Эту удивительную фотографию мне показал Анатолий Семёнович Хан (на фото сверху), ему 78 лет. Разглядывая старый снимок, он показал на мальчика, усевшегося за центральным столом: «Это я, рядом с отцом, а слева с мамой – младший братишка. Мне было около 5, а ему 2 года, значит.» Снимок был сделан в 1950 году в селе «Ленинский путь» Каратальского района, ныне аул Бастобе.
«Хангаби отцу сделал старший брат Пётр, который был старше меня на 20 лет, он стоит с невестой за отцом. Тогда все жили бедно и наша семья была первой, кто справил хангаби.» – вспоминает Анатолий Семёнович. На снимке зима (январь). На соломенной крыше задержался снег. Во дворе на земле постелена солома, чтобы теплее было сидеть за низкими столами. Со слов Анатолия Семёновича, семья юбиляра всегда готовила спиртное, била чартоги, варила свинину и ставила основной стол. Родственники и другие гости приходили со своими столами уже накрытыми тем, чем были богаты и, приставляя их к главному с обоих сторон, как конструктор – собирали единый большой, праздничный стол. Думается, совсем не случайно мужская половина занимает правую часть снимка, а женская – левую. В те годы национальные традиции и уклад жизни корейской семьи соблюдался безаговорочно, а потому такое разделение было естественным. На фотографии видны чашки с яблоками, тёмные бутыли с сури 술이, а на стене дома, позади отца, висит белая ткань с надписью на корейском языке – юбилейное письмо 주년서, на котором писали полное имя юбиляра с пожеланиями здоровья и счастья. Почему уверенно написал, что надпись на корейском, потому что в семье есть другая фотография уже с хангаби матери Анатолия Семёновича – Пак Марии. И, на той фотографии надпись на ткани более различима. Пак Мария родила Анатолия Семёновича в 40 лет, а младшего братишку – тремя годами позже. Жизнь была тяжёлой, детей было много. Наверное, поэтому по нечётким лицам мамы и отца – разница в 16 лет почти не заметна. Имя отца Анатолия Семёновича – Хан Ден Себ, год рождения 1890-й. Когда ему было около тридцати, он увидел девочку, свою будущую жену. Решение жениться на ней было настолько твёрдым, что он пошёл ради этого батрачить на её родителей, которые занимались аптекарским делом, продавали лекарства и травы. Родители девочки не видели в батраке будущего зятя, а потому всеми средствами пытались его спровадить. В семье помнят рассказ отца, когда ему мама девочки давала прокисший паби (варенный рис). Хан Ден Себ, не возмущаясь заворачивал рис в платок, шёл на речку и промывал его водой. Через три года батрачества он смог-таки жениться – так сильно запала ему девочка, которая, как вы помните, на 16 лет была его младше. История семьи началась в Танчене 단천시, в прибрежном городе на востоке Северной Кореи, омываемом водами Восточного моря, а продолжилась уже здесь, в Казахстане.