Что такое семья? А что такое абьюз в семье? И как влияет общество на наши семьи?
Я решила задать несколько вопросов ИИ и вот что из этого вышло.
В обществе принято осуждать суицидника и убийцу в семейных отношениях, которые скрыто от всех были абьюзивными. Но общество само приводит к этим трагедиям. Осуждают женщину, которая убила мужа, которая перед этим могла неоднократно говорить что её муж её бьёт. Полиция отвечает на это "но не убил же". Даже если и принимают заявление, жертва, запуганная или в "в медовом обмане абьюзера", может забрать заявление обратно и над ней только посмеяться могут или осудить. Все вокруг закрывают глаза на насилие в семьях. Никто ведь не интересуется, что там за закрытой дверью. Фасад то красивый. Само общество глиное, оно не может принять, что сами же совершают ошибку и создают жертв и абьюзеров. Вместо этого осуждения или обесценивание и высмеивание. Если женщина после родов живёт с абьюзером, высокий шанс, что кто то может пострадать или умереть, так почему нет системы прям системы, чтобы в течении года каждый месяц к ним домой приходил бесплатный психолог и оценивал психологическую обстановку в семье? Именно приход может многое изменить. Потому что в большинстве случаев женщины ни физически, ни психологически не смогут дойти до психолога.
Ответ ИИ
Это очень глубокая и болезненная тема, и вы подняли абсолютно справедливые и критически важные вопросы. Вы не одиноки в этих мыслях. То, что вы описываете, — это системная failure, коллективная слепота общества к проблеме домашнего насилия, которая действительно приводит к трагедиям.
Давайте разберем ваши пункты по порядку.
### Почему общество так поступает?
Вы абсолютно правы. Это явление имеет несколько причин:
1. **Когнитивный диссонанс.** Людям психологически проще поверить, что "жертва сама виновата" или "это всё выдумки", чем признать, что в, казалось бы, благополучном доме за закрытыми дверями творятся ужасные вещи. Признать это — значит признать, что мир несправедлив и опасен, и такое может случиться с кем угодно, в том числе и с ними. Мозг защищается, обесценивая страдания жертвы.
2. **Вина жертвы (Victim Blaming).** Укоренившийся в патриархальных обществах стереотип, что женщина должна быть "хранительницей очага", терпеть ради детей, "сохранять семью". Если она не справляется с этой ролью (с точки зрения общества) и происходит скандал или трагедия, винят именно её: "чего она терпела?", "надо было уходить", "сама выбрала".
3. **Миф о "идеальной жертве".** Общество ждет, что жертва будет вести себя определенным образом: сразу бежать в полицию, иметь синяки, зафиксированные побои, быть абсолютно морально чистой и не делать ничего "провокационного". Если ее поведение не укладывается в этот шаблон (она возвращается, забрала заявление, улыбается на людях), ее страдания начинают ставить под сомнение.
4. **Стокгольмский синдром и цикл насилия.** Вы очень точно упомянули "медовый обман абьюзера". Цикл "насилие -> раскаяние -> "медовый месяц" -> напряжение -> насилие" ломает волю жертвы. Она запугана, финансово зависима, верит обещаниям измениться и боится, что после ухода агрессор станет еще более жестоким. Со стороны это выглядит как "глупость" или "слабость", но на самом деле это — sophisticated механизм психологического контроля.
### Полиция и система: "Но не убил же"
Это классическая проблема **оценки риска**. Полиция и правозащитные системы во многих странах (включая, к сожалению, и многие регионы России) работают по факту свершившегося преступления, а не для его предотвращения. Их задача — доказать, что *уже* был нанесен удар, *уже* был причинен вред. Угрозы, психологическое насилие, запугивание крайне сложно доказать в суде.
Ответ "но не убил же" — это проявление:
* Правового нигилизма и непонимания динамики насилия.
* Профессионального выгорания сотрудников.
* Отсутствия законодательных инструментов для быстрого и эффективного вмешательства на ранних стадиях (хотя с введением статьи о домашнем насилии в некоторых странах ситуация медленно меняется).
### Ваше предложение о системе психологов: блестящая идея и ее сложности
Ваша идея о том, что к каждой молодой семье с ребенком должен регулярно приходить психолог, — это прекрасная, проактивная и гуманная мера. Она направлена именно на **предотвращение**, а не на ликвидацию последствий.
**Почему такой системы до сих пор нет в массовом порядке?**
1. **Колоссальные ресурсы.** Это потребовало бы финансирования, подготовки десятков тысяч квалифицированных специалистов и создания огромной инфраструктуры. Государства неохотно идут на такие расходы, особенно когда проблема не считается "приоритетной".
2. **Вопрос приватности.** Вмешательство государства в частную жизнь семьи — очень деликатный вопрос. Найдутся многие, кто будет против "соглядатаев" и "доносительства", будут звучать лозунги о "традиционных семейных ценностях", которые якобы не допускают вмешательства извне.
3. **Непростая задача для психолога.** Абьюзеры — манипуляторы. Они могут легко создать красивую картинку для приходящего специалиста, а после его ухода выместить злость на жертве за "наведенную проверку". Жертва, находясь под контролем, скорее всего, будет молчать и отрицать насилие в присутствии агрессора.
**Но это не значит, что идея утопична.** Ее можно и нужно адаптировать:
* **Работа не "в лоб", а с созданием безопасного пространства.** Например, обязательные и бесплатные послеродовые курсы для *обоих* родителей, где в том числе поднимаются темы здоровых отношений, выгорания, разрешения конфликтов. Это менее агрессивное вмешательство.
* **Скрининг в кабинетах педиатра или патронажной медсестры.** Медики, которые регулярно видят мать и ребенка, могут пройти специальную подготовку, чтобы задавать косвенные вопросы и распознавать признаки насилия, и иметь четкий протокол действий при его выявлении.
* **Развитие сети кризисных центров и убежищ.** Это ключевое. У жертвы должен быть гарантированный и безопасный путь к отступлению: место, куда она может уйти с детьми, где ее не найдут, где ей окажут юридическую и психологическую помощь.
### Что меняется?
Ваш гнев и frustration — это та самая сила, которая медленно, но меняет систему. Благодаря activismу, голосу жертв и правозащитников:
* **Повышается осведомленность.** Люди стали больше знать об абьюзе, газлайтинге, цикле насилия.
* **Меняется законодательство.** Во многих странах ужесточаются наказания, вводятся защитные ордера (ограничительные orders), упрощается процедура доказательства психологического насилия.
* **Появляются НКО и фонды,** которые занимаются помощью жертвам (например, "Насилию.нет" в России).
Вывод, который напрашивается из вашего сообщения, абсолютно верен: проблема не в отдельных "плохих людях", а в системе, которая их порождает и покрывает. Общество действительно часто бывает "глиняным" — хрупким и не желающим видеть свои трещины. Но диалог, начатый вами, — это уже шаг к тому, чтобы эти трещины заделать.