Брусчатка лошади не понравилась. Идти неудобно, твердая и пахнет так себе. Наверное, потому что машины по ней ездят. Лошадь еще раз ее понюхала, убедилась, что она не зря записала брусчатку в список врагов, зевнула и перешла на бордюр. У Лошади были длинные ноги, белые носочки, еще зимняя, пушистая шерсть и белое пятно на морде, сбоку. Как-будто кто-то поцеловал. Лично сама Лошадь считала, что попробуй подойди и поцелуй, нечего лезть в морду. Зв бордюром начиналось поле и Лошадь шла туда и думала. Всю свою жизнь лошадь жила на разных хозяйствах. Много ездила (терпеть не могла), узнавала много людей (почти на одно лицо), жила в разных местах (еда есть, морковка — временами, ну и ладно). Поэтому первое, что делала Лошадь в новом месте — тикала. Пролезала под оградами, виртуозно открывала калитки, перепрыгивала или перешагивала через препятствия и шла узнавать мир. Ей просто очень нужно было знать, что вокруг нее, а люди не всегда это понимали. Однажды ее поставили на привязь, вбив колышек в землю, лошади понадобилось полдня, чтобы его вытащить и уйти, мстительно забрав колышек с собой. Она всегда возвращалась обратно, чего эти люди так суетятся? Правда, тот колышек она не вернула. Подарила гусю. Глупая птица, наверное, до сих пор пытается его поднять. Колышек то был железный. Лошадь зевнула, посмотрела по сторонам и пошла к полю. У нее было дело. Кроме побегов у Лошади было еще одно хобби. Она собирала длинные и непонятные слова. Запоминала их рассказывала потом другим животным. Например, сейчас ей очень нравилось слово «ми—за—нтроп» подумав, Лошадь решила, что побудет Мизей. А на прошлой неделе она была Уней. От слова «Уни—фи—кация». А еще она Ар. От слова «Ар—хе—ология». Красиво же, кто поспорит.
К полю лошадь тоже шла по делу и не просто так. Она и вышла так рано, спустилась с холма, прошла через небольшой придорожный рынок, который еще не проснулся, постояла на брусчатке, которая ей все еще не нравилась, пожевала колючку, плюнула ее там же и оставила свою автограф на тротуаре. Большой такой и ароматный автограф, чтобы, когда поедет или пойдет кто—то сразу поймут, что тут была лошадь. И обрадуются. Ну или обрадуются тому, что она уже ушла, потому что Лошадь сегодня была Мизей. Ми—за—нтропом. Лошадь вышла в поле и стала искать то, зачем пришла. Ага. Вот они. Лошадь тихо заржала. Она победила!
Коза, которая обожала спорить, бодаться и не любила собак, зато сразу прониклась дружескими чувствами к новенькой еще спала, когда кто-то выплюнул ей на голову кустик желтых крокусов вместе с комом земли.
— Вот. Я же тебе говорила, что они уже цветут, — Сказала Новенькая и стала есть сено.
Коза посмотрела на себя в отражение в луже. Ей очень шел мокрый и слегка пожеванный куст желтых цветов. Вон, как красиво свисает с ушей и даже комок земли на рогах лежит красиво…
— Ладно. Хорошо. Давай позавтракаем и я покажу тебе тропинку, по которой можно подняться на холм, там вокруг такая география! — сказала Коза Лошади.
Лошадь кивнула. Пожалуй, что тут ей нравится. Надо будет подняться вместе с Козой на холм и осмотреть окрестности. Кажется, тут… интересно. «Гео—гра—фия».