– Насколько вам недостает ощущения международных стартов и насколько те соревнования, которые проводятся у нас, их замещают?
– Очень хочется вернуться. Проблема в абсолютном отсутствии практики. Возвращаться будет тяжело. В прошлом году на Игры БРИКС вышла, казалось бы, уровень не самый высокий. Но коленки трясутся, я как маленькая – а спортом на тот момент занимаюсь уже 12 лет. Вот что сделал со мной международный старт, хотя бы такой.
Я в юниорском возрасте успела объездить основные старты – юношескую Олимпиаду, чемпионаты Европы, мира, казалось, опыта должно хватать, есть взрослое понимание всего. Но опыт – на то и опыт, что приобретается постепенно, и, чем больше практики, тем больше стабильности и уверенности в себе.
– То есть даже Игры БРИКС, достаточно специфический старт, вызвал такие эмоции и переживания?
– Да, у нас было достаточно много зарубежных спортсменов, человек пять-шесть в секторе. Незнакомые новые лица, сразу чуть-чуть напрягаешься. Ты не думаешь об их результатах, не смотришь в протокол, на личные рекорды, просто видишь новые лица вокруг. С той же Кристиной Королевой мы прыгаем из старта в старт, у нас друг к другу эмоции уже не появляются.
А когда встречаешь незнакомых соперниц, это может как проблемой стать, так и положительно сказаться, все от типа психики зависит. Мне важно, когда все знакомо, просчитано.
– Вы говорили, что вам удается абстрагироваться от мыслей об отстранении. И все-таки в это сложно поверить. Вы же видите свои результаты и результаты ваших соперниц на зарубежных турнирах. Нет ощущения, что что-то идет не так?
– Ощущение есть, безусловно. Но я бы с ума сошла, если бы не абстрагировалась и постоянно думала об этом, выгорела бы 10 раз, может быть, уже закончила бы со спортом. Когда люди слышат это мнение, многие начинают смеяться над ним, воспринимать его как неправду. Но когда ты чем-то занимаешься – надо полностью фокусироваться на этом.
Я сконцентрировала все свои силы на деятельности, которой занимаюсь. Если буду расплёскивать себя на то, где меня нет, на то, чего у меня нет, на то, на что я не могу повлиять... Это как плевать в лужу или в воздух: лужу ты пополняешь, а в воздух – просто метаешь слюну, это глупо.
Несколько раз слышала мнение, что это лукаво, но это самозащита. После каждого сезона я откровенно реву. Конечно, мне обидно, мне больно, мне тяжело, однако я проживаю эти эмоции после сезона, когда у меня нет работы, когда нет соревнований и когда мне уже не нужно быть сильной. После сезона плачу, потому что ты сидишь дома, а люди с результатами гораздо ниже твоих – с медалями, они занимают условно «твое» место на каких-то соревнованиях.
Когда видишь девочек с результатом 1,88 в квалификации на Олимпиаде, а ты со своими 1,97 сидишь дома... Это обидно и грустно. Но знаете, если это проживать и переживать в моменте, когда самой нужно результат показывать, ты его не покажешь. Мысли будут не там.
– Как относитесь к практике, которая применялась у нас во время Игр в Париже, когда приравнивали результаты на внутренних стартах к результатам ОИ в Париже? Например, Евгению Чикунову называли двукратной победительницей олимпийской чемпионки.
– Да, меня тоже приравняли к третьему месту Олимпиады. Я считаю, что это, с одной стороны, круто – как-то внутри эго твое поддевает. Чувствуешь, да, ты крутой. Но головой понимаешь, что ты не там. В любом случае это другие эмоции и ощущения. И никто не знает, что бы было в Париже. Может быть, личный рекорд новый бы поставила, а может, квалификацию бы не прошла. На девчонок у меня никаких обид нет, есть обида на ситуацию, – сказала прыгунья в высоту Мария Кочанова.
