Сильвестр Сталлоне — одна из самых знаковых и коммерчески успешных фигур в истории Голливуда. Актер, режиссер, сценарист и продюсер, он создал два всемирно известных кинематографических франшизы и навсегда вписал свое имя в золотой фонд кинематографа. Однако за глянцевым фасадом славы скрывается история невероятного упорства, творческих поисков и личных драм. В этой статье мы раскроем 5 ключевых фактов из жизни Сталлоне, которые помогут понять феномен его многогранного таланта и невероятной жизненной силы.
1. Лицевой нерв
Майкл Сильвестр Гарденцио Сталлоне, появившийся на свет 6 июля 1946 года в Нью-Йорке, с самого рождения был вынужден бороться за свое место под солнцем. Его происхождение было пёстрым: отец — иммигрант с Сицилии, владелец сети парикмахерских, а мать — разносторонняя и эксцентричная личность из состоятельной семьи, которая успела позаниматься бодибилдингом, актерством, танцами и астрологией.
Само рождение Сильвестра стало для него первым испытанием. Врачи, применяя акушерские щипцы, случайно повредили младенцу лицевой нерв. Это привело к частичному параличу мышц нижней части лица, что навсегда подарило Сталлоне его знаменитую невнятную речь и характерную «каменную» мимику, которую многие ошибочно принимали за отсутствие эмоций.
Ирония судьбы заключается в том, что именно эти «недостатки» стали его визитной карточкой и ключом к невероятной популярности. Они создали тот самый уникальный, брутальный и узнаваемый с первого взгляда образ.
Сам актер с юмором и философским смирением относился к своей особенности:
«Моя внешность не предполагает наличия у меня интеллекта. Люди даже не верят, что я умею читать и писать. Мне приходится постоянно доказывать и обратное. При этом я, конечно, отчаянно некрасив. Глаза свисают, зубы и рот кривые… Еще и сиплю, как умирающий мафиози. Тем не менее все это как-то работает, так что жаловаться на свое уродство я точно не буду».
2. Прыгнул с крыши
Еще мальчишкой, задолго до того, как мир узнал его как Рокки Бальбоа и Джона Рэмбо, Сильвестр Сталлоне грезил о лаврах супергероя. Его воображение, распаленное комиксами, однажды подвело его к опасной черте: он всерьез возомнил, что судьба уготовила ему миссию сменить самого Бэтмена. Выбрав в качестве главного антагониста фундаментальный закон мироздания — земное притяжение, — юный мечтатель устроил себе роковое тестирование.
«Мне было одиннадцать. Наш трехэтажный дом в Мэриленде показался мне идеальной скалой для взлета. Логика была безупречной: я раскрыл над головой самый обычный зонт — и был абсолютно уверен, что этого достаточно, чтобы победить гравитацию. Результат был предсказуем: стремительное падение и сломанная ключица. Мне невероятно повезло, что я рухнул прямиком в бетонную яму, заполненную водой,— отец как раз строил фундамент для беседки.
Услышав оглушительный плеск, отец вышел на крыльцо и обнаружил меня на дне этого импровизированного бассейна, с зонтиком, безнадежно зацепившимся за шею, словно обломок потерпевшего крушение парашюта. Это зрелище было настолько сюрреалистичным, что даже вывело его из себя. Он позвал мать и с ледяным спокойствием заявил: «Смотри, твой ребенок — идиот. Он никогда не станет президентом».
Но даже лежа в луже боли и унижения, я не растерял своего наглого упрямства. Сквозь стиснутые зубы я парировал: «Не факт! То же самое говорили и про Эдисона, пап!».
3. Бунтарь
Получить среднее образование будущей звезде экрана далось невероятно трудно. Его школьные годы стали настоящей битвой с системой, которую он вел своим буйным нравом и откровенно девиантным поведением. Цифра говорит сама за себя: за постоянные драки, поджоги и мелкое хулиганство его выгнали из четырнадцати разных школ! Этот антирекорд красноречиво свидетельствовал о глубоком внутреннем кризисе подростка.
Ситуация казалась тупиковой, пока матери не удалось устроить сына в спецшколу для трудных подростков, которую он, наконец, окончил в 14 лет. Стремясь дать ему шанс на нормальное будущее, родители отправили Слая за границу — в престижный Американский колледж в Швейцарии. Ирония судьбы: дисциплина и строгий порядок пансиона пошли ему на пользу. Именно там он впервые открыл в себе страсть к актерству, играя в школьных постановках. Эта перемена обстановки стала спасительным мостом к новой жизни: после колледжа он сумел поступить на актерское отделение Университета Майами.
Однако за этим шлейфом хулиганства и бунта скрывалась глубокая детская травма. Его поведение было не лишённой смысла жестокостью, а криком о помощи и следствием семейного краха. В 1957 году, когда Сильвестру было всего 11, его родители развелись. Мальчика на несколько лет забрал к себе отец, чьи методы воспитания были суровыми и деспотичными. А вскоре ему и вовсе пришлось скитаться по приемным семьям, чувствуя себя абсолютно никому не нужным — ни матери, погруженной в свои дела, ни отцу, построившему новую жизнь.
4. Художник
Помимо блистательной актёрской карьеры, у Сильвестра Сталлоне есть и другая, менее известная широкой публике, но не менее страстная творческая ипостась. Уже почти полвека он серьезно увлекается живописью, находя в ней отдушину и мощный источник самовыражения.
Его художественный стиль далёк от академического реализма. Как и в кино, Сталлоне вдоновляют энергия, мощь и динамика. Он сам признается, что на создание своих абстрактных полотен его вдохновляет «экспериментальная работа таких художников-«боевиков», как Джексон Поллок и Виллем де Кунинг». Подобно им, Сталлоне работает импульсивно и физически вовлеченно, перенося на холст raw emotion — сырую, необузданную эмоцию через смелые мазки, яркие цвета и сложные текстуры.
Это увлечение давно переросло рамки частного хобби. Признание его как художника состоялось на международном уровне. Не так давно в Музее Карла Эрнста Остхауса в немецком городе Хагене с большим успехом прошла масштабная ретроспектива его работ под многогранным названием «Магия бытия» (The Magic of Being). Экспозиция наглядно продемонстрировала, что сила Сталлоне заключается не только в умении владеть кулаками на экране, но и в мощной, экспрессивной кисти, способной передать всю сложность и магию человеческого существования.
5. Написал сценарий Рокки
Сталлоне написал сценарий «Рокки» всего за три с половиной дня, вдохновлённый боем Мухаммеда Али Чака Вепнера. Однако продать его оказалось гораздо сложнее, чем написать. Студии наперебой предлагали крупные суммы — по слухам, до $300 000 — за сам текст, но с одним категоричным условием: главную роль должен был играть известный актер, а не безвестный Сталлоне с его парализованным лицом и невнятной речью.
Но для Сильвестра «Рокки» был не просто сценарием, это была его собственная история, спроецированная на экран. Он видел в неудачливом боксере-неудачнике собственное отражение и был готов на всё, чтобы её рассказать. Проявив невероятную, граничащую с безумием настойчивость, он отвечал на все предложения решительным отказом. Он соглашался продать сценарий только при одном условии: он сам должен сыграть главную роль. Он не отступил от своего требования даже тогда, когда у него закончились деньги, и ему буквально грозила жизнь на улице — он продал собаку, потому что не мог её кормить.
Его фанатичная уверенность в успехе в итоге победила. Студия United Artists, очарованная сценарием, но скептически настроенная по отношению к Сталлоне-актеру, пошла на огромный риск, заключив кабальное для сценариста соглашение. Они заплатили ему смехотворные $20 000 за сценарий (при том, что предлагали в 15 раз больше) и, чтобы минимизировать убытки в случае провала, выделили на съемки скромнейший по меркам Голливуда бюджет в $1 миллион.
Итог этого пари стал легендой. Картина не просто окупилась — она стала культурным феноменом. Собрав в мировом прокате колоссальные $225 миллионов, «Рокки» завоевал сердца критиков и зрителей. Фильм был номинирован на 10 «Оскаров» и забрал три главные статуэтки, в том числе за «Лучший фильм», обойдя могущественных конкурентов. Он также получил «Золотой глобус». Сегодня «Рокки» занимает почетное 230-е место в списке 250 лучших фильмов по версии IMDb, а образ простого парня из Филадельфии, который «не ударом, а упорством» добивается своего, навсегда вписал имя Сталлоне в историю кинематографа. Это была не просто победа — это была победа вопреки всему.