Сегодня мы поговорим о любви. Но не о той, которая тихая и размеренная, как река. О той, что вспыхивает внезапно, как молния в кромешной тьме летней ночи, которая ослепляет, обжигает душу до пепла и так же внезапно исчезает. И в душе остается только невыносимая тишина, выжженное пространство и горький привкус утраты. И только боль и обрывки воспоминаний, как осколки разбитого зеркала, продолжают колоть изнутри.
Именно о такой любви, стремительной, роковой и обречённой, во многих своих произведениях писал Иван Алексеевич Бунин. Для него это чувство - словно мгновенная, ослепительная вспышка во тьме, и тут же - глубокий, нестерпимый ожог на всю жизнь. Откуда в нём эта пронзительная, почти физическая точность в описании страсти и боли? Возможно, корни - в самой жизни писателя, полной острых утрат и несбывшихся надежд.
Печальная история первого брака Ивана Бунина: Любовь, рассыпавшаяся в прах
Судьба свела Бунина с Анной Цакни, дочерью одесского издателя, в 1898 году. Молодая, пышущая здоровьем и жизненной силой девушка ослепила известного писателя. Обычно сдержанный, погружённый в мир мысли и слова, Бунин потерял голову. Он влюбился в неё со всей страстностью и нетерпением юноши, увидевшего своё первое чудо, и, опьянённый этим чувством, скоропалительно сделал ей предложение.
Прошло всего несколько месяцев после знакомства, и они обвенчались.
Но семейная жизнь дала трещину почти сразу. Анна была прекрасна - яркая, как маков цвет, страстная, полная земной, кипучей энергии. Но сложный, извилистый лабиринт внутреннего мира Бунина, его тихие метания души, творческие поиски и тоска по возвышенному оставались для неё глухой, непонятной тарабарщиной. Они словно говорили на разных языках: он – шёпотом о вечности и звёздах, она – звонким голосом о балах, нарядах и сиюминутных радостях. И с каждым днём стена непонимания вырастала между ними всё выше.
Единственным лучиком света, теплом, скрепляющим этот дающий трещины союз, стал их сын Коля, родившийся в 1900 году. Но мальчик умер от менингита, когда ему не было и пяти лет. Вместе с ним исчезли и хрупкие отношения между супругами, оставив после себя лишь пустоту и отчаяние.
Бунин тяжело переживал смерть сына. "Коля умер, и я умер вместе с ним" - выцарапывал он чернилами тоски в своём дневнике. Их брак с Анной рассыпался, как карточный домик, прожили они вместе всего четыре года. Это горе, чёрное и бездонное, Бунин пронёс через всю свою долгую жизнь. Оно стало частью его крови, частью его мыслей, наложило мрачный, трагический отпечаток на его взгляд на мир и на человеческие отношения.
Сегодня, вслед за писателем, мы заглянем в три его рассказа, где любовь - это не финал, а начало боли, и где говорят шёпотом о чем-то несбывшемся.
"Солнечный удар"
Они встретились совершенно случайно, вместе плыли на пароходе. Ни имён, ни прошлого, никаких обязательств... Только палящее, дурманящее жаркое лето, сладкое, липкое вино на губах и одна-единственная ночь, вырванная у вечности. Ночь, после которой уже ничего не будет и не может быть.
Он умоляет её остаться, но она уходит, уходит бесшумно, как сон на рассвете. Оставляя после себя поглощающую, гулкую пустоту. И тихую, ноющую боль, похожую на боль от ожога. И любовь, которая так и не обрела имени... Любовь, которая была лишь ослепительным, беспощадным солнечным ударом, от которого кружилась голова и темнело в глазах.
"Чистый понедельник"
Она - живая, дышащая загадка, тёмный водоворот, который он так и не смог разгадать до конца. Близость, лишённая слов, страсть, отрицающая будущее. Он любит её безумно, слепо. Она же словно играет с ним в изощрённую игру, то притягивая невыносимой близостью, то отталкивая ледяным безразличием. А потом - внезапный уход в монастырь. Будто ей с самого начала была нужна не любовь земная, а вечное очищение от неё.
Он же остаётся на холодном, опустевшем берегу своей прежней жизни. И с ним - лишь бесплотные тени воспоминаний: о глубине её тёмных, непроницаемых глаз, о загадочной, печальной улыбке, о том, что могло бы быть...
"Тёмные аллеи"
Они встретились через тридцать долгих лет. Он - отяжелевший, усталый старый генерал в пыльном сюртуке. Она – хозяйка постоялого двора, когда-то любившая его без памяти.
Он, смущённо ковыряя ложкой, извиняется за то, что жестоко бросил её когда-то, сломав ей жизнь. А она, не поднимая на него глаз, тихо говорит: "Молодость у всякого проходит, а любовь – другое дело".
Всю свою жизнь, как драгоценную икону, она хранила в сердце эту любовь. А для него она была лишь мимолётным, хотя и ярким эпизодом в длинной череде дней...
И теперь он уезжает, гремит колёсами его кибитка по мокрой дороге, и оставляет после себя лишь горький, как полынь, осадок на душе и образ тех самых тёмных, заросших аллей прошлого, где когда-то, в другом времени, цвела их юность и та самая, навеки несбывшаяся любовь.
У Бунина любовь почти никогда не бывает счастливой. Она либо ускользает сквозь пальцы, как вода, либо сгорает дотла в одно мгновение, либо так и остаётся немым криком в груди.
Но именно поэтому, в своей хрупкости и обречённости, она так невероятно, болезненно прекрасна и вечна в его прозе. Как вспышка той самой молнии, на мгновение озаряющая всё вокруг перед тем, как погрузиться в ночь.