«Сегодня так получается, что мы сюда, в отпуск, словно в гости приезжаем, а в подразделение возвращаемся как к себе домой, – говорит младший сержант, и.о. командира взвода Андрей (позывной Сибирь). – Когда находишься там, на СВО, душа к родным просится, а побудешь здесь несколько дней и понимаешь: пора обратно, там ребята, ты там нужен».
Жизнь – удивительная штука. Во время Великой Отечественной войны родителей и старших братьев деда Андрея (по отцовской линии) расстреляли за то, что они… носили немецкую фамилию. Сам дедушка вместо того, чтобы воевать на фронте, подростком оказался в лагере… А спустя восемьдесят лет его внуки всё-таки взяли в руки оружие, чтобы защищать Россию от нацизма.
«Не ждите меня – я еду на войну»
Андрей родился в 1980 году в небольшом городке Ужуре Красноярского края. Отсюда и позывной – Сибирь. Дядя, мамин брат, ныне заслуженный тренер России по дзюдо, увлекал племянников (наш герой – средний из троих братьев) спортом. Борьбу Андрюша некоторое время совмещал с… бальными танцами, посещая школьный кружок.
В Нижегородскую область, к родным, его семья переехала, когда пареньку было четырнадцать лет. Школу он окончил без троек, но сразу пошел работать: нужно было помогать родителям. Вспоминает, что избалованными детьми они никогда не были: в приоритете было настоящее мужское воспитание.
Сначала трудился грузчиком на предприятии, где папа был начальником отдела снабжения. А потом пошел в армию. Повезло: «срочную» служил в расположенной на Московском шоссе спасательной части МЧС. Попал в караульный взвод, который часто ездил на стрельбы. Много, в плане военной подготовки, давал солдатам командир роты, прошедший горячие точки.
После демобилизации Андрей хотел устроиться в пожарную часть при одном из заводов. Но там ему предложили направление в Ивановскую пожарно-спасательную академию: мол, ждем тебя обратно офицером. «После двух лет службы снова на казарменное положение? – подумал молодой человек. – Увольте». Поступил на заочное отделение юрфака ННГУ, но не доучился, бросил. И в итоге, окончив техникум по специальности «мастер общестроительных работ», ушел в эту сферу деятельности.
– Честолюбие присутствует, – улыбается мужчина. – Всегда старался найти более интересную работу с более высокой должностью. Поколесил по стране, особенно по ее северной части, объездил весь Заполярный круг. Строил храмы, занимался гражданским и производственным строительством, даже трудился в нефтеперерабатывающей отрасли.
Когда началась специальная военная операция, участие в ней было для нашего героя лишь вопросом времени. Весной 2022 года туда ушел добровольцем старший брат, был ранен, вернулся (сейчас они служат в одном полку). В первую волну мобилизации Андрея, добровольно пришедшего в военкомат, не взяли по возрасту (ему было уже 42 года). Когда стартовала вторая, он собирался в очередную командировку в Москву. И вдруг звонок от мамы: ей домой, где и прописан сын, принесли повестку. Андрей, не раздумывая, позвонил на работу: «Не ждите меня – я еду на войну».
«Приказа отступать никто не давал»
– Я ведь из сферы строительства уходил на полтора года: служил по контракту в артиллерийском полку. И наше подразделение в 2015 году как раз стояло на границе с Украиной. Если бы не произошло конфликта с командиром, я бы остался в армии. Я был свидетелем того, как натовские войска обучали бендеровцев. Поэтому не сомневался: дело наше – правое. Было стыдно за тех, кто прятался от мобилизации. И ясное понимание: эта история так скоро не закончится – противник придет и на нашу землю, – объясняет младший сержант свое решение.
Он уехал из Дзержинска в конце октября. Перед отправлением с любимой, с которой были вместе уже больше десяти лет, официально зарегистрировали отношения. В Костроме, куда попал дзержинец, был сформирован артиллерийский полк: специально под нужды СВО.
– Изначально среди нас артиллеристов было наперечет. Сплошные повара да доктора, – шутит Сибирь. – Но в прошлом году указом президента страны нашему полку было присвоено звание гвардейского. Мы все этим очень гордимся!
Андрей начинал службу простым рядовым, будучи старшим наводчиком. Потом стал командиром орудия, а сейчас, официально числясь замкомандира взвода, на самом деле исполняет его обязанности. Плюс выучился на сапера. На орудия сбрасывают много «морковок», а у саперов далеко не всегда есть возможность прибыть сразу. Теперь, в случае необходимости, инженерная группа, в состав которой он входит, разминирует орудия собственными силами.
– Конечно, когда первый раз «прилетает» в твою сторону – это непередаваемые ощущения. Но человек – удивительное создание: ко всему привыкает. Сейчас, даже когда снаряд взрывается в радиусе пятидесяти метров, уже не обращаешь внимания: вроде как и мимо. Вот когда поближе – тогда, конечно, начинаем эвакуироваться. В любом случае работаем без перерыва не больше полутора часов. Дальше – команда на маскировку, иначе противник вычислит наше месторасположение. Противник не жалеет снарядов. Сейчас у них новая «мода»: могут просто так, наугад, выжечь лесополосу. И потом им сверху очень удобно наблюдать: есть ли здесь какая-то жизнедеятельность? Заметят изменения – и «накидывают», – рассказывает артиллерист.
Но никогда, по его словам, он не терял твердости духа. Даже когда зафиксировал прорыв противника. Более четырехсот единиц вражеской техники и против них – его боевой расчет из семи человек.
– Связи с командованием не было. Приказа отступать никто не давал. Поэтому мы приготовились принять бой, – вспоминает Сибирь. – Взяли провиант, снаряжение и сели в окоп: отражать наступление. Сутки ждали нападения. К счастью, соседнее подразделение пехоты заметило прорыв и не подпустило к нам противника. Какие мысли тогда посещали, спрашиваете? Первая – не попасть в плен живым. Вторая – не погибнуть от первой же пули и успеть нанести врагу как можно больший урон.
До Победы!
Довелось бойцу участвовать и в сдерживании контрнаступления летом 2023 года на Работинском направлении. За что к государственной награде «Медаль Жукова» в его петличке прибавилась и ведомственная награда «За Работино – Вербовое».
– Противник хотел прорваться к Азовскому морю и пойти на Крым. Полторы недели жили возле орудия. Кусочек пленки расстелили и спали рядом: приказ работать мог поступить в любой момент. Жара стояла страшная: на мне изо всей защиты был только нательный крестик.
Тогда в бою «погибло» орудие взвода – гаубица Д-30, служившая ему с самой Костромы. Бойцы с любовью называли ее Катюхой.
– У меня есть оберег – кукла, которую я назвал в честь орудия. Она всегда со мной. На войне ведь все немного индейцами становятся, – смеется Сибирь. – Кто игрушки хранит, кто браслетики. В этот отпуск дочка подарила вязаного кота (в честь домашнего любимца Тимоши) – он в каске, форме и с шевроном Сибирь.
А главным подарком от дочери Арины стала… внучка Есения, которая родилась за пару недель до приезда дедушки в отпуск.
– Теперь, может, немного отвлекусь на малышку, – говорит супруга Ольга. – Тяжело быть женой военного. Не сплю ночами, когда нет с ним связи. Отговаривала ли его от решения пойти на СВО?
С ним бесполезно спорить. У него разговор короткий: «Я – мужчина! И кто, если не я?». Теперь моя участь – ждать. И молиться.
– Ни одного ранения за три года – жена отмолила, – уверен Андрей. – Поддержка из дома очень важна. Когда связи долго нет, очень переживаю. Не за себя – за родных. Я-то знаю, что со мной, а они в неизвестности живут. А еще хочу поблагодарить за гуманитарную помощь всех неравнодушных людей – волонтеров, кто собирает и доставляет на фронт посылки. Знаете, вот посмотришь – взрослый бородатый дядька, а радуется подарку, как ребенок. Даже самая маленькая помощь – она бесценна, потому что приближает нас к Победе. Конечно, все устали. Но силы придает уверенность в том, что мы – на верном пути. В одном фильме некий полковник говорит: «Нет ничего хуже неоконченных дел». И мы будем здесь до тех пор, пока не добьемся нашей Победы!
Екатерина КОЗЛОВА. Фото предоставлено Андреем