Небольшое вступление
«Мифологические монологи» богов неполных веток тоже, как можно догадаться, короткие. Если у ДИОНИСА, АКИРЫ, ТОРА, МЕЛИССЫ было по 13 рассказов, то здесь их будет 10: 4 общих для двух богов одной мифологической группы и по 3 на каждого в отдельности. Следовательно, и идти они будут в этой последовательности.
Первыми на очереди у нас боги греческой мифологии: Аполлон и Гадес. Кто забыл, о чём были их ветки в этой игре, можете посмотреть ЗДЕСЬ. Вспомнили? Можно приступать и к чтению)
1. Настоящий Аполлон
‒ Уважаемый Аполлон, как всегда, прекрасен.
‒ Как бог солнца, он, должно быть, умный и мудрый.
Я ‒ сын верховного греческого бога Зевса, которому отвели важную роль покровителя солнца. Вместе с Ди‒ди я вхожу в число «12‒ти Олимпийских богов» и почитаюсь людьми. Это всё я ‒ «Аполлон», но я всё еще не знаю, подходит ли мне это имя. (Прим: у него ещё есть второе имя - "Феб", означающее в переводе: "лучезарный, сияющий").
Я ‒ это яркий и тёплый солнечный свет, согревающее душу искусство и музыка, а также полезные пророчества. Всем от меня нужно только это. Конечно, я так усердно изучал медицину и игру на лире, и считаю, что не зря потратил на это время. Как достойный бог, я делал всё возможное, чтобы оправдать все ожидания. Несмотря на это, у меня, как у бога, были проблемы, и поэтому меня позвали обучаться в этой школе. Это значит, что до этого момента я в чём‒то ошибался.
Мне было очень больно принять реальность, с которой я столкнулся.
‒ Я благодарна за помощь Аполлона.
Несмотря на то, что мои божественные силы были запечатаны, Феечка говорила это от всего сердца. Хоть она и была обычным человеком, её внезапно вытащили в Миниатюрный Сад и поручили обучать богов человеческой любви. Это было трудно, но она старалась изо всех сил, прикладывала все возможные усилия и помогла всем нам закончить обучение. Хоть я и не знаю, как выразить свою благодарность, она действительно думает, что это было невозможно без моей помощи.
Меня и раньше восхваляли за божественную силу, но это был первый раз, когда выражали благодарность непосредственно мне, как личности. Кроме того, до этого момента все порицали меня даже за малейшую ошибку в управлении солнцем, но Феечка никогда не сердилась, независимо от того, сколько раз я оступался. На самом деле, похоже, она сама чувствует, что недостаточно сильна из‒за слишком большой ответственности, и это заставляет меня извиняться ещё больше.
‒ Но мы все закончили только благодаря усердной работе Феечки.
‒ Это не так. Ты и остальные тоже приложили много усилий.
В её словах не было ни капли самоуничижения, смирения и нерешительности.
‒ Это ты же всех подтолкнула к этому, Феечка.
‒ Тем не менее, именно вы использовали по‒максимуму этот толчок.
‒ Кусанаги, Аполлон, довольно. Вы оба много работали и поэтому все смогли выпуститься.
Дядя Гадес решил вмешаться, заметив, что мы не уступаем друг другу.
‒ Конечно же и Гадес усердно старался!
Даже дядя был ошеломлён её заявлением. На его лице отразилось неизвестное светлое чувство, которого у него никогда не было в мире греческой мифологии. Я уверен, что только Феечка способна вызвать улыбку у дяди. Интересно, а у меня тоже есть особое выражение лица, которое я показываю только перед ней?
‒ Аполлон, ты выглядишь обеспокоенным.
‒ А? Да? Возможно.
Удивлённый словами Феечки, которая как будто прочитала мои мысли, я коснулся обеими руками лица, чтобы в этом убедиться. Возможно, это не те эмоции, которые ожидалось увидеть у великолепного, освещающего землю бога, но Феечка и дядя Гадес выглядят обеспокоенными, глядя на меня. Примут ли они меня сейчас таким? Нет, не стоит заострять на этом внимание.
‒ Я тоже буду исследовать греческую мифологию!
‒ Да? Спасибо, Феечка!
Я хочу сделать для неё всё, что в моих силах. Если я смогу оказать поддержку кому‒то важному, то, непременно, стану ещё лучше.
2. Стать, как дядя Гадес
‒ Дождь не прекращается. Я хочу, чтобы он поскорее закончился.
Сегодня редкий выходной. Мы вместе с дядей Гадесом подумывали прогуляться, но когда утром посмотрели в окно, то увидели, что идёт сильный дождь.
‒ В конце концов, если бы я не пригласил…
‒ Ну же, дядя, не говори так! Никто не виноват, не виноват!
Дядя Гадес, как всегда, пытается взять ответственность на себя. Я быстро перебил его, так как он снова хотел сказать, чтобы его исключили из нашей группы.
Придя в этот Миниатюрный Сад, мы с дядей Гадесом стали проводить много времени вместе.
‒ Такой как я приносит несчастья окружающим.
Хоть он так всегда говорит, мы желали, чтобы он был рядом, и никогда не хотели от него отвернуться. К тому же, что бы ни случалось, жить в одной комнате с дядей Гадесом и Ди‒ди, ходить с ними в одну школу было по‒настоящему захватывающе.
‒ На самом деле я просил Зевса предоставить мне отдельную комнату.
‒ Что? Но почему?
В один день, собравшись все вместе в комнате, мы услышали это, очень удивились и расстроились.
‒ тебе не нравится жить с нами? Всё настолько плохо? Плохо было, да?
‒ Я не понимаю, чем жить в одиночестве веселее ~
‒ Послушай Ди‒ди! Нам здорово жить втроём! Ты не доставляешь нам неприятности, дядя!
‒ Это не так…Я выбираю это, чтобы не приносить вам несчастья.
В глазах смотрящего на меня дяди были отчаяние и грусть. Именно в этот момент я понял, что все его действия были связаны с заботой о других.
‒ Ну же, всё в порядке! Я давно уже хочу стать таким, как ты.
‒ Стать…как я…?
Вероятно, он даже не представлял этого, поскольку не понимал, о чём я говорю. Действительно, даже в мире греческой мифологии дядя редко выходил из своего подземного мира. Когда я с ним встречаюсь, он беспокоится за меня и говорит добрые слова. С тех пор, как мы впервые встретились, он старался держать дистанцию, но никогда меня не отталкивал. Кроме того, когда мы начали жить вместе, каждый день наполнялся весельем. Он внимательно меня слушает, хорошо готовит, любит книги и знает много разных вещей.
Даже если что‒то не понимаешь и спрашиваешь у него, он терпеливо объясняет. К тому же, если дядя Гадес чего‒то не знает, он всё равно делает всё возможное, чтобы найти нужную информацию. Узнав, что я люблю апельсины, он произвёл на меня большое впечатление, когда нашёл вместе с Ди‒ди рецепты блюд из этого фрукта и сделал их. Дядя доб ко всем, и когда те попадают в беду, всегда протягивает руку помощи. Такое же отношение у него к цветам и животным, поэтому Гадес по‒настоящему крутой.
Даже если тебе не везёт, и ты говоришь странные вещи, я хочу стать таким, как ты. Стань же более уверенным в себе.
‒ Мне тоже нужно стать богом, на которого все могут положиться.
После моих слов дядя Гадес удивился, а его смущённое лицо я точно не смогу забыть.
‒ Это значит, что бог солнца стремится стать похожим на владыку мира мёртвых?
Казалось, когда дядя Гадес говорил это, то хотел меня вернуть с небес на землю, но для меня было не важно, кто кем являлся. Пока я осмысливал это, вдруг заметил, как за окном прояснилось.
‒ Смотри! Дядя Гадес, дождь закончился! Кончился!
Сквозь щели между тучами, словно тропинка, протянулась яркая полоса света.
‒ Пойдём, позовём всех! Дядя Гадес, ты тоже пойдёшь? Пойдёшь?
Когда я смело отошёл от окна и окликнул его, то он кивнул с нежной улыбкой.
‒ Хорошо. Аполлон, только будь осторожен и не споткнись от спешки.
‒ Угу, буду осторожен!
В этот раз дядя Гадес не сказал, что «все неприятности из‒за него». Когда я заметил это, то меня захватила радость, и я выскочил из комнаты.
3. Изначальный я
‒ Что бы ни случилось, я тебя не отпущу! Мы обязательно, обязательно сделаем это вместе!
‒ Гадес, разве ты можешь сдаться?
Раньше Кусанаги и Аполлону никто этого не говорил. Однако по какой‒то причине я не мог игнорировать глупость этих двоих…не знающих тёмной стороны мира. Оглядываясь назад, я понимаю, что для меня принятие чего‒либо было синонимом отказа.
‒ Почему сейчас…
Проведя день с Аполлоном и остальными, я вернулся в общежитие и, даже не переодевшись, лёг на кровать в своей комнате. Я стал смотреть в потолок и тихо бормотать. В последнее время я всё реже провожу часы в одиночестве. До сих пор все сторонились и избегали меня, потому что я приносил несчастья не только себе, но м окружающим. Особенно если нужно достичь какой‒то цели. Моё присутствие становится помехой.
Когда я это принял как должное и смирился…я уже не помню. После того как я просто проходил рядом в день важного мероприятия, пошёл дождь, сломались половицы и случались другие мелкие неприятности. У всех стали расти опасения. Я понимал, их порицания и обвинения ‒ лишь самозащита, но я хотел быть полезен. Когда я повернулся на бок, то в тишине комнаты раздался скрип кровати. Эта темнота и тишина мои изначальные…
‒ Дядя! Я заварил чай!! Давай попьём вместе! Я хочу насладиться чаем вместе!
Я очнулся от бодрого стука в дверь.
‒ Хорошо…сейчас иду.
‒ Ура! Я жду! Жду!
Я не мог понять, отчего голос Аполлона за дверью был таким весёлым. Что ж, за чашечкой чая проблему решить будет труднее. Думая о том, как побыстрее покончить со всем, я открыл дверь в общую комнату.
‒ Добрый вечер, Гадес.
‒ Куса‒наги?
В светлой комнате на диване сидела Кусанаги с растерянным видом.
‒ Что ты тут…
‒ Это я пригласил Феечку! Пригласил! Так как мы вместе работаем над одним проектом, нам нужно укрепить нашу дружбу!
Радостный Аполлон появился, держа в руках поднос с чашками и чайником.
‒ Тогда заранее…
Не в силах скрыть своего смущения, Кусанаги с виноватым видом встала с дивана.
‒ Простите, я вас побеспокоила.
‒ Нет, проблема не в тебе, а…
‒ Да, подож…А‒А‒А!?
В этот момент радостный Аполлон, держа в руках поднос, поскользнулся на упавшей на пол бумаге от доклада.
‒ Осторожно!!
‒ Аполлон!?
Я тут же подбежал и удержал Аполлона с подносом.
‒ Тц. Ты в порядке?
‒ Дядя!
Видимо, чая пролилось немного. Я вздохнул с облегчением, но это всё…
‒ Понимаешь, да? Если не хочешь снова попасть в неприятности, то мне лучше…
Когда я отстранился и попытался вернуться в комнату, Аполлон схватил меня за руку.
‒ О чём ты говоришь!? Это случилось из‒за моей невнимательности. И если бы не ты, то всё могло бы закончиться хуже!
‒ …Аполлон?
‒ Ты очень быстро отреагировал. Никто кроме тебя не смог бы так спасти Аполлона.
Не только Аполлон, но и Кусанаги обратилась ко мне, находясь под впечатлениями.
‒ Но если бы меня не было, то…
‒ Это не так! Я благодарен тебе! Благодарен!
До боли сжимающая меня рука Аполлона как нельзя лучше передавала мне его чувства.
‒ Мне просто следует быть осторожнее. Дядя Гадес, я хочу, чтобы ты оставался таким же добрым, какой ты есть.
‒ Аполлон…Хорошо, отпусти.
Когда он так прямо на меня смотрит, я могу только сдаться. Затем на лице Аполлона появилась радостная улыбка. Я подумал о том, что на это и был расчёт с самого начала, но навряд ли он способен на такой сложный план.
‒ Что ж, не выпить ли нам чаю? Хоть ты его и заварил, но он может остыть.
Когда Кусанаги пришла на помощь, обстановка вокруг нас разрядилась.
‒ Да‒а, осты‒ывший чай, это про‒оклятый чай.
‒ Дядя, ты преувеличиваешь силу проклятья! Преувеличиваешь!
‒ Аполлон…
Я не знаю, чего все от меня ожидают. Однако, если они приняли меня таким, какой я есть, то должны ненавидеть…Можно ли мне немного расслабиться? Время, которое мы проводили втроём было таким же приятным и тёплым, как этот чай.
4. Бесконечные возможности
Когда я находился в подземном мире, даже и представить себе не мог, что буду со всеми есть булочки в коридоре на ходу. Когда Аполлон и Кусанаги действуют сообща, происходят странные вещи. Однако я должен признать, что моё сопротивление слабеет с каждым днём. Я всё ещё не уверен в том…что я слишком легкомысленно отношусь к тому, что не вписываюсь в их компанию.
Несмотря на это…
‒ Даже у одинаковых булочек есть разные вкусы.
Кусанаги и Аполлон внимательно посмотрели на меня, когда я неосознанно пробормотал эти слова. Что же делать? Я не собирался ничего говорить.
‒ Всё верно, дядя! Греческий хлеб, который мы обычно ели, очень вкусный, но вместе с тем и простой. Мы просто макали его в оливковое масло и ели. Это было очень по‒простому!
‒ В отдел закупок продукты доставляет Гермес. Тут есть булочки с дыней, со сливочным кремом…Ты разбираешься в японских булочках?
‒ Булочка с дыней была восхитительной. Если бы была такая же с апельсином, непременно было бы ещё вкуснее.
‒ Булочка с апельсином…Это же хлеб с джемом, который намазывают на тосты, не так ли?
Услышав мои слова, эти двое начали радостный разговор.
‒ Дядя Гадес, а тебе больше нравятся клубничные булочки?
Пока я отрешённо слушал их, Аполлон посмотрел на меня и обратился. Только с недавнего времени я стал привыкать к тому, что меня втягивают в подобные разговоры.
‒ Верно…
Дынная булочка Аполлона была хрустящей снаружи с приятной текстурой и мягкой внутри.
В этом случае один‒два кусочка можно съесть сразу. Кремовая булочка Кусанаги была наполнена нежным сливочным кремом, которым я сполна насладился, когда съел кусочек, но я всё ещё…
‒ В мягкой булочке начинка из кисло‒сладкого клубничного джема, который дарит наслаждение с каждым кусочком. Трудно устоять перед этим насыщенным вкусом. Кроме…
В середине своего монолога я заметил, что эти двое озадаченно на меня смотрят. В конце концов так как я не очень хорошо умею объяснять, мои ощущения навряд ли дошли до них. Когда я уже хотел извиниться за то, что испортил всем настроение, Аполлон наклонился ко мне.
‒ Дядя Гадес, тебе правда понравилась булочка с клубникой, правда понравилась!
‒ Д…я…
‒ Ха‒ха, Гадес в первый раз кажется таким радостным.
Аполлон и Кусанаги переглянулись и рассмеялись. Неужели в том, что я сказал ранее было что‒то, что сделало их такими счастливыми?
‒ Гадес, если тебе нравятся булочки с фруктовой начинкой, то есть и другие варианты: с черничным джемом, малиновым пюре, а также очень вкусные яблочные пироги.
‒ Неужели…! Внутри булочки может быть всё, что угодно?
Увидев моё потрясение от представившихся возможностей, Кусанаги улыбнулась ещё шире.
‒ Да, это так! К тому же, если печь булочки самостоятельно, то можно сделать ещё больше разнообразных изделий.
‒ Самостоятельно…?
Я, конечно, неплохо готовлю, но никогда даже и не думал о том, чтобы приготовить нечто настолько вкусное своими руками.
‒ А можно я попробую испечённые тобой булочки? Ух‒х, это будет так здорово! Так здорово!
У нетерпеливого Аполлона загорелись глаза. Когда и Кусанаги счастливо улыбнулась, я понял, что у меня нет иного выбора, кроме как сказать: «Я сделаю.» На самом деле, я читал в книгах про выпечку и имел представление о том, как её делать. Муку замешивают с маслом и молоком, оставляют на некоторое время, а затем выпекают в духовке. К тому же можно добавить различные фрукты.
‒ Ну… без проблем.
‒ Есть!
‒ Ух‒ты! Как здорово!
Хотя нет никаких гарантий того, что у меня всё получится, они воодушевлены так, как будто булочки уже лежат перед ними. На самом деле можно понять их радость от мысли о булочках с различными фруктовыми начинками, включая клубничную. Я могу использовать виноград, выращенный Дионисом, и проконсультироваться у скандинавского бога Тора. Он ‒ хороший повар и, скорее всего, станет надёжным помощником. Когда я об этом думаю, то понимаю, что мне понадобится гораздо больше ресурсов, чем я думал. Однако, если вкусные булочки обрадуют остальных, то весь этот тяжёлый труд будет не таким уж и плохим. Шагая по коридору, наполненным звуками оживленного смеха, я думал о предстоящей радости.
5. Сон о тебе
Когда я был вместе с Феечкой, то всегда забывал о времени. Хоть Юи и жила среди множества богов и людей, причина, по которой у неё было столь доброе сердце, была в том, что она была особенной. Желая отблагодарить её за поддержку, я учился ещё усерднее. Я хочу, чтобы все узнали о греческой мифологии, и в то же время хочу поведать о себе.
И когда‒нибудь мои чувства тоже…
Размышляя об этом, я внезапно поднял голову и понял, что нахожусь в неизвестном месте.
‒ А? Где это я?
Не так давно мы с Феечкой работали вместе в пустом классе. И всё же прежде чем я успел опомниться, я оказался в странном месте, похожем на окутанный туманом лес. Её, сидевшей со мной рядом ранее, нигде не было.
‒ Феечка…Ты где? Моя…Феечка.
Когда я позвал её и огляделся, то туман вокруг рассеялся, и я увидел Юи , стоящую ко мне спиной.
‒ Слава богу, ты находишься так близко.
Я с облегчением подбежал к ней, и она повернулась ко мне, одарив мягкой солнечной улыбкой. Пока я заворожённо смотрел на неё, Кусанаги нежно взяла меня за руки.
‒ Феечка? Что‒то случилось? Что такое случилось?
Когда я это удивлённо спросил, Феечка расстроилась и попыталась убрать руки.
‒ Нет, всё не так! Не так!
Возможно, она подумала, что мне это не понравилось, поэтому я быстро сжал её ладони.
‒ Прости, я просто немного удивился.
Когда я прямо посмотрел на неё, на её лице снова появилась спокойная улыбка. Ах, как же это мило.
‒ …Люблю тебя, люблю тебя, моя Феечка.
Искренне проговорив это, я крепче сжал её руки, переплетая наши пальцы.
‒ Такая тёплая…Очень тёплая!
Феечка радостно и застенчиво кивнула. Возможность так прикасаться к ней была похожа на настоящий сон. Может, мне попробовать обнять её? Внезапно мне в голову пришла эта шальная мысль, однако если я сделать нечто подобное, Феечке может не понравиться. Я хочу, чтобы она всегда улыбалась. Однако сейчас, наверное, я могу рассказать ей о своих чувствах. Девушка, стоявшая передо мной, молча ожидала моих слов.
‒ Эй, Феечка, я бы хотел тебе кое‒что сказать.
Теперь уже нам ничего не помешает. Чтобы сказать важные слова, я сделал небольшой вдох.
6. Музыка, которую я играю.
Впервые я начал музицировать на лире после одного с Гермесом случая. Изначально он начал играть мне мелодию, чтобы утихомирить мой гнев после его шутки над моими коровами (Прим: Гермес по мифологии воровал коров Аполлона). Музыка была настолько чудесной, что я забыл о своей злости.
‒ Эту лиру я сам сделал!
‒ Это правда, Гермес!? Это восхитительно! Весьма великолепный музыкальный инструмент.
‒ А ты бы хотел тоже на ней поиграть? Не переживай, я тебя научу!
С этими словами Гермес протянул мне лиру, и я с трепетом в сердце взял её в руки. Сделанная из панциря черепахи, она была тяжёлой. И когда я стал перебирать струны в соответствии с наставлениями Гермеса, раздался очень красивый и чистый звук.
‒ Ух‒ты. Это так мило!
‒ Угу. Как и ожидалось от Аполлона. Эта лира теперь твоя. Уверен, ты станешь таким музыкантом, который покорит сердце любого.
‒ Это так радостно! Я тоже буду усерднее тренироваться! Ещё усерднее!
Слова Гермеса меня обрадовали, и с тех пор я стал усердно изо всех сил практиковаться в игре на лире. Сначала мне было трудно, но потом я осознал, что мне не нужно заставлять себя, оттачивать механические действия; мне нужно просто почувствовать звучание струн и воспроизвести мелодию из моей головы. И по мере того, как я постепенно стал играть по наитию, мне всё больше и больше нравилась музыка.
Тёплый солнечный свет и приятная успокаивающая мелодия. Я думаю, что большего и не нужно. Когда я играл от всего сердца на углу улицы или на площади, вокруг меня часто собиралась неожиданно большая публика. Когда, закончив играть, я открывал глаза, то слышал радостные возгласы и аплодисменты.
‒ Спасибо, спасибо всем!
Мне было очень отрадно видеть, как моей музыкой наслаждается так много людей. Когда я услышал, что плачущий малыш спокойно заснул под мою мелодию, мне захотелось выходить и играть каждый день.
Ещё я видел, как влюблённые, слыша музыку моей лиры, сильнее прижимались друг к другу. Когда я видел подобные моменты, на моей душе становилось тепло, как будто бы я разделял счастье вместе с ними. Затем, желая стать более искусным, я отправился к Гермесу, который мне помог с практикой. Постепенно моя музыка стала настолько популярна среди богов, что меня стали почитать как «бога искусств». Это, безусловно, большая честь, но я бы хотел играть эту прекрасную музыку для самого важного человека, которого когда‒либо встречу.
Я хочу этой мелодией выразить любовь, идущую от моего сердца. И хочу, чтобы наша любовь продлилась вечно…Интересно, будет ли этот человек смущён моими словами? Я надеюсь, что этот день скоро наступит.
И теперь она рядом со мной. Феечка подарила мне самое счастливое чувство. Теперь моя очередь ответить тебе тем же. Это лучшая музыка, которую я могу тебе подарить…
7. Когда‒нибудь непременно
Мой первый день рождения, который устроила Феечка, был полон счастья. Весь день мы были вместе, она приготовила по‒настоящему большой и вкусный торт и пела праздничную песню. Я думаю, когда люди говорят, что «находятся на 7 небе от счастья», то имеют ввиду нечто подобное. И я бы особенно рад тому, что поздравила меня именно она. Будет ли у меня ещё когда‒нибудь такой день, когда я смогу насладиться улыбкой Феечки и почувствовать себя счастливым?
‒ Если так подумать, то в книге было написано, что свадьба ‒ это радостное событие. Было написано!
Какое же из этих мероприятий приносит больше счастья? Когда я задумался об этом, то не смог удержаться и пошёл в библиотеку, чтобы разузнать.
‒ Ух‒ты! Как же это великолепно! Очень великолепно!
Я взял в руки книгу под названием «Свадьбы мира» и, открыв её, увидел невероятные образы, которые раньше нигде не встречал. Пара, одетая в красивые наряд, стояла напротив друг друга со счастливыми улыбками. Наверное, очень здорово находиться в окружении множества гостей в прекрасном зале под голубым небом.
‒ Это ритуал, в котором люди клянутся друг другу в вечной любви. Как это мило! По‒настоящему мило.
Когда я, охваченный тёплыми чувствами, перелистывал страницы, то невольно представлял себе Феечку. Если она наденет такое же платье, какой же милой станет. Желая узнать как можно больше, я стал брать с книжной полки различную литературу: «История свадебных платьев», «Свадебное платье, которое ей подойдёт», «Свадебная мода». В каждой книге было множество лёгких одежд.
‒ Феечке бы подошло белое платье с кружевами. Я уверен, что оно тебе подойдёт!
В мире людей свадебные платья отличаются в зависимости от страны и культуры.
‒ Широ, муку (Прим: традиционные свадебные наряды в Японии) …? Эти платья из мира Феечки? Они очень элегантные!
На модели было белоснежное кимоно, а на голове вместо фаты ‒ тяжёлый головной убор. Красная помада выделялась на белом фоне и делала улыбку ещё более выразительной. Были там и платья с очень смелыми силуэтами и украшенные цветами. Они были похожи на наряды настоящих фей. И мне было так интересно смотреть на эти платья, что не хотелось останавливаться.
И Феечка, одетая в них в моём воображении, блистает ярче, чем кто‒нибудь ещё.
‒ Может быть, ты когда‒нибудь наденешь это. Феечка, мне бы очень хотелось это увидеть.
Но если она наденет свадебное платье, то должна кому‒то поклясться в вечной любви. Когда этот день придёт, я…
‒ Я бы хотел быть с ней рядом со счастливой улыбкой. Хотел бы радоваться.
Надеюсь, и она будет так же счастлива, как и я, если не больше. Я не знаю, желание это или клятва. Представляя себе светлое будущее, я открыл новую страницу.
8. Причина его восхитительного вкуса
(Прим: повествование ведётся от лица Диониса)
Их глаза загорелись, когда они увидели корзинку, наполненную клубникой.
‒ Вот это…да‒а
‒ …Ягоды имеют не совсем правильную форму, но они блестящие и полностью красные.
Хоть его лицо безэмоциональное, я чувствую гордость.
‒ Ахаха. Не стесняйтесь, хвалите меня ~
Весной Гадес и скандинавский бог Тор помогали мне собрать клубнику, которую я посадил в уголке моего сада. У меня были особые причины выбрать этих двоих. Они не только боги земледелия, но и обладали удивительными кулинарными способностями. На самом деле, готовка ‒ их общее хобби, и они частенько ходят друг к другу и готовят вместе.
Однажды мы наблюдали за этим процессом в комнате греческой мифологии. Эти двое, готовя на одной кухне, едва ли обменялись и парой слов. Они кивнули, посмотрев на специи друг у друга в руках, затем один открыл кастрюлю. Они обменялись взглядами и продолжили процесс. Я не думаю, что возможно общаться таким способом, но, если их всё устраивает, то не стоит вмешиваться.
Самое же приятное, что готовую еду они приносят сразу в общую комнату. Не только мы с Аполлоном, но ещё и скандинавские боги Локи и Бальдр ждали с нетерпением дегустации.
‒ Что ж, Гадес и Тор, готовьте, как вам нравится.
Это клубника, выращенная с особой заботой, поэтому продемонстрируйте своё мастерство в полной мере. Когда я с энтузиазмом передал им корзину, они почему‒то вопросительно переглянулись.
‒ О чём ты говоришь, Дионис? Клубника…сама по себе вкусная.
‒ …Согласен с Гадесом…Она с таким трудом созревала…Поэтому уже и так готова.
‒ А? Разве вы вдвоём не единодушно любите готовить?
‒ …Если любишь готовить, то с большим уважением относишься к ингредиентам.
Гадес утвердительно закивал, соглашаясь со словами Тора.
‒ Верно…
Кажется, они больше понимают друг друга, чем я ожидал.
‒ Прежде всего, давайте попробуем клубнику на сладость.
Каждый взял по ягодке из корзины и положил к себе в рот.
‒ …Да, хорошо созрела…и очень сладкая.
Слова Тора были доказательством моего заботливого ухода, это была похвала для меня.
‒ Да. Превосходная клубника. Сладость на высшем уровне.
Я уже обрадовался, что большой любитель сладкого Гадес оценил мою работу, но вдруг заметил, что у него между бровей появилась странная морщинка.
‒ Что такое, Гадес? Если тебя что‒то беспокоит, ты можешь рассказать~
Даже после моего вопроса Гадес не отрывал взгляда от ягод.
‒ Нет…ничего…мне, наверное, показалось.
Я затаил дыхание, ожидая дальнейшие слова Гадеса.
‒ …Мне кажется, что клубничное молоко, которое мы пили с Кусанаги, было вкуснее.
‒ Что?
Я в шоке посмотрел на Гадеса после его неожиданных слов. Тор тоже опешил, сжимая в руке вторую ягоду.
‒ Может быть это…
‒ …В таком случае можно добавить к ягодам молоко и сахар, тем самым подчеркнув вкус.
Когда я собирался ответить, Тор предложил оставить всё до послезавтра.
‒ Это верно. Если мы хотим использовать всё по максимуму, стоит попробовать.
Гадес кивнул с серьёзным лицом, и они вдвоём отправились за ингредиентами.
‒ Думаю, тут дело не в молоке и сахаре…Стоит позвать Кусанаги тоже.
Проводив их взглядом и усмехнувшись, я пошёл выбирать для неё и Гадеса самую сладкую клубнику. Когда же этот бог поймёт, что когда находится вместе с Кусанаги, вся еда становится вкуснее из‒за…влюблённости? По крайней мере это молоко будет лучше, чем пакетированное, верно?
9. Твоя роль
‒ Помимо Зевса, у тебя еще много братьев и сестёр, да?
Отвечая на вопросы по ходу рассказа Кусанаги, я впервые за долгое время вспомнил их лица.
‒ Да. У Кроноса и Реи шестеро детей, включая меня. Гестия, Посейдон, Гера, Деметра…и я с Зевсом.
Когда я, загибая пальцы, посчитал и произнёс их всех, лицо Кусанаги радостно засияло.
‒ Так много…Они все младше тебя?
‒ Нет, Гестия ‒ старше, но она ‒ богиня домашнего очага, о ней рассказывать особо нечего.
В свою очередь, божественные обязанности были не только у неё, но и у остальных, поэтому мы все редко встречались.
‒ Начнём с того, что я не покидал загробный мир, поэтому у меня нет тёплых отношений не только с братьями и сёстрами, но и с другими богами.
Кусанаги помрачнела, услышав эти слова.
‒ Как же так…
Чёрт. Неужели я снова заставил её волноваться? Пока я подыскивал слова для Кусанаги, она внезапно подняла на меня взгляд.
‒ Тогда почему бы тебе сегодня не представить меня в роли старшей сестры и позаботиться?
…Почему она это сказала?
‒ Если уж на то пошло, то давай я буду старшим братом, а ты ‒ младшей сестрой?
‒ Так как у меня только старшие, я всегда хотела себе младшего брата или сестру.
Не знаю, на сколько это веская причина, но Кусанаги посмотрела на меня с большим воодушевлением.
‒ Ну же, Гадес, возражения не принимаются! Называй меня теперь «сестрёнка».
‒ Сестрёнка Кусанаги…?
‒ Не‒ет…Я думаю, что имя будет звучать более естественно. Так как мы сегодня ‒ брат и сестра, то будь решительнее!
‒ Понял. Так…сестрёнка…Юи?
Как только я сказал это, щёки Юи налились румянцем.
‒ Ч‒что случилось, братик?
‒ Можно я кое‒что скажу своей сестрёнке? Скоро начнутся уроки.
‒ Это так, братик Гадес. Ты закончил с домашним заданием?
‒…
‒…
Ни я, ни начавшая разговор Кусанаги не продержались и нескольких секунд.
‒ Это…извини. Похоже я была не права.
Смущённо покраснев, Кусанаги стала извиняться. Я же, забыв о своём смущении, просто с любовью посмотрел на её милое личико. Если бы у меня была такая младшая сестричка, каждый мой день был наполнен яркими красками. Интересно, если бы я поступал так же со своими братьями и сёстрами, изменились бы наши отношения? Мне в голову стали приходить странные мысли, и я, тихо вздохнув, решил от них отмахнуться. К тому же, она ‒ не моя младшая сестра, а любимая девушка. Я посмотрел на сияющий серебряный сад за окном и чувствовал, как в моей душе разливается величайшее счастье.
10. Хочу ей порекомендовать
Закладка, которую дала мне Кусанаги, была с четырёхлистным клевером, который мы нашли. Это было настоящее сокровище, наполненное добротой и счастливыми воспоминаниями. После моей клятвы беречь эту важную вещь, Кусанаги подарила мне улыбку от всего сердца.
Эта улыбка моё…
‒ Гадес, а какая у тебя самая любимая книга?
Когда я непроизвольно протянул руку, Кусанаги задала внезапный вопрос.
‒ Моя…самая любимая…
Конечно, учитывая то, о чём ранее был разговор, это закономерный вопрос. Однако, когда я решил выбрать книгу, достойную этой закладки, то крепко задумался. Так как я не ответил сразу, то по лицу Кусанаги скользнула мрачная тень.
‒ Извини…я спросила что‒то не то?
‒ Нет, это не так. На самом деле вариантов много, и выбрать не так‒то легко.
После моих торопливых объяснений на лице Кусанаги появилась радость.
‒ Да, ты действительно прочитал множество книг.
Так как она открыто проявляла свои чувства, даже такой неумелый собеседник, как я, мог говорить честно.
‒ Да‒а, я с давних пор люблю читать книги. Я всегда находил время, чтобы познакомиться с разной литературой.
‒ Это потрясающе! А я вот легко засыпаю за книгами…
‒ Скорее всего, я так думаю, это происходит из‒за самих книг. Если литература подходит, то тебе не терпится перевернуть страницу и продолжить чтение. Однако, когда время приблизится к концу, тебе станет невероятно грустно.
‒ А, вон оно как…Гадес, а ты не мог бы мне посоветовать книгу?
Её глаза, полные надежды на новую встречу, ослепительно блестели…И я рефлекторно кивнул.
‒ Что же выбрать…?
Когда я пришёл в библиотеку, у меня несколько раз захватывало дух перед огромной коллекцией книг. До сих пор я читал много философских и астрономических трудов, которые могут показаться Кусанаги сложными. Если я сейчас сделаю неправильный выбор, то в будущем, она, наверное, совсем потеряет интерес к чтению. К тому же, я впервые буду рекомендовать кому‒то книгу. Я не знаю, на какие критерии мне опираться. То, что нравится мне, может не прийтись по вкусу другим.
‒ В конце концов мне придётся прочитать всё.
Я решительно взял несколько книг с ближайшей полки.
‒ Я не хочу, чтобы ты навсегда остался в библиотеке с таким меланхоличным лицом.
Обернувшись на голос сзади, я увидел Тота, сложившего руки на груди.
‒ Тот…ты как раз вовремя. У тебя есть какие‒нибудь книги, которые нравятся девушкам?
Когда я это спросил, глаза Тота расширились от удивления.
‒ Как ты поступишь с этой информацией?
‒ Я спросил у тебя…чтобы иметь хоть какой‒нибудь ориентир.
Возможно, догадавшись о чём‒то из моего объяснения, Тот слегка улыбнулся.
‒ Я‒то могу посоветовать, но тогда эту книгу порекомендуешь не ты, а я, не так ли?
‒ …!
Даже если бы книга, выбранная Тотом, понравилась бы Кусанаги…смог бы я смириться с этим? Кроме того, Кусанаги тоже..
‒ Извини, забудь обо всём.
Я слегка наклонил голову перед Тотом.
‒ Хм. Что ж, я скажу только одно.
Тот внимательно окинул взглядом стопку первых попавшихся книг. Казалось, что он видел их насквозь.
‒ Твоя задача ‒ выслушать мысли другого человека о книгах, какими бы они несущественными не казались.
‒ …
‒ Так же можно выбрать книгу и обсудить. Не знаю, насколько тебе нужна была эта консультация.
‒ Нет…очень нужна. Спасибо большое.
Не дослушав до конца мои благодарности, Тот развернулся и направился на своё обычное место, где читал книги. После этого я стал возвращать на полку по одной книге.
‒ Кусанаги хочет узнать о моих любимых книгах.
Если выбранная мной литература окажется сложной, мы можем почитать её вместе. Уверен, ей будет приятно побыть со мной рядом. И если мы сможем обменять знаниями и опытом…Почувствовав, что наш с ней мир расширяет границы, я направился к книжной полке, где стояли издания, которые я обычно читал.