— У тебя ноги короткие, а я высокий! — заявил он так, будто это автоматически решает вопрос. И вытянулся на моей нижней, закинув руки за голову, а ноги так и свесил, будто весь вагон обязан любоваться его кроссовками.
Я стояла у прохода, с сумкой в руках, и просто смотрела. Не то чтобы я сразу разозлилась, скорее растерялась. Никогда ещё никто так прямо не формулировал «аргумент» за чужое место. Обычно начинается с «мне вниз удобнее», «у меня сумка тяжёлая», «я с котом», а тут — сразу по-честному: «ноги короткие».
— Молодой человек, — сказала я максимально спокойно, — это моё место.
Он даже не пошевелился.
— Девушка, ну ты посмотри на меня. Рост — метр девяносто. На верхней я не помещаюсь. Ты — маленькая, тебе там нормально будет.
— У меня билет на нижнюю, — отвечаю я. — А у тебя на какую?
Он помялся, потом буркнул:
— Ну… на верхнюю. Но я же высокий.
Я поставила сумку на столик, чтобы не упасть от возмущения.
— Так покупали бы билет на нижнюю.
— Их не было, — сказал он, не открывая глаз. — А мне что теперь, мучиться?
— А мне что, по-твоему, страдать за твой рост? — спросила я.
Он приподнялся на локте и посмотрел на меня с таким видом, будто я придираюсь к мелочам.
— Слушай, ну правда. Тебе же проще наверх забраться, ты лёгкая. А я пока полезу, пока уложусь — весь вагон смеяться будет.
Соседка напротив подняла глаза от телефона, посмотрела на нас и хмыкнула.
— Смеяться будут не потому, что полезете, а потому что чужое место заняли, — сказала она.
Он махнул рукой:
— Да ладно вам, чего вы пристали? Мы ж по-людски договариваемся.
— По-людски — это спросить, — сказала я. — А вы уже легли.
Он вздохнул, сел, почесал затылок.
— Ну, извини, может, резко получилось. Просто реально ноги не помещаются.
— Я не против твоих ног, — ответила я. — Я против того, что ты решил: можно занять чужое.
Тут подключился дед с боковой.
— Молодой, — сказал он, щёлкнув семечку, — а что ж ты ростом меряешься? Уважение не в ногах. Уважение в голове.
— Дед, ну ты тоже туда же… — проворчал долговязый. — Я ж не на зло.
Проводница проходила как раз мимо, я окликнула:
— У меня место занято.
Она посмотрела на нас.
— Билеты.
Я достала свой, он — свой. Всё ясно: у меня нижняя, у него верхняя.
— Значит, наверх, — спокойно сказала она ему.
— Но я высокий, — не выдержал он.
— А я при чём? — подняла бровь проводница. — Выбирали бы места заранее.
Он поднялся, тяжело, будто его заставили камни таскать. Поднялся на верхнюю, скрипнул перекладиной, устроился. Ноги действительно свесил — длинные, как жерди.
Соседка напротив усмехнулась:
— Видишь, поместился. А говорил — не влезешь.
Я застелила свою полку и легла. Колёса стучали, воздух пах чайными пакетиками и чужим ужином, а внутри было чувство странной победы. Не из-за полки — из-за того, что удалось отстоять своё. Потому что если соглашаешься на «ноги длинные», «сумки тяжёлые» или «уважаемый человек», то потом и сам не замечаешь, как оказываешься лишним на своём месте.
Загляните в наш Telegram — ещё больше очаровательных девушек ждут вас! 👉 Наш Телеграм (нажать тут)