«Едва император Александр Благословенный перешёл в обитель предков, едва смолкли около нас звуки погребальных песнопений, как русский народ посетило новое горе. Императрица Елизавета, земная жизнь которой проявлялась лишь в её скорби и в нашей к ней любви, скончалась 4 мая 1826 года». Такими словами граф С.С. Уваров начал некролог этой ангелоподобной, по кроткой прелести своего характера, императрицы.
Императрица Елизавета родилась в 1779 году. Она была дочерью маркграфа Баденского и с матерью своей прибыла в 1792 году в Россию. В это время мудрая бабка будущего царя Александра приискивала уже невесту своему любимому внуку. Елизавета (тогда ещё Луиза-Мария) с первого раза очаровала Екатерину. Замечательная красота в сочетании с грациозной, изящной осанкой, любезный характер, природный ум и хорошее образование делали её достойной великого князя, который и сам чувствовал к ней влечение. 23 сентября 1793 года состоялось их бракосочетание. Императрица Елизавета Алексеевна отличалась необычайной скромностью. Она искала счастья в тихой семейной жизни, много читала, имела особую склонность к изучению языков. Одарённая восхитительным голосом, она имела и особенный дар рассказывать. Император Александр I говорил, что, не имея времени много читать, он обязан императрице сведениями обо всём, что появляется любопытного.
Елизавете Алексеевне не суждено было вполне насладиться семейным счастьем: она имела двух дочерей – Марию (1799–1800) и Елизавету (1806–1808), но скоро лишилась их. В первые годы царствования Александра двор императрицы сохранял ещё остатки великолепия и пышности времён Екатерины, но после первых войн с Францией, особенно же с наступлением грозы двенадцатого года, Елизавета Алексеевна совершенно отказалась от внешних почестей и блеска, посвящая досуги свои делам благотворительности. С 1812 года она, несмотря на настояния венценосного супруга, отказывалась брать миллион на содержание, которое получали императрицы, и довольствовалась 200 тысячами рублей, но из них она на туалет и для себя оставляла только 15 тысяч рублей в год, всё остальное же употребляла на пособия нуждающимся. В эту эпоху под её покровительством и при деятельном её участии возникло женское Патриотическое общество, имевшее целью опекать сирот, оставшихся от разорённых войной и погибших на войне родителей, облегчать участь вдов и вообще беспомощных лиц.
Императрица Елизавета любила искусства и находила в них отдохновение; её вкус к изящному соединялся с редким пониманием. Все отрасли художеств имели доступ к её покровительству. Она посылала в Италию за свой счёт молодых русских художников, помогала многим заниматься науками. При отъезде императора Александра в армию в начале 1813 года, Елизавета Алексеевна выразила желание сопутствовать ему, но трудности военного похода заставили её ограничиться следованием за ним на некотором расстоянии. В 1815 году она была в Вене во время знаменитого Венского конгресса. Возвратясь в Россию, Елизавета Алексеевна продолжала вести уединённый образ жизни. Всё представительство и весь блеск двора сосредотачивались около вдовствующей императрицы Марии Фёдоровны (матери Александра, жены Павла I).
Около 1824 года здоровье императрицы Елизаветы заметно ухудшилось, она стала часто прихватывать. Тогда – по словам её фрейлины - княгини С. Мадатовой, император обычно приказывал вносить в её комнату свой рабочий стол и просиживал с ней часов до пяти в день. Императрица никуда почти не выезжала одна. Летом же, когда государь отправлялся путешествовать, императрица Елизавета жила в совершенном уединении.
Наводнение 1824 года значительно расстроило и без того слабое здоровье государыни. Врачи предписали ей поездку в Италию, но Елизавета и тут, как и во всех делах, касавшихся её лично, выказала своё самоотвержение, выразив желание, чтобы ради неё не тратили деньги на заграничную поездку, и вместо Италии был выбран Таганрог. Император отправился туда несколькими неделями раньше, чтобы подготовить помещение для больной жены.
23-го сентября она прибыла в Таганрог, где здоровье её несколько поправилось, но в скором времени заболел сам император Александр и 19 ноября 1825 года скончался на руках своей супруги. Она приняла его последний вздох и закрыла ему глаза. Сверхъестественная бодрость духа, сопровождавшая её в эти величественные минуты скорби, подала надежду, что силы её вернулись, что здоровье восстановилось, но это была лишь последняя вспышка угасающего пламени жизни. Удар, поразивший государя, нанёс смертельную рану императрице. Она, казалось, безропотно покорялась необходимости продолжать своё существование, потому что только ей было известно, что дни её уже сочтены. С той минуты она предалась всецело любви к Богу. Жизнь Елизаветы проходила в полном уединении и глубоком созерцании.
Силы её слабели день ото дня. Ранней весной 1826 года она предприняла обратный путь из Таганрога. Императрица Мария Фёдоровна (жена Павла I) выехала к ней навстречу, и обе вдовствующие императрицы должны были встретиться в Калуге. Но совсем иное было предназначено свыше: свиданию в Калуге не суждено было состояться. Прибыв 3-го мая в город Белёв, уездный город Тульской губернии, Елизавета уже не в силах была продолжать путешествие далее. Об этом тут же поспешили уведомить императрицу Марию Фёдоровну, которая тотчас же выехала из Калуги в Белёв, но уже своей августейшей невестки не застала в живых. Вечером 3-го мая ничто ещё не предвещало серьёзной опасности. С наступлением ночи императрицу стало клонить ко сну, окружающие заметили её менее спокойной и предложили позвать докторов, но Елизавета отказалась. Поздно ночью камер-ю́нгфера (низшее придворное звание, которое носили женщины), спавшая в соседней комнате, якобы, слышала слабый стон государыни. Этот стон, быть может, был последним, ибо в шестом часу утра камер-ю́нгфера, войдя в её комнату уже без зова, нашла императрицу мёртвой и уже похолодевшей… Никто не присутствовал при последних минутах её жизни. Она скончалась одна, как будто никто не был достоин принять её последний вздох. Она вся предалась Богу, и Бог взял её к себе без ведома людей.
С.С. Уваров о кончине Елизаветы Алексеевны следующее: «Императрицу нашли уже объятую холодом смерти, но лицо её было безмятежно и сияло спокойствием, поразившим всех присутствовавших. К ней вернулась даже незабвенная красота, давно исчезнувшая вследствие страданий. Когда было приступлено к вскрытию тела, то сердце её нашли буквально разорванным. Таким образом, удар рока, лишивший Россию монарха, который был гордостью народа и престола, отнял у России, у всего мира, у человечества, одну из самых совершенных женщин, когда-либо живших на земле…» Императрица Елизавета Алексеевна не оставила никакого завещания, она всегда говорила, что не привезла с собой в Россию ничего и потому ничем распоряжаться не может. После её кончины узнали о многих раздававшихся ею негласно пенсиях и пособиях. Её бриллианты, на сумму 1.300 млн. рублей, были выкуплены государством, и эти средства были обращены на содержание созданного императрицей Патриотического института и Дома трудолюбия. В Белёве, в доме, в котором скончалась Елизавета, учреждён в её память вдовий дом для призрения (опекунства, патронажа) бедных из всех сословий.
Пушкин посвятил Елизавете Алексеевне в 1819 году стихотворение: «На лире скромной, благородной, земных богов я не хвалил…».
Этот очерк под названием «Императрица Елизавета Алексеевна. К 75-летию её кончины» за авторством некоего А.Д. Бочагова я нашёл на просторах журнала «Русский паломник» за 1901 год. Здесь я привёл его почти полностью, лишь с изменением стилистики и орфографии некоторых устаревших слов. Думаю, читателю будет интересно увидеть биографическое описание одной из царственных особ Романовых, опубликованное ещё в царский период.
От себя хотелось бы добавить несколько деталей. Не берусь оценивать историческую точность и объективность вышеизложенного очерка. Он по-своему интересен, несмотря на то, что писал его явно не профессиональный историк. Автор явно идеализирует образ покойной императрицы, пытаясь преподнести читателям образ морально и духовно чистой монаршей особы – супруги российского императора. И, надо сказать, это по-своему правильно. Во всяком случае, для того времени. Также не стоит недооценивать цензуру в периодической печати, а также православную направленность журнала «Русский паломник».
Также хотелось бы добавить несколько слов о кончине императрицы Елизаветы Алексеевны. Существует версия, согласно которой император Александр I не умер в Таганроге в 1825 году, а подстроил свою смерть и под именем старца Фёдора Кузьмича ушёл в тихое странствие замаливать грехи. Точно так же существует и версия, согласно которой жена Александра, императрица Елизавета Алексеевна, так же инсценировала свою смерть в Белёве в 1826 году и ушла в затворничество под именем Веры Молчальницы. Автор очерка по разным причинам не упоминает этой версии относительно Елизаветы Алексеевны. Как минимум потому, что впервые такую версию выдвинул историк Е. Шумигорский в 1909 году. Не буду тут приводить разбор данной версии (это тема для другой статьи), лишь скажу, что и такое развитие событий в нашей истории вполне имеет место быть. Представить только: монаршая семья инсценировала свою смерть, дабы предаться тихой жизни, странствуя и молясь Господу… Сценаристам и не снилось.
Что ж, на этом я и закончу весьма длинное повествование.
Понравилась статья? Напиши комментарий об этом. Даже если не понравилась, всё равно пиши😉