Приезжий с юга сотрудник оказался со своеобразными привычками.
Семен СЕРГЕЕВ.
В модном московском ресторане, специализирующимся на японской и восточной кухне, где каждая сиба-раба на тарелке выглядит как инсталляция, работал один человек-загадка. Звали его Фаррух. Он был из тех, кого принято называть "ценными иностранными специалистами". Приехал откуда-то с юга, с солнцем в немного печальных глазах и трудолюбием, которое в столице давно стало такой же диковинкой, как парковка в пределах Садового.
Чем же он питается?
Загадочную историю рассказал другой работник того же кафе, а опубликовал телеграм-канал "КолоколЪ". Имена и некоторые незначительные детали изменены.
Фаррух был специалистом широкого профиля на кухне. Он мог делать всё: чистить сицилийские креветки так, будто счищал с них бренность бытия, нарезать овощи с медитативной точностью самурая, мыть посуду с отрешенностью буддийского монаха. Но была у него одна странность, почти аномалия. Он никогда не ел.
Совсем. Когда остальной персонал усаживался перекусить, чем Бог послал или что жена с собой дала, Фаррух игнорировал приглашения с вежливой улыбкой. На всеобщее удивление отвечал коротким:
- Спасибо, я не голоден.
Управляющая Ольга Сергеевна, женщина советской закалки, прошедшая огонь, воду и проверки Роспотребнадзора, сначала даже подозревала в нем какого-то сектанта.
- Может, он солнцем питается? Праной?
– иронизировала она, наблюдая, как Фаррух порхает по кухне, легкий и невесомый, будто лишенный земных потребностей. Его аскетизм вызывал смесь уважения и тихого ужаса.
Математика и тартар из тунца
А потом в ресторане начались странности. Финансовые. Ольга Сергеевна, сверяя отчеты, хмурила свои идеально нарисованные брови. Не сходилось. По документам выходило одно количество продуктов, а на выходе – другое. Недостача. Сначала грешили на поставщиков. Потом - на поваров. Потом – на молодых официантов. Может, роняют по дороге?
Шеф-повар, нервный гений с татуировками, орал на су-шефа, что тот кладет в тартар из тунца слишком много рыбы.
- Мы так по миру пойдем! Это тебе не столовая!
Су-шеф огрызался. Напряжение висело в воздухе гуще, чем аромат трюфельного масла.
Провели инвентаризацию. Дыра в "продуктовой корзине" оказалась небольшая, но стабильная. Словно в ресторане завелся кухонный полтергейст с отменным аппетитом. Ольга Сергеевна была в отчаянии. Воровать в ресторане было дурным тоном и в целом не принято.
Большой брат смотрит, как ты ешь
Решение пришло внезапно и было до обидного простым. Камеры. В слепых зонах кухни, у стойки выдачи заказов, установили пару новых, почти невидимых "глазков". И стали ждать.
Разгадка пришла на второй день. Ольга Сергеевна и шеф-повар сидели в ее кабинете, уставившись в монитор, как зрители на премьере артхаусного кино. И вот он, главный герой. Фаррух. Он подходил к стойке, брал готовое блюдо, которое официант должен был вот-вот унести в зал. Оглядывался – быстро, почти неуловимо. И дальше начинался перформанс.
Он не жрал. Нет, это было бы слишком грубо. Он дегустировал. Аккуратным, отточенным движением он выуживал из пасты самую жирную креветку. Отщипывал самый сочный кусочек от стейка. Зачерпывал ложечкой самый краешек нежного парфе. Все это – за три-четыре секунды. Лицо его при этом сохраняло абсолютно непроницаемое, почти скорбное выражение. Словно он не воровал еду, как шкодливый кот, а исполнял некий священный ритуал, проверяя качество перед отправкой на суд взыскательной публики.
Поправив гарнир, чтобы скрыть следы своего гастрономического преступления, он отступал в тень за секунду до появления официанта. Ольга Сергеевна смотрела на экран, и ее лицо медленно приобретало цвет перезрелого томата. Шеф-повар молча курил, выпуская дым в вентиляцию. Кино было окончено.
"Я просто пробовал"
Разговор был коротким. Фарруха позвали в кабинет. Он вошел, как всегда, тихий и вежливый. Ему молча развернули ноутбук.
- Что это, Фаррух? – ледяным тоном спросила Ольга Сергеевна.
Он смотрел на экран долго, не моргая. На его лице не было ни стыда, ни страха. Только все та же вселенская печаль.
- Я пробовал,
– тихо сказал он.
- Пробовал? Ты съедал половину порции!
- Я не завтракаю. И не обедаю. Денег нет. Домой надо отправлять. А тут... запах... Я просто пробовал. На соль. Чтобы гостям вкусно было.
Он говорил это без всякого выражения, словно сообщал прогноз погоды. В его мире, видимо, это была железобетонная логика. Он не воровал, он осуществлял контроль качества. Бесплатный. И заодно немного питался. В соответствии, так сказать, с производственной необходимостью.
В тот же день его рассчитали. Он взял свои небольшие деньги, так же тихо и вежливо попрощался и растворился в московском вечере. А на кухне еще долго не могли отойти от шока. Тайна человека, который никогда не ел, была раскрыта. Он ел. Просто за чужой счет.
Не Фаррухом единым
Случай в этом московском ресторане, конечно, не уникален. Гастрономический соблазн регулярно ломает работников сферы общепита, особенно тех, кто находится на самой низкой ступени пищевой цепочки. И если Фаррух действовал тайно и изящно, то его "коллеги" по несчастью порой попадаются куда прозаичнее.
Вся страна не так давно наблюдала за курьерами служб доставки, которые, застряв в лифте или подъезде, не могли удержаться и пробовали еду из чужого заказа. В Санкт-Петербурге курьер Delivery Club был уволен после того, как видео из лифта, где он руками ест из контейнера клиента, попало в сеть. Похожий случай произошел с курьером "ВкусВилла" в Москве – его тоже зафиксировала камера видеонаблюдения, когда он пытался устроить себе обед из чужих продуктов. В Казахстане доставщик и вовсе снял на видео, как он пробует блюдо перед отправкой, и выложил это в интернет, видимо, считая забавным.
Это все звенья одной цепи. Истории о людях, которые целый день носят и возят ароматную, горячую, дорогую еду, вдыхают ее запахи, но не могут себе ее позволить. И в какой-то момент человеческое берет верх над профессиональным. И рука сама тянется к чужой котлете. Просто чтобы попробовать. На соль. На сытость. На вкус другой, недоступной жизни.