. нашей эры). Один из героев рассказывает "престрашную историю, невероятную, как осёл на крыше". В одном доме умирает мальчик "любимчик нашего хозяина, мальчик прелестный по всем статьям... В то время, как мать-бедняжка оплакивала его, — а мы все сидели вокруг тела в глубокой печали, — вдруг закричали ведьмы, словно собаки зайца рвут. Был среди нас... силач и храбрец, который мог бы разъяренного быка поднять. Он, вынув меч и обмотав руку плащом, смело выбежал за двери и пронзил насквозь женщину... Мы слышали стоны, но — врать не хочу — её
самой не видели. Наш простофиля, вернувшись, бросился на кровать, и всё
тело у него было покрыто подтёками, словно его ремнями били — так
отделала его нечистая сила. Мы, заперев двери, вернулись к нашей
печальной обязанности, но, когда мать обняла тело сына, она нашла только
соломенное чучело: ни внутренностей, ни сердца — ничего! Конечно,
ведьмы утащили тело мальчика и взамен подсунули соломенного фофана».
В этой истории уже есть все основные черты более поздних сказок о
подменышах. Во-первых, красота ребёнка (именно красивых детей чаще всего
похищают фэйри). Во-вторых, ложная смерть (в ирландских и британских
сказках прямо говорится, что фэйри могут похитить ребенка или взрослого
человека, якобы умершего, а вместо него подкидывают заколдованное
чучело). В третьих, мотив отвлечения людей от тела.
Вера в подменышей была настолько сильной, что истории о похищенных феями младенцах встречаются у серьезных средневековых летописцев: Ральфа Коггешелла ("Английская хроника" 1207-1218 гг.) и Гервазия
Тильсберийского ("Императорские досуги" 1210-1214 гг.). Вера эта
нашла отражение даже в средневековой живописи. На картине итальянского
художника Мартино ди Бартоломео (1389-1434 гг.) мы видим беса,
похищающего младенца из колыбели и оставляющего взамен подменыша.
И католики, и протестанты в равной степени верили в подменышей. Так,
норвежский священник Герман Руге в 1754 г. в своих "Разумных мыслях по
поводу разных удивительных вопросов" целую главу отводит подброшенным
детям троллей. Руге советует женщине, у которой тролли забрали ребёнка, в
течении трех четвергов, идущих друг за другом, нещадно бить подкидыша
палкой. Тогда его настоящая мать придет, чтобы вернуть взятого ребёнка и
забрать своего.
Мартин Лютер в "Застольных беседах" писал, что "Сатана кладет на место похищенных настоящих детей зубастых уродцев, а настоящих может мучить. Он часто уносит с собой в воду молодых девственниц, имеет с ними любовную связь и удерживает их, пока у них не родится ребёнок; затем он подбрасывает своих детей в колыбели людям, забирая их собственных детей. Но такие подмененные дети, как говорят, живут не больше восемнадцати-двадцати лет".
Лютер совететовал топить подменышей, поскольку такие дети представляют собой только куски плоти, massa carnis, а души в них нет. "Восемь лет назад подобный ребёнок обнаружился в Дессау, и его я, доктор Мартин Лютер, не только видел, но и трогал. Тому было двенадцать лет, и у него имелись все
органы чувств, так что люди думали, что это нормальный ребёнок. Но это
мало что значило, поскольку он был способен только есть, причем за
четверых крестьян, а когда кто-то прикасался к его еде, то кричал. Когда
что-то в доме шло плохо или в доме был какой-то ущерб, он смеялся и
чувствовал себя счастливым, но если всё было в порядке, он кричал. В
связи с этим я сказал принцу Ангальта: "Если бы я был здесь принцем или
правителем, я бы бросил подобного ребёнка в воду, в реку Молдау, что
течёт через Дессау. Иначе есть риск, что произойдёт убийство. Но электор
Саксонии, который тогда находился в Дессау, и принц Ангальта не
последовали моему совету. Тогда я сказал: "Они должны сказать, чтобы в
церкви непрестанно читали Pater noster, дабы дьявол убрался от них
прочь". Это ежедневно стали делать в Дессау, и подброшенный ребёнок, о
котором шла речь, помер через два года".
артино ди Бартоломео «Легенда о святом Стефане». Сожжение подменыша
В Новое время народная вера в подменышей не ослабела. Страшные
свидетельства о том, какими способами "изгонялись" подменыши, можно
найти в ирландских и английских судебных протоколах XIX в.
К документам мы ещё вернёмся, а пока закончим краткий экскурс в географию и историю вопроса и перейдем собственно к героям нашего исследования.
Первым делом рассмотрим внешние особенности подменышей.
Во всех сказках и быличках эти существа сильно отличаются от обычных
человеческих детей. Подменыши непременно уродливые, с непропорционально большой головой, тонкими руками и ногами, оттопыренными ушами, вздутым животом. Эти слабые существа постоянно плачут, много едят, но при этом не растут. Издают "кошачьи" звуки, но даже в возрасте трех-пяти лет не говорят по-человечески, не встают на ноги. Иногда это хилые дети фэйри, но чаще — сморщенные старики, которых оставляют в человеческих домах, чтобы обеспечить пищей и уходом до конца жизни. Чаще всего подменыши скоро умирают, но если вырастают, то приносят много горя окружающим людям своим злобным нравом.
Иногда вместо похищенного ребенка фэйри оставляли зачарованную "куклу" из веток или колоду — вырезанное из дерева грубое подобие человеческого тела. В таких случаях "ребенок" казался умершим, и колоду хоронили вместо него.
Замена живого существа зачарованным чурбаном осуществлялась нечистой силой и при краже скота. Например, в сказке «Арендатор из Окрикана» чурбаном заменили быка. Подмененный скот еще некоторое время продолжал сохранять видимость жизни и движения, но вскоре погибал. Иногда «чурбаном» прозывали любого подменыша.
Интересно, что порой родители-фэйри тоже страдали от шалостей своих сородичей. Собирательница ирландского фольклора Франческа С. Уайльд в "Древних легендах Ирландии" рассказывает такую историю: "В одном доме, где только что родился ребенок, ночью распахнулась дверь, и вошел
высокий черный человек, а следом за ним старуха со сморщенным волосатым
ребенком на руках. Проснувшаяся жена разбудила мужа, он попытался зажечь
свечу, но дважды свеча была задута. Тогда муж схватил кочергу и выгнал
непрошенных гостей из дома. Свечу снова зажгли, и родители увидели, что
их ребенок исчез, а вместо него лежит волосатый подменыш. Они принялись
плакать, но тут открылась дверь, и вошла девушка в красном платке. Она
спросила их, о чем они плачут, а когда те показали ей подменыша,
рассмеялась от радости и сказала: "Это мой ребенок, которого украли у
меня, потому что мой народ решил забрать вашего красавчика; но мне-то
нужен мой собственный! Если вы отдадите мне его, я научу вас, как
вернуть ваше дитя". Родители с радостью отдали подменыша девушке-фэйри, и она велела им отнести на эльфийский холм три охапки сена и сжечь их
одну за другой, угрожая сжечь все, что растет на холме, если эльфы не
вернут им ребенка живым и невредимым. Так родители и сделали, и получили
своего ребенка назад".
Чаще всего в сказках и быличках упоминаются похищения феями младенцев — либо сразу после рождения, либо до крещения. Именно поэтому беременная женщина должна была соблюдать множество запретов, а сразу после родов её и ребёнка нельзя было оставлять в одиночестве.История Малекин из средневековой хроники Ральфа Коггешелла — ранний тому пример. Феи крадут младенца у матери, пока та работает в поле, и оставляют подкидыша.
Впоследствии похищенный ребенок находит способ сообщить матери, что у
него есть шанс обрести свободу — каждые семь лет, при определенных
условиях.
В Ирландии и Англии верили, что во время родов в доме нужно отворить всё, что запирается. А когда ребенок родится, тут же следовало всё снова запереть, иначе фэйри могут забраться в шкафы и сундуки, а потом похитят ребенка. В Шотландии в кровать рожениц клали хлеб, Библию и железо, чтобы предотвратить похищение. Считалось, что все фэйри боятся холодного железа.
Для защиты новорожденного под колыбель клали горящий уголек, а над ней привязывали ветку рябины (если девочка) или ольхи (если мальчик). Еще более действенным оберегом считались ножницы, которые являлись фактически крестом из холодного железа. Матери закалывали одежки на детях булавками крест-накрест. Любая форма креста давала надежную защиту от дьявола, духов и фей.
В скандинавских странах верили, что ребёнка лучше всего защищает огонь, поскольку именно огонь пугает троллей, напоминая им о молниях бога Тора, главного их врага. Поэтому когда в сельском доме появлялся новорожденный, родители не позволяли очагу погаснуть, пока ребёнка не окрестят. Более того, никто не должен был проходить между очагом и колыбелью.
Кроме того, считалось, что от фэйри помогает мешочек с солью, серебряная брошь, косичка из материнских волос. Если матери требовалось отлучиться, а других взрослых в доме не было, жители острова Мэн оставляли под колыбелью перекрещенные щипцы для угля или кочергу. В некоторых английских графствах, а также в России, новорожденного пеленали в старую одежду родителей — для защиты от нечисти. В славянских странах было распространено поверье, что поводом для подмены служит материнское проклятие, пусть и невольное, когда мать, устав от плача младенца, восклицает: «Чтоб тебя черти взяли!» Но главное условие предотвращения кражи у всех народов было одно — не оставлять младенца одного.
В одной сказке подробно описывается, как фэйри похищают ребенка, заменяя его ложным трупом. "Один человек утром шел работать и увидел двух женщин, которые заходили в дом, и одна из них сказала:
— В этом доме есть прекрасный мальчик, зайди и передай его мне, и мы оставим на его месте мертвого ребенка.
И другая вошла, и подошла к окну, как ей сказали, и передала из дома
спящего ребенка, и взяла умершего, и положила его на кровать в доме.
Человек понял, что все это дело рук фей, и он зашел, и сделал крестное
знамение над спящим ребенком; тут две женщины закричали, как будто их
ударили, и убежали, уронив ребенка на траву. Тогда мужчина ласково
поднял его, спрятал под свой плащ и пошел к своей жене.
— Вот, – сказал он, – позаботься об этом ребенке, пока я не вернусь, и сожги торф у колыбели, чтобы отогнать фей.
Когда он снова прошел мимо дома, где видел двух женщин, он услышал громкий плач и причитания; и он вошел и спросил, что тут такое случилось.
— Смотри, – сказала мать, – мой ребенок в колыбели умер. Он умер ночью, и никого рядом не было! – И она горько заплакала.
– Утешься, – сказал мужчина, – это подменыш фей, а твой ребенок в безопасности! – И он рассказал ей всю историю. – Теперь, – сказал он, – если ты мне не веришь, просто положи этого ребенка на огонь, и мы посмотрим, что будет.
Так что она разложила большой огонь, и взяла умершего ребенка в руки, и положила его на горячий торф со словами:
– Гори, гори, гори – если от дьявола, то гори, но если от Бога и святых, да не коснется тебя никакое зло.
И как только ребенок почуял огонь, он выскочил в печную трубу с воплем и исчез".
Хороший пример неудачного похищения новорожденного с матерью — шетландская сказка «Помни кривой палец». Жена издольщика с Шетландских островов родила первенца, а ее муж, загоняя
овец на ночь, услышал вдруг три громких удара, словно бы из-под земли.
Он закрыл овчарню и пошел домой через ригу. Пробираясь между скирдами,
он слышал какой-то голос, который твердил: «Помни кривой палец». А у
жены фермера как раз и был кривой палец, так что он сразу сообразил, что
это серые соседи затевают нехорошее. Не мешкая, фермер вошел в дом,
зажег свечу, взял складной нож и Библию. Только он открыл книгу, как в
пристроенном к дому амбаре поднялся страшный вой и крик. Фермер взял
раскрытый нож в зубы, зажженную свечу в одну руку, Библию — в другую и
направился в амбар, а соседи, пришедшие навестить его жену, потянулись
за ним. Он пинком распахнул амбарную дверь, швырнул внутрь Библию, вой
тут же сменился истошными воплями, и феи опрометью кинулись прочь. В
амбаре осталась лежать обтесанная колода, так похожая на его жену, что с
двух шагов не отличить. Фермер поднял её и понес в дом. «Я эту игрушку у
серых соседей отнял, — заявил он, — я и забавляться с ней буду». И
много лет подряд он колол на ней дрова, а феи никогда больше его жене не
досаждали.
Продолжение следует