«Московиты пьют водку не иначе как с ревенем – ревень уничтожает ее вред и делает ее весьма полезной»
Но не это свойство ревеня (хотя и весьма полезное, согласитесь) привело к тому, что императрица Анна Иоанновна подписала беспощадный указ: «А ежели хотя фунт того ревеню, где бы ни было у кого найден будет, то взыскано будет не токмо отнятием всего имения, но и смертною казнию… И сей указ публиковать печатными листами во всем государстве, и при всех портах и таможнях, чтобы никто неведением не отговаривался», – так гласил документ, утверждённый 22 июня 1735 года. Неделей ранее был издан указ о конфискации всего имущества у тех, кто был схвачен во время продажи «того ревеню». И всё же императрице этого показалось мало, и спустя несколько дней наказание для нарушителей государственной монополии на ревень максимально ужесточили.
Смертная казнь вводилась не только тем, кто пытался в обход таможни вывозить ревень за пределы Российской империи, но и для таможенников, уличенных в пропуске ревеня за границу. Указ императрицы был небывало подробным и пугал нелегальных продавцов даже преследованием спецслужб за пределами России: «Объявить всем купцам, что не только здесь, но и в Англии и Голландии и в других местах смотреть повелено, дабы о таком воровском отпуске ревеня и от кого туда отпущен известно было. Будут такие ослушники сысканы и по вышеописанному истязаемы…» Так и написано: не просто наказаны – истязаемы!
Почему такие кары грозят тому, кто продаёт ревень – всего лишь траву из семейства гречишных с хорошим содержанием витаминов, сейчас его разводят только отдельные любители – фруктов и ягод сейчас море!
Да, из черешков (стеблей) ревеня можно сварить вкусное варенье. Ни для чего большего он ныне не применяется, за исключением нескольких рецептов народной медицины. Однако три столетия назад ревень на международных рынках стоил баснословные деньги – такие, что царская казна считала его продажи в фунтах, то есть буквально в граммах.
Из растений подобным спросом отличался разве что тюльпан, да и то этот спрос был подогрет искусственно: начались спекуляции чуть ли не на уровне государств, создавались и рушились состояния… А что ревень?
Секрет прост – со времён античной медицины ревень включался в массу рецептов, считаясь если не панацеей, то чем-то близким к этому. С XVII века в Западной Европе корнем ревеня пытались лечить буквально всё – от чумы до геморроя. Сегодня это выглядит наивным, но тогда ревень являлся важнейшим ингредиентом в мировой фармацевтике, от Пекина до Лондона.
Смертные кары в указе царицы Анны Иоанновны становятся понятны, если проследить рост цен. В 1735 году пуд ревеня в Петербурге стоил 37 рублей – столько же, сколько 5–6 крепостных или полдюжины лошадей. Но на рынках Голландии и Англии цена за пуд ревеня в том году достигала 289 рублей!
«Московиты пьют водку не иначе как с ревенем; ревень уничтожает ее вред и делает ее весьма полезной»
В середине XVII века в списке товаров, способных доставлять царской казне так необходимую иностранную золотую и серебряную монету, появился корень лекарственного ревеня. В Европе он продавался как «русский ревень», хотя рос и добывался в Китае, а поставлялся Московскому государству бухарцами, много веков жившими в китайских южных провинциях и монополизировавшими этот бизнес.
Иоганн де Родес, прикомандированный в 1647 году к шведскому посольству в Москве для изучения русской торговли, сообщал в 1653 году:
«Ревень, как и шелк, теперь доставляется Их Царскому Величеству, так что никакому частному лицу не дозволяется им торговать. Он, впрочем, как сообщается достоверными людьми, нигде не растет, как только в Бухаре, и раньше бухарцами продавался персам… Но теперь уже несколько лет бухарцы продавали его русским, русские же начинают его высоко ценить, потому что они тоже замечают, что он ни в каком месте более не растет, и если они смогут с течением лет прибрать его весь к своим рукам, то со временем они будут в состоянии назначать цену по своему усмотрению».
Высшим сортом считали ревень, который на срезе был золотистым (жёлтым).
Вторым сортом были корни со срезом «рудо-желтого» цвета, и третий сорт имел беловатый срез.
Корень ревеня тогда ценился европейцами не столько как лекарство, сколько как краситель для кож и тканей – цвет появлялся очень стойкий. С его же помощью светловолосые женщины превращались в златовласок. Было у корня и еще одно применение. Об этом рассказал Антиохийский патриарх Макарий, посетивший Москву в 1655 году:
«Московиты пьют водку не иначе как с ревенем, который кладут маленькими кусочками в посуду с водкой, и она делается желтой как шафран; ревень уничтожает ее вред и делает ее весьма полезной».
В Россию «гречишный корень» попадал из Восточной Сибири и Китая. Отдельные виды ревеня росли даже на берегах Дона, но максимально целебным и ценным считался именно сибирский или китайский ревень. Государственная монополия на него просуществовала с короткими перерывами более столетия – от царя Алексея Михайловича до императрицы Екатерины II.
Уже в 1650 году из Архангельска иностранные купцы вывезли 150 пудов ревеня, уплатив за него 7,5 тыс. руб. серебром. Ранее китайский ревень попадал в Западную Европу через Среднюю Азию и Османскую империю, но в XVII веке Россия успешно перехватила почти всю транзитную торговлю ценным «корнем».
При Петре I сибирский и китайский ревень приносил казне столько же прибыли, сколько экспорт знаменитой чёрной икры. В годы Северной войны со шведами «ревенная торговля» позволяла России ежегодно строить два дополнительных фрегата.
В 1748 году императрица Елизавета Петровна указом «О непропуске за границу заповедных товаров, а в особенности ревеня» подтвердила существовавший уже почти столетие запрет частным лицам любых чинов и национальностей вывозить из России ревень, а также применение к нарушителям «наижесточайшего истязания», ведь особенности этого товара заставляли европейцев платить за него колоссальные деньги.
Со временем фантазии на тему «ревень лечит все болезни» угасли, но осталась кулинария: в английской кухне — это ревеневый пирог. В Германии — ломтики ревеня с ванильным кремом. А русской кухне явно не откажешь в оригинальности рецепта ревеневого борща (щей), киселя, ревеня с медом и пастилы из него.