Бывший вратарь ЦСКА рассказал о последнем сезоне Тихонова в роли главного тренера клуба (2003/04).
– Максим Михайлович, каким тренером Тихонов был в последнем сезоне?
– Не думаю, что он как-то особенно изменился с возрастом. Виктор Васильевич по-прежнему оставался максимально требовательным. Конечно, возраст чувствовался, но скорее для тех, кто его давно знал. Все же я с ним с 1988 года, и я видел изменения, но остальные это ощущали вряд ли.
– В чем проявился возраст?
– Все просто — забывчивость. Он мог сказать что-то и забыть. Впрочем для него это не было проблемой, поскольку он все и всегда записывал. Тихонов постоянно вел дневники, и когда было необходимо, поднимал свои «мемуары». Поэтому всегда знал – что, где, когда и кому нужно сделать. Мне кажется, он записями не расставался.
– Хоккеисты жили на базе, как и в советские времена?
– В плане сборов особо ничего не изменилось. Они как и раньше проходили в Архангельском. Разве что мы чуть меньше времени проводили на базе, но не очень. В остальном все точно так же – требовательно и жестко. Дисциплина превыше всего.
– Как это проявлялось?
– Например, Тихонов боролся с телефонами. Он постоянно с ними боролся, еще с советских времен. Тогда это был обычный телефон, который на базе один на всех, и звонить можно только в определенное время. В 2000-е годы Тихонов запрещал мобильные телефоны.
Как только они распространились, так и запретил. Если в раздевалке замечал телефон, это был штраф, – рассказал Михайловский.
