— Я купил её для тебя, честно, — голос Артёма дрогнул. В глазах его мелькнула странная тень, которую я никогда прежде не видела.
— Так чего ж она распечатанная? И цвет не мой совсем! Ты же знаешь, я такие яркие не ношу, — я крутила в руках дорогую помаду цвета спелой вишни. — Чего молчишь? Думаешь, я полная дура?
Ключ в замке повернулся с привычным щелчком. Я вошла в квартиру, уставшая после бесконечного рабочего дня. Сил хватило только на то, чтобы скинуть с гудящих ног туфли. Пять лет мы с Артёмом живём вместе, а я всё никак не могу привыкнуть к его нелюбви к домашним тапочкам. Обувь аккуратно составлена по размеру – его идеальный порядок против моего творческого хаоса.
— Артём! — позвала я, хотя и знала, что ответа не последует. По средам у него тренировка, возвращается обычно к восьми.
Желудок жалобно заурчал, напоминая, что обед сегодня пришлось пропустить из-за внезапной планёрки. Я поплелась на кухню, на ходу стягивая офисный пиджак. Открыла холодильник – картина безрадостная. Надо бы сходить в магазин, но сил совсем не осталось.
— Закажу-ка доставку, — пробормотала я, доставая телефон.
Пока оформляла заказ, вспомнила, что завтра у Маринки день рождения, а подарок ещё не купила. Хотя... Недавно видела у Артёма в шкафу красивый шарфик с биркой. Наверняка купил мне на какой-нибудь праздник, но вполне можно одолжить для подруги, а потом себе что-нибудь другое выбрать.
Направилась в спальню, открыла дверцу шкафа. Артём всегда складывал вещи идеально – костюмы к костюмам, рубашки к рубашкам. На верхней полке обычно лежали шапки, шарфы и прочие аксессуары. Приподнялась на цыпочки, нащупала что-то мягкое. Потянула на себя и обнаружила маленькую бархатную коробочку, упавшую откуда-то сверху.
— Ничего себе! — я наклонилась, чтобы поднять находку.
Внутри оказалась дорогая помада в золотистом футляре. Странно, что она без упаковки. Я открыла колпачок – нежно-вишнёвый оттенок, слегка стёртый сверху, будто уже использованный. Такой цвет я никогда не носила – слишком яркий, кричащий.
Внутри что-то неприятно ёкнуло. Я поставила коробочку на тумбочку и продолжила поиски шарфа. Нашла, но мысли уже путались. Чья это помада? Почему она лежит в шкафу мужа? И главное – почему она распечатанная, уже использованная?
До прихода Артёма оставалось ещё около часа. Я металась по квартире, не находя себе места. Телефон мужа был выключен – обычное дело на тренировке. Чтобы успокоиться, включила сериал, но не могла сосредоточиться. Глаза то и дело косились на злополучную помаду, которую я выставила на обеденный стол – прямо напротив его места.
Наконец, раздался звук открывающейся двери.
— Привет, малыш! — голос Артёма звучал, как всегда, бодро. — Как день прошёл?
— Нормально, — буркнула я, наблюдая, как он проходит в комнату, бросает спортивную сумку и замирает, увидев помаду на столе.
На его лице промелькнуло что-то похожее на испуг, но он быстро взял себя в руки.
— Что это? — спросил он, указывая на стол.
— Ты мне скажи, — я скрестила руки на груди. — Нашла у тебя в шкафу.
Артём нахмурился, потом лицо его прояснилось:
— А, это! Это подарок для тебя. Хотел сюрприз сделать на годовщину, а ты всё испортила, — он попытался улыбнуться, но вышло неубедительно.
— Я купил её для тебя, честно, — голос Артёма дрогнул. В глазах его мелькнула странная тень, которую я никогда прежде не видела.
— Так чего ж она распечатанная? И цвет не мой совсем! Ты же знаешь, я такие яркие не ношу, — я крутила в руках дорогую помаду цвета спелой вишни. — Чего молчишь? Думаешь, я полная дура?
Артём опустился на стул напротив, тяжело вздохнул:
— Ладно, только не заводись сразу. Помаду эту мне Катька подарила, ну, помнишь, которая с бухгалтерии. Она ко мне давно клеится, ты же знаешь. Сказала, что купила, а цвет не подошёл. Ну я и взял, подумал, может, тебе понравится.
— И поэтому она использованная? — я чувствовала, как внутри закипает злость. — Ты меня за идиотку держишь?
— Да она просто пробник на руке сделала! — Артём повысил голос. — Ты чего сразу в бутылку лезешь?
— Так, значит, на руке? — я открыла помаду и провела по запястью. — И что, по-твоему, это похоже на пробник? Стёрто сверху основательно. Может, ты мне ещё скажешь, что она его ногой пробовала?
Артём вскочил и нервно прошёлся по комнате:
— Слушай, ну хватит уже. Я не знаю, почему она такая. Может, в магазине уже была стёртая.
— В каком магазине? Ты же только что сказал, что это Катька тебе отдала!
— Господи, да какая разница! — он схватился за голову. — Нет у меня никого! Да, подарила она мне эту дурацкую помаду, ну и что с того?
— А с того, что ты её зачем-то взял и спрятал в шкаф! — я почувствовала, как к глазам подступают слёзы. — Знаешь, что самое обидное? Не то, что ты, возможно, мне изменяешь, а то, что ты врёшь мне прямо в глаза. Неужели я не заслужила хотя бы честности?
Артём присел рядом со мной, попытался взять за руку, но я отдёрнула её.
— Иришка, ну послушай... Нет никакой другой женщины, правда. Катька просто проходу не даёт. Да, подарила она мне эту помаду, я взял, чтобы не обижать. А потом спрятал, чтобы ты не нашла и не подумала чего-то такого... как сейчас.
— И это всё? — я пристально смотрела ему в глаза.
— Всё, клянусь, — твёрдо ответил он.
Что-то в его взгляде заставило меня усомниться. Пять лет вместе, я знала все его привычки, жесты, интонации. Сейчас он говорил не так, как обычно, когда был искренен.
— Хорошо, тогда давай позвоним этой Кате, — я потянулась к его телефону.
Артём перехватил мою руку:
— Зачем? Что за детский сад?
— Раз детский сад, тогда расскажи мне правду.
Мы сидели молча несколько минут. Наконец, Артём тяжело вздохнул:
— Ладно. Была одна глупость... На корпоративе. Помнишь, я задержался тогда?
Сердце моё болезненно сжалось:
— И?
— Ничего серьёзного, просто поцелуй. Она была пьяная, я тоже выпил... А потом она стала названивать, караулить у офиса. Эту помаду подарила со словами: «Чтобы жена не заметила следов». Я взял, сам не знаю зачем. Может, чтобы отвязалась. Поверь, больше ничего не было!
Я поднялась и подошла к окну. За стеклом моросил мелкий дождь, размывая огни вечернего города.
— Не знаю, что хуже, — тихо произнесла я. — То, что ты целовался с другой, или то, что скрывал это от меня.
— Иришка, ну это была просто глупость! Минутная слабость! Ты же знаешь, как я тебя люблю.
— Знаю, — я повернулась к нему. — Но мне нужно время. Это... больно.
Артём подошёл и осторожно обнял меня за плечи:
— Я всё понимаю. Прости меня. Я поговорю с ней, объясню, что между нами ничего не может быть.
— Уже поздно, — я аккуратно высвободилась из его объятий. — Я поеду к маме на пару дней. Мне надо подумать.
— Иришка, ну не уходи, — в его голосе звучало отчаяние. — Давай всё обсудим.
— Нам обоим нужно время, — я направилась в спальню собирать вещи.
Артём сидел на кухне, обхватив голову руками, когда я вышла с небольшой сумкой.
— Звони, если что-то понадобится, — сказал он тихо. — И... возвращайся.
Я кивнула и вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь.
***
Мама встретила меня с распростёртыми объятиями и не стала задавать лишних вопросов. Просто налила чай, поставила на стол варенье и села напротив.
— Знаешь, доча, — сказала она, помешивая ложечкой в чашке, — когда я нашла у твоего отца чужие духи, я тоже чуть с ума не сошла.
Я подняла на неё удивлённый взгляд:
— У папы? Не может быть!
— Ещё как может, — усмехнулась мама. — Он тогда сильно испугался, что я его выгоню. А потом оказалось, что это был подарок мне на годовщину. Он купил их за неделю и прятал в гараже.
— Так у меня другая ситуация, — вздохнула я. — Он сам признался.
— И правильно сделал, — кивнула мама. — Лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Вопрос в том, что ты теперь с этой правдой делать будешь.
Я смотрела в окно, где сгущались сумерки:
— Не знаю. Мне кажется, если он поцеловал другую один раз, это может повториться.
— Может, — согласилась мама. — А может и нет. Люди ошибаются, Ириша. Все мы. Вопрос в том, готов ли человек признать свою ошибку и исправить её.
Мы разговаривали до поздней ночи. Мама не давала советов, просто слушала, изредка задавая вопросы, которые заставляли меня задуматься. Как всегда, она была моим маяком в шторм.
Утром я проснулась от звука сообщения. Это был Артём: «Я всё решил. Катя больше не будет проблемой. Переводят в другой отдел, в филиал. Я скучаю. Возвращайся, когда будешь готова».
Я лежала, глядя в потолок. Пять лет вместе, и это первый серьёзный кризис. Мы прошли через многое: безденежье, потерю моих родителей, его увольнение. Всегда были вместе, плечом к плечу. Неужели один глупый поцелуй и дурацкая помада могут всё перечеркнуть?
Во второй половине дня я вернулась домой. Артём встретил меня с огромным букетом любимых пионов и виноватым взглядом.
— Прости меня, — сказал он просто. — Я был идиотом.
Я поставила сумку и посмотрела ему прямо в глаза:
— Обещай, что больше никогда, слышишь, никогда не будешь мне врать. Даже если правда причинит боль.
— Обещаю, — он протянул мне руку.
Я помедлила секунду, а потом вложила свою ладонь в его. Мы оба знали, что предстоит ещё много разговоров, возможно, слёз и обид. Но главное – мы были готовы работать над этим вместе.
А злополучную помаду я выбросила в мусоропровод по дороге к лифту.
Спасибо, что дочитали эту историю до конца! Если вам понравился рассказ, поставьте лайк и поделитесь своими мыслями в комментариях - мне всегда интересно узнать ваше мнение о персонажах и их поступках.
Пожалуйста подписывайтесь и прочитайте другие истории: