Пианист, органист, композитор, чьё творчество насчитывает пять симфоний и просто невообразимое количество хоровой музыки; он также немного скрипач и альтист. Великий немецкий дирижёр Вильгельм Фуртвенглер в 1936 году отозвался о нём очень комплиментарно:
«<...> один из самых талантливых молодых немцев современности, музыкант, обладающий необычайно богатым воображением и огромным талантом. Мы, несомненно, услышим много интересного о нем в будущем».
Не узнали? Речь сегодня пойдёт об очень необычном (во всех отношениях) немецком композиторе — Гюнтере Рафаэле (1903 – 1960).
То, что вы о нём ничего не слышали (либо так, «вскользь» где-то упоминался), не удивляет. На постсоветском пространстве имена и творчество немецких композиторов, родившихся на закате Германской империи, неизвестны по целому ряду причин…
Во-первых, сильно ощущалось влияние преступного нацистского режима в Германии и его последствия для немецкой музыки 30-40х годов были очевидны. Все мы помним отношение нацистского режима к любым отклонениям от «святой» немецкой традиции: все эти ярлыки «Entartete Kunst» (нем. «дегенеративное, вырожденческое искусство»), запрет произведений искусства и даже их физическое уничтожение, зачастую вместе с авторами.
Во-вторых, в то время существовала советская цензура и идеологический контроль над искусством. В СССР музыка, как и все остальные виды искусства, оценивалась через призму соответствия принципам социалистического реализма. Иностранная музыка пропускалась очень неохотно, мало издавалась. Часто ввезённые «контрабандные» ноты переписывались студентами за одну ночь (именно столько отводилось времени для копирования) и передавались из рук в руки. Мне, автору данной статьи, доводилось видеть такие «переписи» органных сонат Пауля Хиндемита, к творчеству которого в СССР относились вполне благосклонно, но, видимо, не ко всем опусам. Если даже ноты Хиндемита было не достать, то что и думать про остававшихся в тени «гигантов»: Гюнтера Рафаэля, Хуго Дистлера, Вольфганга Фортнера и других.
В-третьих, - малая известность и конкуренция. Упомянутые выше авторы, среди которых и герр Рафаэль, не произвели никакой крупной музыкальной «революции» и не были новаторами, которые потрясли Старый и Новый Свет в XX веке. Но значит ли это, что они неинтересны и были обречены на титул «устаревших» во всех аспектах творцов? Отнюдь! И в этом вы убедитесь, когда познакомитесь с творчеством Гюнтера Рафаэля.
В целом, все очень просто: замкнутый круг - неизвестны, потому что не исполняются; не исполняются, потому что неизвестны.
Стоит начать с небольшой биографической справки, чтобы понять всю крутизну поворотов судьбы данного композитора.
Композиторы Гюнтер Рафаэль (слева) и Курт Георг Хуго Томас (справа)
Гюнтер Рафаэль родился 30 апреля 1903 года в Берлине, во времена правления последнего германского кайзера Вильгельма Второго Гогенцоллерна. Отец Гюнтера, Георг Рафаэль, был человеком образованным, отлично разбирающимся в медицине и в музыке. Как утверждают биографы композитора, Георг Рафаэль, будучи евреем, был настолько большим почитателем музыки Иоганна Себастьяна Баха, что принял таинство крещения и впоследствии стал музыкальным директором в кирхе Св. Матфея в Берлине.
Кирха Святого Матфея в Берлине, в которой Георг Рафаэль служил музыкальным директором.
Мать будущего композитора, Мария Беккер (1878 – 1952), скрипачка, была дочерью композитора эпохи романтизма Альберта Эрнста Антона Беккера
(1834 – 1899).
С самого детства Гюнтер был окружён музыкой. Его семья была в фарватере берлинской культурной жизни, имела внушительную дорогую домашнюю библиотеку. В 1904 году отец Гюнтера умирает, воспитанием ребёнка занимается мать и ближайшие родственники. С малых лет Гюнтер музицирует с матерью, играя на альте и фортепиано, а уже в 1913 году пишет первое короткое произведение для фортепиано — «Lied». В 1918 году мальчик активно осваивает органную и оркестровую музыку, изучает камерный репертуар. К восемнадцати годам Гюнтер уже самостоятельно осваивает все известные тогда стили и начинает заниматься композицией, получая уроки в частном порядке у Арнольда Эбеля (1883 – 1963). В 1922 году он пишет Пять хоральных прелюдий для органа соло, которые станут первым опусом в его каталоге работ.
В 1922 году Гюнтер получает стипендию Фонда Роберта Шумана в Лейпциге и переходит на новую ступень своего музыкального образования. Его наставниками становятся известные немецкие мастера: Макс Трапп (фортепиано), Вальтер Фишер (орган), Роберт Кан (композиция). Как отмечали наставники-композиторы, А. Эбель и Р. Кан, впечатление было такое, что все, чему они хотели научить своего подопечного, он уже знал. Позднее педагогом Гюнтера станет выдающийся немецкий органист Карл Штраубе (1873 – 1950), которого связывало многолетнее сотрудничество с великим немецким композитором Максом Регером. Сам Карл Штраубе, человек известный и весьма строгий, очень ценил своего ученика, пророча ему большое будущее.
Карл Штраубе за органом церкви Святого Фомы в Лейпциге
«Я знаю герра Рафаэля и восхищаюсь им как одним из величайших талантов нового поколения молодых немецких музыкантов. Известные мне произведения, все масштабные работы, которые начали издавать Simrock в Берлине и Breitkopf & Härtel в Лейпциге, свидетельствуют о таланте высочайшего уровня! <...> Гюнтера следует считать одной из самых больших надежд немецкой музыки»
— так отзывался о своём ученике великий органист Штраубе.
Музыка Гюнтера Рафаэля к концу двадцатых годов XX века становится известной и исполняется во всей Германии. Ещё в 1926 году премьерой его первой симфонии дирижирует сам Вильгельм Фуртвенглер!
И карьера молодого таланта показывала бы и дальше невероятно многообещающую динамику, если бы не приход нацистов к власти в Германии в январе 1933 года.
Несмотря на заступничество Вильгельма Фуртвенглера и положительные отзывы «дважды члена НСДАП» Карла Штраубе, происхождение Рафаэля не давало нацистам покоя. Интересно и то, что сам Штраубе, вероятно, вступил в НСДАП в 1926 году, когда ещё был наставником «мишлинга» Гюнтера Рафаэля. В любом случае, никакая протекция и уважение со стороны «расово-чистых» музыкантов не помогли Гюнтеру избежать преследований.
Сожжение книг на Оперной площади в Берлине, 10 мая 1933 года
В 1934 году Гюнтер Рафаэль поражён в правах как «полуеврей». Он лишается должности в лейпцигской консерватории в конце летнего семестра и получает запрет на профессию. Его музыка практически не издаётся и не исполняется. Музыкант женится на датской пианистке Паулин Йессен (1910 – 2002) и переезжает в Майнинген (Тюрингия), где преподаёт Паулин. Именно там композитор заражается туберкулёзом, который даст о себе знать немного позже. У четы рождаются две дочери с разницей в восемь лет: Дагмар и Кристина. Обе стали профессиональными музыкантами, играли на скрипке. Кристина Рафаэль возглавляла фонд имени своего отца, который занимается распространением музыки Гюнтера Рафаэля и по сей день, вплоть до скоропостижной кончины в 2008 году.
В 1937 году начались первые серьёзные симптомы лёгочной формы туберкулёза, но официальный точный диагноз был поставлен только в 1940 году. Существует обоснованная версия, что инфекция могла быть вызвана намеренно заражённой вакциной (как возможный акт саботажа нацистов), либо совершенно чудовищная и невообразимая медицинская ошибка. Последовала череда операций, в ходе которых Гюнтеру удаляли поражённые части лёгких, после чего ему пришлось долго восстанавливаться как в санаториях Германии, так и в нейтральной Швейцарии.
В 1941 году СС начинает активные попытки задержать Гюнтера Рафаэля, что сулило композитору мучительную смерть в подвалах Гестапо или в лагере смерти. Но тут туберкулёз стал своеобразным «спасением» от рук нацистов. Врачи не отдавали своего пациента в лапы кровавого Гестапо, мотивируя своё решение тем, что герр Рафаэль заразен. Никому не хотелось стать виновником вспышки туберкулёза, да и «гестаповцы» явно брезговали связываться с больным «полукровкой».
Доктор Франц Фольхард выступает в качестве свидетеля на Нюрнбергском процессе по делу врачей, 1947 год
Один из лечащих врачей Рафаэля, доктор Франц Фольхард, стал близким другом своего пациента и предоставил ему достаточно комфортные, а главное безопасные, условия жизни. Такая защита позволила композитору продолжать сочинять несмотря на запреты.
В 1945 году, когда Третий рейх прекратил своё существование, Рафаэль с семьёй переезжает в город Лаубах, бывший тогда в американской оккупационной зоне, где живёт по соседству со спасавшим его доктором Фольхардом.
Однако обрушение нацистского режима не стало облегчением, так как имя композитора было надёжно «вымарано» везде, где только можно. О продолжении карьеры в лейпцигской консерватории не могло быть и речи, так как Лейпциг уже был в советской зоне (впоследствии ГДР). Вместе с женой Паулиной они выступают фортепианным дуэтом, постепенно им открываются двери радиостанций.
В 1948 году Рафаэль завершает работу над одним из самых необычных в своём творчестве произведений — балетной сюитой «Jabonah» на монгольские народные темы Oр. 66 (источник: Youtube). В этом же году он получает премию имени Франца Листа.
К 1949 году Гюнтеру Рафаэлю удаётся найти издателей для публикации своих сочинений, созданных им в период гонений и болезни. В этом же году он снова начал преподавать, но уже в Дуйсбурге.
Слева направо: чешский дирижёр Карел Анчерл, композитор Гюнтер Рафаэль и флейтист Эрвин Милцкотт
Рассматривая творчество Гюнтера Рафаэля, невозможно пройти мимо хоровой музыки, как секулярной, так и церковной. Тут и масштабный Реквием, op. 20 для 4 солистов, хора и оркестра; и Немецкая заупокойная Месса (1940) = «Немецкий реквием» (post-mortem привет И. Брамсу!); и невообразимое количество хоральных партит, кантат, мотетов и других форм!
Изобилие церковной музыки открыло ему дорогу к посту кантора церкви Святого Фомы в Лейпциге в 1956 году, где он мог стать преемником своего учителя Карла Штраубе. Но полностью подорванное здоровье, годы гонений и нахождение Лейпцига в составе ГДР вынудили Рафаэля отказаться от столь престижной должности. В 1956 году Гюнтер Рафаэль становится преподавателем в Майнцской консерватории имени Петера Корнелиуса, а в 1957 становится профессором Кёльнской Высшей школы музыки.
19 октября 1960 года композитор, перенёсший за свою жизнь несколько тяжёлых операций и боровшийся с продолжительной болезнью, почувствовал себя плохо. Гюнтер Рафаэль скончался в карете скорой помощи по пути в больницу города Херефорд.
Казалось бы, многострадальная душа композитора обрела покой, его прах был погребён в Кёльне, но… В 2005 году по просьбе потомков останки композитора были перенесены на кладбище в парке Майнингена. Видимо, даже после смерти, мастер так и не смог обрести вечного покоя, потому что 5 августа 2012 года было решено вновь потревожить его могилу. Окончательным местом упокоения Гюнтера Рафаэля стало берлинское кладбище Целендорф.
Надгробие на семейной могиле Рафаэлей на кладбище Целендорф
Гюнтер Рафаэль оставил богатое наследие, состоящее более чем из трёх сотен опусов. Его музыка исполняется и издаётся преимущественно в Германии.
Автор: Андрей Мартюшов
#НеДиванныйКультуролог