19 августа 1907 года на Екатерининском канале был торжественно освящён храм Воскресения Христова. Но все знают его как Спас-на-Крови. Почему же? Спас - так коротко в народе называли Спасителя, Иисуса Христа, а именно его имя официально носит храм. А на крови - потому что на этом самом месте, где сейчас стоит храм, 1 марта 1881 года в результате теракта был смертельно ранен российский император Александр II. Начиналось все с маленькой часовни, которую по приказу взошедшего на трон императора Александра III возвели на месте гибели его отца. Вскоре был объявлен конкурс на проект храма. Меньшего, по мнению Александра III , его отец не заслуживал. Выиграли конкурс русский архитектор шотландского происхождения Альфред Парланд и настоятель Троице-Сергиевой пустыни архимандрит Игнатий.
Их проект сильно отличался от всех других и не был похож ни на один петербургский храм. Парланд и архимандрит предложили храм в русском стиле. Думаю, русский стиль в особых представлениях не нуждается. Это исторически сложившееся переплетение древних славянских архитектурных традиций с византийскими. Это буйство цвета и обилие декора, свойственное южной средиземноморской архитектуре, перенесенное в холодные реалии наших широт. Он очень красив, этот самый молодой из великих храмов Санкт-Петербурга.
Теперь скажу: тяжеловесный Спас
поставлен на крови царя и террориста –
сюжет трагический. Но отчего ребристый,
лазоревый, глазурный, в завитках,
собор сверкает весело для глаз?
О, Александр больной, о, нищий Гриневицкий!
Две горсти праха спорят до сих пор:
- Тиран, душитель, если б знал ты тяжесть…
- Дурак, мальчишка, если б знал ты тяжесть…
Но общая их повенчала тяжесть –
оплывший цветом, лакомый собор.
(Елена Игнатова)
