(Представьте, что древнегреческие боги провалились в нашу реальность. Но вместо того, чтобы творить чудеса и пить амброзию, им пришлось искать работу. Олимп кончился, ипотека сама себя не оплатит!)
О, пойте, Парки-секретарши, сквозь гул телефонного звона,
О богах, что с Олимпа сошли в узилища мертвого камня,
Где вместо нектара — кофе густой, что кипит в аппарате,
И Фемида, забыв весы, в папках законы толкает!
Видал ли кто Зевса-Громовержца? Владыка эфира и туч?
Он ныне в конторе высокой сидит, меж экранов мерцающих,
Главу грозовластную склонив над договором лизинговым,
И перст его, молнии метавший, дрожит на клавишах пластиковых.
«Отец! Олимпиец! Куда твой скипетр?» — молчат небеса бездыханно.
«Скипетр? Презентация к утру! И счетовод ждет постоянный!»
Афина Паллада, рожденная мыслью, дева-воительница стальная,
Ныне стратег-аналитик в фирме, что вяжет сети байтовые.
Щит свой, эгиду горгоноликую, сменила на лэптоп сияющий,
Где вместо Горгоны — график растет, обреченный на падение.
Мудрость её — в отчетах квартальных, в цифрах сухих и бездушных,
И сову её белую спугнул рев моторов послушных.
А Гефест, бог-хромоножец, чей горн ковал дивные дивы?
Ныне в подземных утробах метро, в мраке тоннелей пыльных, трудится!
Где вместо горна — грохот вагонов, рельсовый вой нескончаемый,
Где искры священные — лишь от дуги, что скользит по контактному рельсу!
Циклопы-помощники, в касках стальных и робах замасленных,
Следят за путями глубинными, фонарями прожекторными тычут.
Владеет он ныне не громом Вулкана, а током высокого напряжения,
Чтоб поезда, словно титаны, неслись по назначенью верному.
Следит за сигналами семафоров, за стрелками, скрипящими стоном,
Чтоб тени людские не запоздали к началу рабочего дня.
И вижу Аида, владыку теней, в поезде, что в бездну стремится!
Харон? За штурвалом в кабине сидит, принимая монеты жетонные.
Цербер? Три таксы худые на поводке у старушки в вязаном свитере.
Там, в подземелье глухом, где тени былые вяло текут к эскалаторам,
Он правит не Царством, а сменою строгой, в мундире из дешевой синтетики.
«Аид! Властелин! Где твой трон?» — шепчу сквозь людской водоворот.
«Трон? Седьмая ветка. Конечная. Десять часов. И билета просроченного!»
Афродита? Продакт-дизайнер! Рожденная пеною морской?
Её поясу дивному цены нет в системе маркетинговой!
Но взор её, страсти зажигавший, тускнеет в метриках строгих,
А Гера Великая, Царица Небес, Олимпийская Владычица Статная?
Ныне в Отделе Кадров восседает, в кресле кожаном, строга и важна!
Вместо павлиньего взора — очки на цепочке поверх протоколов толстых,
А скипетр её золотой — печать кадровая в руке многоопытной!
Она блюдет не устои брака, а Кодекс Трудовой суровый,
Ревниво следя, чтоб не смели «нимфы» из маркетинга к трону супруга подкрасться!
Её гнев — это выговоры, увольненья, отчеты проверок внезапных,
Геростраты карьер строят гибель, коль правила внутренние попрали!
О, скольких Ио в агентства она услала под видом аутсорса!
И Геракла службы неволит двенадцать кварталов отчетов!
Её рай — это графики отпусков, без браков и декретов внеплановых,
Её ад — это сплетни курилок и флирт у кофейного аппарата!
И Ирида, вестница радужная, с крыльями, что солнца светлей?
Разносит посылки курьером по этажам, торопясь, чуть дыша!
Её радуга — лишь блик на фасаде от выхлопной тучи смрадной,
А вести богов — на листочках стикерах: «Забрать подпись. Срочно. Важно».
О, пойте, Музы, сквозь гул Сити, сквозь визг тормозов и сирен вой!
Пойте о тех, кто светил нам когда-то с вершины парящей, нетленной!
Ныне затеряны в лабиринтах из стали, бетона и стекла хрупкого,
Где каждый — раб Злата презренного, где каждый — лишь винтик огромный.
Их божественность — в прошлом далеком, как мифы для школьной программы.
Лишь иногда тенью промчится по небу курьер на мотороллере —
Быть может, Гермес? Но нет, опоздал он, штраф получил за парковку.
И гаснут Олимпийские звёзды в дыму мегаполисной бездны.
Лишь эхо гомеровской лиры дрожит в проводах над землею темною.
Так завершилась моя песнь о богах, что в каменных джунглях служат,
Где вместо Олимпа — небоскребы, где вместо жертв — квартальный отчет.
Пой, смертный, пой — иль молчи, погруженный в свой маленький экран!
Здесь царствует новый Зевес — Беспощадный Владыка Дедлайн.
😁Смысл всей этой движухи в том, что мы каждый день едем в свой ад-офис на колеснице-метро, чтобы выполнять свои мелкие "божественные" квесты за зарплату-амброзию. А вместо Зевса нами правит Владыка Дедлайн! Не заморачивайся. Иди пей кофе👍