Расскажу как мы сливали последние 26 литров асцита. Предыдущие части смотрите на канале:
Последний "слив" асцита мы делали ближе к 8 утра, и он был самый трудный. Мне приходилось давить на живот, пытаться повернуться на один бок и на другой (полностью лечь на бок я не могла вообще), надавливать по всем каким можно участкам живота. Мне хотелось, чтобы вышло побольше, ведь жидкость будет снова набираться и чем больше я сейчас уберу, тем больше шансов что замедлю процесс налива хоть на маленький отрезочек времени.
Хирург пришел в 8 утра и сказал, что скоро у него пересменка и что с выпиской ко мне придет сменяющий его врач. Живот в это время уже был втянутым чуть ли не до позвоночника.
Я спросила у врача куда у меня делись все органы. Он улыбнулся, пощупал и сказал, что все органы на месте. В общем, походу они тупо сместились куда-то! Вниз? Внизу у меня выпирало что-то, явно не жидкость. Может, это мочевой пузырь?
Врач сказал, что не нужно уж прямо дожимать до последней капли. В общем, решили, что дренаж можно снимать. Врач ушел.
Утром приходила медсестра, молодая, видимо студенты на практике. Они еще потом говорили между собой, что вынужденно здесь находятся и хамили пациентам. Мне собирались брать анализы и делать укол кеторола. Подошла студентка медсестра и я прямо сразу почувствовала, что у нее тяжелая рука и сейчас она меня больно затыкает. Так и получилось. У меня должны были взять анализ крови и пока еще стоял катетер. Она не смогла взять анализ крови из катетера, как это раньше делали в больнице и поэтому очень больно выдрала пластырь и итоге там же прямо рядом с катетером воткнула иглу, чтобы взять кровь. Ушла. Укол пока поставить не смогли, так как я не смогла повернуться на бок вообще никак, из-за чего студентка очень недовольно психанула.
Мне стало страшно, а вдруг эта медсестра-студент будет у меня снимать дренаж? Ужас.
Но в итоге это пришел делать мой врач. Фух, пронесло! Он снял повязки, аккуратно и безболезненно вытянул трубочку из живота и тут же быстро приложил бинтик, обработанный спиртом. Спирт очень сильно зажег по ране, было очень больно, но я только чуть взвыла от неожиданности. Потом он ушел.
Встать я еще пока не могла, хотя надо бы уже выдвигаться домой. Я увидела, что уехать надо около 13 часов. Поздновато! Я еще пыталась поспать, была ужасающая слабость. Тем более все равно надо дождаться выписки.
Утром начали разносить завтрак! В этот раз я решила не отказываться и поесть (прошлым утром я отказалась). Давали пшеную кашу и чаек. Я ела, полусидя на кушетке, муж кормил меня с ложечки. Было очень страшно есть сразу много, потому что до лапароцентеза я была вынуждена питаться скудно. Но вроде все нормально, не тошнило, ничего не болело, изжоги не было.
Потом снова приходила медсестра, чтобы сделать укол, но я была не в состоянии повернуться на бок или встать, и она опять психанула из-за этого, ушла.
Около 10 утра ко мне пришла врач, представилась и отдала мне выписку. Я сразу же решила прочитать ее. Первое, что бросилось в глаза:
ПОЛУЧЕНО 26000 мл АСЦИТИЧЕСКОЙ ЖИДКОСТИ!
26 литров!!! 26???
Я стала вспоминать сколько раз мы откачивали, и цифра приблизительно совпала. Плюс-минус один литр может. В процессе муж передавал врачу сколько мы сливали.
Эта цифра была пугающей даже для меня. Я предполагала, что ношу 10, максимум 15, а то есть где-то ведро воды, ну никак не больше. Но чтобы столько… Как я вообще это выдерживала на своем истощенном теле и ногах? Зато стало понятно, почему в ногах были такие страшные отеки. Видимо, жидкость уже не влезала в живот и начала раскидываться по всему организму. Или просто от того, что почки пережимало и они не могли нормально работать, распределяя воду по организму равномерно.
Это кошмар. Живот беспрерывно у меня начал расти где-то в феврале 2024 года. Сливать начали 20 апреля 2025. 1 год и 2 месяца. Получается он нарастал, прибавляя около 2 литров в месяц. Плюс-минус, конечно, иногда ведь я чувствовала, что он растет медленнее, а иногда наоборот, была «прибавка» больше обычного.
Еще меня расстроило, что у меня критически низкий гемоглобин и очень высокие тромбоциты в крови. Гемоглобин не должен был удивлять, так как в последнее время я почти ничего не ела. Про тромбоциты я не особо понимаю, наверное, это что-то связано с тромбами и это очень опасно, раз показатель так сильно завышен!
Никаких рекомендаций про диету или мочегонные, которые обещал дать врач, в выписке, увы, не оказалось. Скорее всего это потому, что он ушел домой и выписку дописывала уже другой врач.
Еще было в выписке и то, что меня повеселило, а именно про УЗИ: скан не распечатан, ремонт аппарата нужен. Ну блин, все, хватит смешить, а то у меня еще шов не зажил! Муж спрятал выписку в мою толстенную папку с медицинскими документами.
Потом ко мне пришла какая-то банда врачей, что-то говоря между собой и поглядывая на меня. А потом, где-то в 10 утра ко мне подошло еще несколько врачей во главе с каким-то мужчиной. Он спросил мое имя, представился, сказал, что он главный врач-онколог.
Он поинтересовался про мои отказы от операции, пройденные обследования и спросил понимаю ли я что у меня за болезнь и состояние. Он сказал, что нужно поскорее пройти новые обследования (КТ, МРТ и т.д.), желательно платно, так как в бюджетной поликлинике это будет долго. Я сказала, что отказалась от лапароскопии, но он ответил, что зря, так как только сделав ее и гистологию опухолей можно определить дальнейшую тактику лечения.
- Ну а как же жидкость из живота, ее же сейчас тоже на гистологию отправим? – спросила я.
Врач ответил, что это цитология и это немного другое. Да, цитология поможет понять есть злокачественные клетки или нет, но сам тип опухоли можно определить только отщипнув от нее кусочек, а для этого нужна лапароскопия в любом случае.
Он сказал, что после диагностики в бюджетной больнице мне скорее всего откажут в лечении и тогда можно будет обратиться к ним и сделать полостную циторедуктивную операцию и одновременно внутрибрюшинную химиотерапию с введением какого-то нагретого лекарства. Я не поняла толком, о чем идет речь (набрала позже в интернете, это был Hipec). Этим, как он сказал, можно будет хотя бы продлить мне жизнь. В этой больнице они делают такие операции. Он оставил свой номер телефона на бумажке и ушел. Мы спрятали номер к моим медицинским документам.
Все, можно выдвигаться домой? Но как встать? Сил не было вообще ни капли! Я увидела, что уехать нужно было около 13-14 часов. До этого времени я решила чуть-чуть вздремнуть.
Но не тут-то было. Все вокруг нас стало резко оживать. Нам начало казаться, что нас будто выгоняют с этой больницы. Начали ходить туда-сюда какие-то врачи, люди и, казалось, все косились в нашу сторону недобрыми взглядами.
Мы уже выглядели как какие-то неотесанные бомжи. Я с грязными нечесаными волосами, в испачканной футболке, неотесанная и муж во всем черном, небритый, нестриженный, со стеклянным от недосыпа взглядом. Мы чувствовали, что надо сваливать, но встать мне было трудно и больно. Слабость нарастала.
Днем привезли пациентку с ДТП и положили недалеко от нас. Все разговоры после ее поступления велись только про машину. Сколько страховка, сколько ремонт, машина, машина, машина. Пришла полиция и они стали опять разбираться с этой несчастной машиной и только после этого пациентку начали обследовать. Да, на себя плевать, главное машина.
В общем вздремнуть в этом балагане не удалось. Видимо, собираться нужно уже сейчас. В этот момент кто-то пришел забрать у нас аппарат для измерения давления и градусник. Ну думаю, еще немного и из-под нас укатят все, в том числе и кушетку! Пора вставать и сваливать.
Перед этим мне нужно было сходить в туалет, так как очень уж прижало. Встать было очень трудно. Пыталась расходиться, но хотелось лечь обратно от усталости. Мы слили живот, но внизу страшно висел какой-то комок. Это не жидкость, нет, ее я дожала до самого конца! А что тогда? Кожа от натяжения провисла? Опущение мочевого пузыря?
Кстати, я думала, что живот после лапароцентеза будет весь сморщенный и страшный. Я видела фотографии девушки после родов тройней. Но у меня он был вполне нормальный, гладкий, не морщинистый, только этот ком свисал книзу, и кожа тянулась немного только если ее ущипнуть.
У нас забрали стул, который стоял рядом, из-за чего нам стало некуда класть вещи. Ну, думаю, пора точно пошевеливаться и валить.
Придерживая живот рукой, я дошла до туалета, опять с мужем. Взяла снова антисептик, лежащий рядом и не зря - там было грязно. Из туалета для инвалидов выбежала какая-то девушка в уличной одежде, даже не помыв руки. По ней и не скажешь, что она после себя такой срач оставит! Кошмар. Я снова попыталась сходить в туалет по-большому так как был позыв, но выходила только водичка. Муж опять стоял рядом отвернувшись.
В это время в соседнюю кабину зашли какая-то бабуля с санитаркой. Она видимо была плохо ходящая, раз медработница постоянно причитала почему она не могла сходить в утку. В итоге бабушка села на унитаз (все это было слышно отчетливо из соседней кабины, где были мы) и не смогла оттуда встать, опрокинула металлический ящик с туалетной бумагой и по восклицаниям санитарки, все запачкала. Грохот стоял страшный. Девушке пришлось бежать звать кого-то на помощь и в итоге пришел какой-то мужик и они стали ее оттуда вместе вытаскивать.
Понятно, что расслабиться и нормально сходить в туалет в такой обстановочке будет трудно. Мы притихли и не выходили наружу, ждали, когда они все уйдут, чтобы не мешать. Ждали с нетерпением, и я немного напряглась от того, что мы оставили там в приемном отделении вещи. Мы ведь как бы уже выписаны, вдруг их кто-то заберет, спрячет. Когда все улеглось мы доползли обратно и я села на стул.
Как уехать отсюда? Мы стали продумывать варианты. Такси? Как забраться в это такси? Мне тяжело ходить даже и садиться на унитаз и на стул, а как поворачиваться, нагибаться? Смогу ли я вообще нормально забраться в машину?
Ко мне подошел какой-то врач и начал спрашивать, когда мы уедем, чего я тут сижу ожидаю от них и начал объяснять, что помочь они мне больше ничем не могут. Ну да, именно для этого мы тут торчим! Знал бы он как я бы и сама рада свалить отсюда, да только как? Я рассчитывала, что лапароцентез пройдет за одну ночь и я легко встану после него. А в итоге мы застряли здесь на двое суток и легче мне что-то пока не становится! Все давалось с большим трудом, было страшно пошевелиться. Никакого облегчения после лапароцентеза нет. Все хором говорят, как сразу станет хорошо, но мне не стало. Я бы сказала, наоборот, нужно учиться ходить заново. Тело по ощущениям было какое-то пластилиновое, будто вообще не мое.
Врач начал спрашивать нужна ли нам служба перевозки для лежачих больных, мы отказались.
Короче, нас уже конкретно начали выпинывать из этой больницы, а уже как раз был час дня! При этом приемный покой был полупустой, свободные места были.
Муж вызвал такси. Чтобы оно могло подъехать к приемному покою, нужно было сообщить охраннику номер машины, так как там шлагбаум, заехать могут не все.
Он нашел мне где-то нормальную каталку, посадил меня, и мы поехали. Такси приехало, я с горем пополам забралась в машину (благо, она была нормальная). Тронулись. По пути я считала животом каждого лежачего полицейского и каждую кочку. Казалось, что-то сотрясается внутри меня при каждом резком движении.