Дом, в который заселили писателей в Ташкенте, прозвали "Ноевым ковчегом". Война придавала всем событиям библейский размах. Писатели и поэты строили "большие надежды" на то, что всемирное бедствие окончится, опять-таки, ветхозаветной радугой, подлинным освобождением, либерализацией советской политической системы: в военное время Ахматова не исключала, что ей предложат место главного редактора в "Звезде". Не сложилось. Вскоре после долгожданной вести о Победе последовали и новые запреты, столь ярко проявившиеся в постановлении 1946 года о журналах "Звезда" и "Ленинград"». Читаю книгу Натальи Громовой "Ноев ковчег писателей. Эвакуация 1941–1945. Чистополь. Елабуга. Ташкент. Алма-Ата" Громова не выстраивает закономерности и не делает категоричных выводов. Но все ее герои — от знаменитых Пастернака, Ахматовой, Луговского, Булгаковой, Алексея Толстого, Марии Петровых до писателей и публицистов полу- или совсем забытых вылеплены подробно и цельно, и в каждом — неповторимость человеческой с
Дом, в который заселили писателей в Ташкенте, прозвали "Ноевым ковчегом
19 августа 202519 авг 2025
1 мин