Показатель укоренения инфляции, рассчитанный изданием The Economist, говорит о том, что проблема Штатов — худшая в развитом мире
В идише есть непереводимая на английский язык фраза «фаршлептэ кренк», которая описывает затяжную болезнь, что никак не отступает. Именно так ощущается борьба с инфляцией в некоторых богатых странах. Темпы роста цен резко упали с острой фазы 2022 года, когда инфляция в странах ОЭСР достигла почти 11%, самого высокого уровня с 1970-х годов. В июне средняя инфляция в странах клуба составляла около 2,5%, лишь ненамного выше целевых показателей большинства центральных банков. Однако во многих англоязычных странах все еще сохраняются затяжные симптомы.
Чтобы точнее диагностировать это недомогание, The Economist обновили показатель «укоренения инфляции» для десяти богатых стран. Он рассчитывается на основе пяти индикаторов: базовой инфляции, удельных затрат на рабочую силу, дисперсии инфляции, инфляционных ожиданий и поискового поведения в Google. Эксперты ранжируют каждую страну по каждому индикатору, а затем объединяют эти ранги для получения общего балла.
Результаты выявляют существенный разрыв. Страны ЕС и Азии показывают хорошие результаты. Франция, которая также хорошо показала себя в прошлый раз, когда мы проводили это исследование в 2024 году, теперь имеет наименее укоренившуюся инфляцию среди всех рассмотренных нами стран. Снимаем перед ними шляпу. Японская инфляция, как и ожидалось, имеет слабую хватку.
Однако в англоязычном мире инфляция выглядит хронической. Великобритания показывает худшие результаты в целом. За год до второго квартала 2025 года базовые цены в стране (без учета продуктов питания и энергии) выросли на 4,3%. Три четверти товаров в потребительской корзине британца подорожали более чем на 2% за последний год — это необычно высокая «дисперсия инфляции». Австралия не сильно отстает: удельные затраты на рабочую силу (то, что платится работникам за производство единицы продукции) в первом квартале были почти на 5% выше, чем год назад. Несмотря на более слабую экономику, чем у ее южного соседа, проблема инфляции в Канаде почти так же серьезна.
Несколько факторов могут объяснить устойчивость инфляции в этих странах. С 2022 по 2024 год правительства англоязычных стран в среднем увеличили дефицит бюджета на два процентных пункта ВВП, в то время как в других странах наблюдалось его сокращение на один процентный пункт. Это подстегнуло спрос — что эквивалентно попытке вылечить болезнь, облизывая дверные ручки. Англоязычные страны также приняли много иммигрантов в последние годы. По крайней мере, в краткосрочной перспективе, новоприбывшие могут подтолкнуть вверх цены на определенные вещи, особенно на жилье.
На фоне этих плохих новостей все еще есть основания надеяться, что инфляция скоро будет выглядеть менее устойчивой. Абсолютный уровень укоренения инфляции, похоже, снижается: страна с наименьшим укоренением инфляции в прошлый раз, Япония, на этот раз заняла бы шестое место с конца. Банк Англии может указать на слабые инфляционные ожидания британцев как на доказательство того, что ценовое давление скоро ослабнет. Банк Канады может подчеркнуть низкую дисперсию инфляции. Кроме того, большинство англоязычных правительств одновременно ужесточают фискальную политику и резко сокращают иммиграцию.
Америка — исключение. Хотя иммиграция сокращается, правительство все еще жмет на фискальную педаль газа. А пошлины президента Дональда Трампа подогрели опасения нового витка роста цен, поскольку американские фирмы перекладывают свои возросшие издержки на потребителей. Американцы чаще других ищут в Google термины, связанные с инфляцией. В течение следующего года население ожидает, что цены вырастут на 5,5% — выше, чем в любой другой стране. Затяжная болезнь раздражает, но болезнь, которая усугубляется, переносить еще труднее.
Подготовлено Profinance.ru по материалам The Economist
MarketSnapshot - ProFinance.Ru в Telegram
По теме:
Инфляция в США вырастет из-за тарифов
Вступили в силу новые пошлины Трампа. Что будет с мировой экономикой