Старая поговорка "Взялся за гуж – не говори, что не дюж" известна настолько же широко, как и ее шутливая переделка в виде "взялся за гуж – не забудь сходить в душ".
Смысл ее понятен: раз уж вызвался делать какое-то нелегкое дело, значит осознавал всю его тяжесть и оценивал свои возможности, так что потом не отказывайся. Но вот что такое "гуж" за давностью лет забылось. Помнится только, что это как-то связано с животноводством и сельхоздеятельностью, а точнее с работой, в которой участвуют лошади. А они – товарищи нелёгкие (около 400 кг минимум), как и вся работа, с ними связанная. Но саму лошадь за гуж, поднимать, конечно, не надо.
И с устаревшим словом "огузье" слово "гуж", если что, никак не связано. А то некоторые путают. Огузье находится в противоположной от гужей части туловища.
Гуж – это петля у хомута, что крепит оглобли с дугой. В эту петлю (в гуж то есть) закладываются концы оглобель, за которые лошадь тянет повозку или плуг, соху, борону. В общем, что-то тяжелое.
Чтобы запрячь лошадь, нужно собрать необходимую для работы конструкцию, накинуть гужи (петли) и крепко затянуть. В общем, если человек брался за гуж, значит готовился к долгой трудной работе.
В некоторых регионах гужами также называли петли для крепления весел у лодок, а также специальные бурлацкие петли (или лямки), с помощью которых перетаскивались суда по отмелям.
В общем, "гуж" в любом случае был связан с долгой, очень тяжелой, изматывающей работой. Хорошо, что сейчас о значении этого слова можно забыть.