Начало.
Она не могла унять дрожь в руках, когда подходила к двери квартиры Марии Сергеевны. Подошла, протянула руку к звонку и опустила руку. Казалось, она настроила себя что увидит Максима, беспомощного, возможно изуродованного, но смелость покинула её, как только...
Каким бы она его не увидела, это всё же Максим. Лена решительно поднесла руку к звонку и позвонила.
-Леночка,- дверь открыла Мария Сергеевна,-Всё же пришла. Проходи.
-Здравствуйте Мария Сергеевна. Пришла. Не могла не прийти.
-Проходи. Там он, в своей комнате,-расплакалась мать Максима,-Врач сказал мне: "не выдавайте желаемое за действительное", но я не ошибаюсь Лена, иногда я вижу, как его губы шевелятся.
Лена обняла Марию Сергеевну и женщина ещё пуще расплакалась. Ей хотелось сказать, то, что обычно говорят в таких случаях, что всё будет хорошо, что из комы Максим обязательно выйдет, но она молчала, потому как боялась давать надежду Марии Сергеевне. Если врачи ничего сказать не могут, то кто она такая, чтобы раздавать обещания убитой горем матери.
Максим лежал на спине. Левая сторона его лица была узнаваема, то был Максим. Похудевший, бледная кожа, но Максим. Правая сторона была изуродована. На щеке и на шее множество рубцов от операций, а вот лоб чистый. Руки в шрамах.
-Проходи Лена. Хочешь, присядь вот сюда, в кресло,-предложила Мария Сергеевна,-Узнала Максимку?
-Конечно узнала. Не плачьте, Мария Сергеевна. Если вы видите, что Максим шевелит губами, значит так оно и есть. Надо надеяться, надо. Скажите, он просто в коме или у него травмы позвоночника?
-Нет, с позвоночником у него всё нормально. Правая рука была поломана и обе ноги, но они срослись. Сильный ушиб головного мозга. Гематома была, прооперировали, а он вот, в кому ушёл. Не хочет сынок мой ко мне возвращаться,-опять расплакалась Мария Сергеевна.
-Вы устали, вам отдохнуть надо. Иначе вас не хватит, чтобы всё это вынести.
-Что ты! Что ты, Леночка! Если меня не станет, что будет с Максимом?
-Вы, Мария Сергеевна идите, отдохните, поспите, если получится, а я посижу рядом с Максимом поговорю с ним. Надо говорить, возможно он слышит нас, просто не может сказать.
-И я думаю, что он меня слышит,-оживилась Мария Сергеевна,-Отдохнуть? Я бы с удовольствием, вот только... Неудобно напрягать тебя своим горем.
-А вы меня не напрягаете. Должен же быть с вами кто-то рядом? Поддерживать.
-Поддерживать,-горько усмехнулась Мария,- Родная сестра... Господи, да что говорить об этом? Сказала мне: "заработал твой Максим деньги в Москве, вот и тратьте теперь. Квартиру купил. Продайте квартиру и сиделку наймите, а мне и своих забот хватает". Как будто я о чём-то просила её. Просто, поговорить даже не с кем. Ну если свои так относятся, то к чужим со своим горем не суюсь даже.
-А вы моей маме звоните. Она завсегда поддержит. Как-то вы с ней разминулись, а она часто о вас вспоминает. Дайте мне ваш номер телефона, она позвонит. Диктуйте.
Мария продиктовала номер телефона и сказала:
-Ты, Лена, правда с Максимом посидишь? А то я и поспала бы. Такая усталость, прямо с ног валит.
-Конечно-конечно. Идите поспите, только скажите, может Максиму что-то особенное нужно делать, чего я не знаю. Лекарства или...
-Ничего не надо, просто посиди, поговори. На кухне чай, кофе, в холодильнике еда. Ты, Лена не стесняйся, если захочешь кушать...
-Спасибо, вы идите, я разберусь.
Мария Сергеевна ушла в свою комнату, а Лена осталась наедине с Максимом.
Она встала с кресла, вплотную подошла к его кровати, взяла его руку и приложила к своей щеке. Максим всегда гладил её по левой щеке, перед тем, как хотел её поцеловать. Лена наклонилась к лицу Максима и поцеловала его.
-Ну вот, мы ролями поменялись,-улыбаясь, сказала она,-А я ждала тебя, ждала, названивала, но ты не отвечал. Прости что я подумала, что ты сбежал в Москву. Глупая я? Да?
Лена гладила обезображенную сторону лица Максима и говорила, говорила. Обо всё говорила. Как ждала, как надеялась, как обижалась на него и даже умереть хотела, чтобы не страдать от того, что он бросил её . А он вот, лежит и как говорит Мария Сергеевна не желает возвращаться.
-Ты, Максимка, возвращайся. Твоя мама очень ждёт твоего возвращения, а теперь и я буду ждать, очень буду ждать. Знаешь, я теперь какая сильная? Я дождусь тебя. Я вытяну тебя оттуда где ты сейчас. Буду приходить к тебе и звать . Ни я, ни мама твоя, не сможем мы без тебя, потому возвращайся. Знаешь, Максим, а ведь я чуть было не умерла, а меня постоянно чей-то голос спасал. Я думаю, он спасал меня для того, чтобы я узнала, что ты не бросил меня, для того, чтобы я приходила к тебе и звала и чтобы ты меня услышал и вернулся на мой голос. Я люблю тебя. А любовь, она знаешь? Знаешь на что способна любовь? Мама твоя просто устала, потому не может тебя вернуть, а я сильная и настойчивая, я буду звать тебя до тех пор, пока ты не услышишь меня.
Ей показалось? Нет-нет, не показалось, губы Максима дрожали. Лена наклонилась и поцеловала его в дрожащие губы, как будто хотела вдохнуть в него ту силу, которой она сейчас обладала. Ей казалось, что только она может вывести Максима из комы. Сила любви и уверенность в этом росли в ней. Не может он не слышать её. Не может не отозваться на её голос.
-Лена. Лена,-позвал её Максим тем самым голосом, который спасал её.
Она вздрогнула и плюхнулась в кресло.
Выходит, это он её спасал? Будучи в коме, спасал? Господи! Да возможно ли такое? Голос его не узнаваем, но это говорил он, он, он. Возможно там, где он сейчас, меняется не только он сам, но и его голос.
Ошеломлённая своим открытием, она смотрела на него и шептала:
-Спасибо, спасибо, что ты спас меня. Как голос твой мог пробиться сквозь толщу небытия? Как мог ты это сделать? И всё это ради меня?
Лена обняла Максима за плечи, уронила ему на грудь голову и плакала. Плакала и просила вернуться.
Ей хотелось, чтобы Мария Сергеевна подольше поспала и тогда она, Лена, возможно выдернет Максима из лап мрака.
-Посмотри на меня. Открой глаза и посмотри. Я ведь знаю, ты хочешь увидеть меня. Ты во сне ко мне приходил. Ты, теперь я в этом уверена. Касался моих плеч и звал меня, а теперь я тебя зову. Зову, чтобы навсегда остаться с тобой. Максим,-прошептала Лена ему на ухо. Иногда шёпот слышен лучше, чем громкие слова.
Она гладила его лицо и вдруг под пальцами рук почувствовала слабую дрожь его век, он как будто пытался открыть глаза.
-Ну же, Максим, Максим,-взяла она его руку, поцеловала её, пожала и почувствовала, как дрогнул указательный палец на его руке.
Веки глаз Максима часто задрожали, он открыл глаза. Его неподвижный взгляд устремлён в потолок.
-Максим,-чтобы не напугать его, прошептала Лена,-Я здесь, Максим.
Максим моргнул и его взгляд сфокусировался на лице Лены.
-Максим,-продолжала шептать Лена,-Боже, спасибо тебе, спасибо. Я знала , что смогу. Ты звал меня и я пришла.
Максим попытался улыбнуться краешком губ, но улыбка получилась лишь с не обезображенной стороны лица.
-Л-лена, -чуть заикаясь, произнёс Максим и это был его, совершенно знакомый ей голос,-Я-я з-звал тебя, хотел, чтобы ты пришла.
-А я пришла, видишь, я пришла. А я глупая, не узнавала твой голос. Ну как я могла его не узнать?-плакала и смеялась Лена.
-Лена, Леночка,-вошла в комнату Мария Сергеевна,-Наверное мне приснилось, мне показалось, я слышу голос Максима.
-Мама,-позвал Максим.
-Сынок,-бросилась мать к сыну,-Сынок, Божечки! Спасибо тебе, Господи!-молилась мать Максима, глядя на иконы, стоявшие на столе. Я верила в тебя, Господи, верила, что ты не оставишь моего сына. Сынок, сынок... Теперь всё будет хорошо, всё будет...
Лена вернулась домой, рассказала родителям о том где она была и что произошло с нею и с Максимом.
-Мам, пап, я никогда... Я всегда. Ой, я такая счастливая. Я ведь люблю его.
-А мы с отцом какие счастливые? Нам бы только, чтобы ты, доченька была счастлива, а мы уж как нибудь. Мы что...?
- Ну хватит, мать, кудахтать, а то я знаю тебя,-остановил жену Леонид,-Ты, как та бабка из сказки Пушкина. Сначала тебе жениха для дочки подавай, потом тебе внуков подавай,-шутил отец Лены.
-А что? Что плохого? Я ж не владычицей морской хочу стать? А всего лишь внуков.
-Мам, ну ты даёшь. Ну куда ты спешишь?-засмеялась Лена.
-А как же, доченька, в твоём возрасте поспешать надо.
-Ну началось. Мать в своём репертуаре,-захохотал Леонид,-дай парню в себя прийти.
ЭПИЛОГ:
Где-то Лена уже это видела. На коленях матери сидит Василёк, крепыш, смешной, глазами похож на неё, а в остальном , вылитый отец, копия Максима. Сидит, ложкой в каше возится, а мама кормит Василька, да приговаривает:
-Ложечку за маму, ложечку за папу, а эта ложечка за бабушек, ну и напоследок за дедушку.
-Кто тут дедушку упомянул?-спросил Леонид и подхватил внука на руки.
-Ты поосторожней, не трепи дитя , поел он только что,-сурово произнесла Нина.
-Строга наша бабуля, ох и строга, Василёк. Да кто ж её боится? Нам ли мужикам, перед женщинами трепетать?
Ну вот и конец сей истории. Сказка скажите? Ну да, сказка, в которой любовь побеждает и смерть и горе, но как сказал классик:" Сказка ложь, да в ней намёк, добрым молодцам урок."
Жду от вас отклики на главу рассказа, дорогие читатели и лайки, если рассказ вам понравился.
С уважением, ваш автор.