Дрожь В Руках, Ледяное Осознание
Руки дрожали так, что чашка с остывшим кофе едва не выскользнула из пальцев. Утро, которое должно было быть обычным, с запахом свежего хлеба и сонных поцелуев, обернулось для меня адом. Его телефон. Оставленный на кухонном столе, будто нарочно. Он никогда его не забывал. И одно-единственное сообщение, подсветившееся на экране, когда я проходила мимо. От Ольги. Моей лучшей подруги. "Жду тебя, милый. Ночь была невероятной."
Мир взорвался. Не с грохотом, а с оглушительной тишиной. Голова гудела, будто набатом, а тело застыло. Я перечитала. Ещё раз. И ещё. Каждое слово впивалось в сознание, как раскалённый нож. Милый. Невероятной. Он. Она. Мой муж и моя подруга. Вся моя жизнь, тщательно выстроенная, уютная, казавшаяся нерушимой, рухнула в одно мгновение. Боль была такой острой, что хотелось кричать. Или смеяться. Истерически.
Я представила их вместе. Его руки на ней. Её смех. Тот самый смех, который я так любила, теперь отдавался эхом издевательства в моей голове. Предательство. Не просто измена – предательство, умноженное на два. Близкие люди, самые родные, те, кому я доверяла без оглядки, воткнули мне нож в спину, да ещё и провернули его.
Замысел. Пир Во Время Чумы
Первый порыв – разбить телефон. Разнести всю квартиру. Ворваться к ним, к обоим, и устроить скандал, который содрогнет землю. Но что-то внутри остановило. Не привычка, не страх. Какая-то холодная, змеиная мысль прокралась в сознание. И что дальше? Крик? Слёзы? Разбитые тарелки? Это всё так банально, так предсказуемо. Они этого ждут. Ждут моего разрушения. Но я не дам им этого. Не сейчас.
Вместо хаоса в голове вдруг появился чёткий план. Жестокий. Изысканный. Я утру слёзы, выдохну боль, и надену на лицо маску. Маску идеальной жены. Идеальной подруги. Они должны будут сидеть за моим столом. Есть мою еду. И улыбаться. А я буду смотреть на них. И улыбаться в ответ. Ненависть разливалась по венам, но она была странно холодной. Это не была ярость, что ослепляет. Это была ярость, что оттачивает разум. Моя месть будет холодной. И изысканной.
Кулинарная Месть
Весь день я провела на кухне. Не как хозяйка, готовящая ужин для любимых, а как алхимик, смешивающий яды. Каждое движение было выверено, почти ритуально. Я достала свой лучший фарфоровый сервиз, тот, что мы купили на нашу первую годовщину. Натерла до блеска столовое серебро, подарок свекрови, которую Ольга всегда так хвалила за "тонкий вкус".
Меню. Фуа-гра, которое Андрей обожал, а Ольга всегда делала вид, что не любит, но съедала быстрее всех. Омар, которого я покупала только по большим праздникам, и они, по счастливой случайности, всегда совпадали с их приходом. Вино. То самое, из их любимого региона, которое они смаковали, сидя рядом на нашем диване, заговорщицки переглядываясь, пока я отворачивалась, чтобы поставить музыку. Каждый ингредиент был пропитан моей болью, каждым вздохом, каждой дрожью в руках. Мои руки не тряслись больше. Они работали, точно и безжалостно. Я ощущала себя героиней какого-то психологического триллера, где измена и месть переплетаются в одну смертельную игру.
Я надела то самое платье, в котором он впервые сказал, что любит меня. Бежевое, шелковое, струящееся. Оно скрывало дрожь в теле, но подчеркивало холодный блеск в глазах. Сделала прическу, которая всегда ему нравилась, и нанесла легкий макияж, чтобы скрыть следы бессонной ночи и опухших век. Я была идеальна. Идеально пуста внутри.
Когда Змеи Собрались За Столом
Звонок в дверь. Я глубоко вдохнула и надела свою маску. Улыбка. Широкая, искренняя, обманчивая. "Дорогие мои, как я рада вас видеть!" – мой голос звучал так естественно, так по-настоящему, что я сама себе поверила.
Андрей поцеловал меня в щёку, Ольга обняла, прижимаясь всем телом. Я чувствовала её тепло, её запах – тот самый, что смешивался с его одеколоном. Отвращение подкатило к горлу, но я лишь крепче сжала её в объятиях. «Ты такая красивая сегодня!» – пролепетала она, и я ответила: «Ты тоже, дорогая!». Лгали мы обе.
Ужин начался. Разговоры лились рекой, непринужденно. О работе, о планах, о погоде. Они сидели напротив меня, смеялись над его шутками, переглядывались, когда я отворачивалась за вином. Я видела всё. Каждое движение. Каждое прикосновение. В её глазах проскальзывало триумфальное самодовольство, в его – привычная нежность, смешанная с чем-то неуловимым. Виной? Страхом? Или просто пошлой, обыденной усталостью от двойной жизни?
Они были так расслаблены, так уверены, что я ничего не знаю. И эта их уверенность питала меня. Она была для меня лучшим аперитивом.
Тост. Вкус Лжи На Губах
Когда десерт был подан, а бутылка вина почти опустела, я подняла бокал. Мои руки больше не дрожали. Они были тверды. Холодны.
"Дорогие мои," – начала я, и мой голос, казалось, звенел, – "я хочу поднять этот бокал за нас. За нашу дружбу, Ольга, которая выдержала столько лет и столько всего, правда?" Я посмотрела ей прямо в глаза. Она улыбнулась, чуть смутившись. "Конечно, дорогая! Ты же знаешь, ты для меня как сестра."
Мои губы тронула легкая, почти незаметная улыбка. "Да, Ольга. Как сестра. А ещё, я хочу выпить за моего любимого мужа. За Андрея. За его... особенную способность хранить секреты. И за его невероятное умение делать счастливыми сразу двух женщин."
Бокал в руке Ольги дрогнул. Андрей застыл, вилка выпала из его пальцев и со звоном ударилась о тарелку. Тишина. Звенящая. Я продолжала, медленно, с наслаждением произнося каждое слово.
"Знаете, я всегда верила в честность. В прозрачность отношений. Думала, что между самыми близкими людьми не может быть лжи. Но, как оказалось, ошибалась. Очень сильно ошибалась. И сегодня я это поняла. Как нельзя лучше."
Я сделала глоток. Вино казалось горьким. Или это была горечь их осознания? "Поэтому, я поднимаю бокал за новые открытия. За неожиданные сюрпризы. И за то, что порой самый идеальный ужин может стать самым... незабываемым."
Я снова посмотрела им в глаза. В глазах Ольги был ужас. В глазах Андрея – паника, смешанная с таким глубоким шоком, что он не мог даже пошевелиться.
Послевкусие Тишины
Ужин не закончился. Он просто... повис в воздухе. В мёртвой тишине. Никто не притронулся к десерту. Никто не сказал ни слова. Андрей сглотнул, пытаясь что-то произнести, но слова застряли в горле. Ольга сидела, уставившись в свою тарелку, ее лицо было белее скатерти.
Я же? Я чувствовала странное, почти наркотическое удовлетворение. Я не кричала. Не истерила. Я просто позволила им окунуться в бездну осознания, утонуть в собственном страхе и стыде.
Я встала. Спокойно. Идеально спокойным голосом, будто ничего не произошло, сказала: "Что ж, вечер был... интересным. А теперь, если вы позволите, я, пожалуй, пойду спать. У меня завтра важный день."
Я прошла мимо них, мимо их окаменевших фигур. Не обернулась. Поднялась по лестнице в нашу спальню, оставив их внизу, в полумраке столовой, с недоеденным ужином и развалившейся реальностью. Дверь спальни закрылась за мной, отрезая их от меня. Или меня от них? Мне было всё равно. Я знала одно: этот вечер они не забудут. Никогда. И их идеальный ужин стал моим идеальным стартом. К чему? Пока не знала. Но точно к чему-то новому. И теперь правила игры устанавливаю я.
Ещё почитать: