Француз по имени Жюль впервые оказался в России с огромным багажом стереотипов, которые успели накопиться у него годами. Он родом из Лиона, работает в маркетинге, любит вино и круассаны на завтрак.
Казалось бы, современный взрослый человек давно должен отличать реальность от штампов. Но когда речь зашла о России, в его воображении ожили картинки: шапки-ушанки, бесконечная зима, серые дома и медведи на улицах.
Первое впечатление: «А где ушанки? А где водка?»
Прилетев в Петербург в октябре, Жюль вышел из самолёта так, будто только что вернулся с горнолыжного курорта. Длинный пуховик, шерстяные перчатки и вязаная шапка — всё это выглядело странно на фоне прохладной, но вполне привычной питерской осени. Первые его слова: «А где ушанки?» Француз правда верил в «клюкву» о России.
Когда Жюль оказался в центре Петербурга, он замедлил шаг, разглядывая всё вокруг. Его поражали люди в кроссовках, модные кофейни и молодые девушки с айфонами. Удивление только нарастало, а в итоге заявил: «А где очереди за хлебом?» Даже интерьер современного дома с зеркалами в лифте и свежим ремонтом вызывал у него недоумение, он ожидал совсем другой картины.
Вечером его повели в бар. Жюль долго вертел в руках меню и не мог поверить глазам: IPA, APA, сидры и десятки сортов пива. Он удивлённо сказал: «Я думал, у вас тут только водка».
«А где отдел с медвежатиной?»
В супермаркете француз задал вопрос, который вызвал бурный смех у всех вокруг: «А где отдел с медвежатиной?» Он всерьёз был уверен, что русские едят медвежьи лапы, и надеялся попробовать. Видимо, параллель с лягушками в голове провел, вот у него и сложилось. «А зачем тогда медведей на открытках рисуют?» — так и не смог успокоиться француз.
Настоящая радость — баня
Чтобы удовлетворить хотя бы часть ожиданий, Жюля повезли в деревню к бабушке. И вот там он наконец сказал: «О! Вот это я понимаю. Это настоящая Россия». Ковры на стенах, кошка на подоконнике, печка. Но и здесь не обошлось без сюрприза. Узнав, что пельмени на столе магазинные, француз не сдержался и крикнул: «Да откуда у вас деньги?».
И его отправили в баню. Правда, буквально. Показали веники: «А это еще для чего?» Услышав, что им бьют по спине, он решил, что это похоже на наказание. Но очень быстро вошёл во вкус и уже просил поддать жару. Кульминацией стала ледяная вода из бочки. Выскочив на улицу, Жюль облил себя и закричал: «О-ля-ля! Я как в фильме про Сибирь!» Вот в этот момент он почувствовал, что хотя бы одна из его фантазий о России оказалась правдой.
Перед возвращением домой Жюль признался: «Я понял, что Россия не такая, как была раньше». Но отказаться от стереотипов полностью он не смог. Уже во Франции устроил «русский вечер» для друзей: икра из супермаркета, водка в стопках и магнитик с медведем в ушанке.